Читать онлайн «Жуков. Рожденный побеждать». Страница 159

Командующий 3-м Белорусским фронтом получил задачу также с ходу форсировать Березину и, обходя встречающиеся опорные пункты противника, развивать стремительное наступление на Минск и правым крылом занять Молодечно. В директиве отмечалось: «Ставка недовольна медленными и нерешительными действиями 5 гв. ТА и относит это к плохому руководству ею со стороны тов. Ротмистрова. Ставка требует от 5 гв. ТА стремительных и решительных действий, отвечающих сложившейся на фронте обстановке»{549}.

Войска 1-го Прибалтийского фронта должны были преследовать врага в северо-западном и западном направлениях, овладеть Полоцком и обеспечить действия войск, осуществлявших под Минском окружение 4-й армии противника.

Сроки овладения Минском, указанные в директивах, как показал ход событий, оказались завышенными, и если бы их формально придерживались фронты, то, возможно, противник не был бы окружен.

Сил на то, чтобы сдержать продвижение советских войск, у генерал-фельдмаршала Моделя явно не хватало. Советские танковые части и соединения, обходя узлы сопротивления, проходили до 50 км в день, а среднесуточный темп продвижения общевойсковых соединений составлял 20 км. Большую помощь наступавшим войскам оказывали белорусские партизаны, разрушавшие коммуникации врага, наносившие ему удары с тыла.

29 июня войска 3-го Белорусского фронта приступили к выполнению поставленных задач. На правом крыле фронта конно-механизированная группа, форсировав Березину, продолжала наступать на Плещеницы. На следующий день главные силы фронта вышли к Березине. Соединения 5-й гвардейской танковой армии и передовые отряды 11-й гвардейской и 31-й армий генералов Галицкого и Глаголева подошли к Борисову. Войска фронта успешно форсировали Березину и, не ввязываясь в затяжные бои, обходя узлы сопротивления на промежуточных рубежах, продвигались вперед. Главные силы 1-го Белорусского фронта продолжали развивать наступление в направлении на Барановичи.

Особую роль в достижении высоких темпов наступления сыграли подвижные войска. Командующий 5-й гвардейской танковой армией маршал бронетанковых войск Ротмистров, выполняя указание Сталина, принял меры по активизации действий своих подчиненных. Войска армии в результате стремительного продвижения вышли на северную окраину Минска. На помощь танкистам подошли стрелковые части 11-й гвардейской и 31-й армий, которые начали отбивать у противника квартал за кварталом. Войска 1-го Белорусского фронта тем временем неотступно преследовали противника на минском и барановичском направлениях. В ночь на 3 июля 1-й гвардейский танковый корпус генерал-майора танковых войск М. Ф. Панова обошел Минск с юга и вышел на юго-восточную окраину города, где соединился с частями 3-го Белорусского фронта. Тем самым было завершено окружение основных сил 4-й армии и отдельных соединений 9-й армии общей численностью в 105 тыс. человек.

В направлении Минска одновременно наступали и войска 2-го Белорусского фронта. Они сковывали, дробили и уничтожали соединения противника, не давали им возможности оторваться и быстро отойти на запад. Авиация, прочно удерживая господство в воздухе, наносила мощные удары по противнику, дезорганизовывала планомерное отступление его войск, препятствовала подходу резервов. К исходу 3 июля Минск был полностью освобожден. Вечером Москва салютовала воинам-победителям 24 залпами из 324 орудий. 52 соединения и части Красной Армии получили наименование «Минских».

4 июля войска 3 и 1-го Белорусских фронтов достигли линии озеро Нарочь — Сморгонь — Красное — Столбцы — Клецк. Войска 1-го Прибалтийского фронта, обеспечивавшие проведение Минской операции с севера, к этому времени вышли западнее Дретунь, Козямы, озеро Мядель. Большую помощь войскам оказали партизаны, которые устраивали засады на путях отхода противника, громили его штабы и отдельные части, захватывали переправы.

Ликвидация окруженной группировки противника была осуществлена в период с 5 по 12 июля войсками 33-й (генерал-лейтенант В. Д. Крюченкин), частью сил 50-й (генерал-лейтенант И. В. Болдин) и 49-й (генерал-лейтенант И. Т. Гришин) армий 2-го Белорусского фронта. Исполняющий обязанности командующего 4-й армией, окруженной под Минском, генерал-лейтенант Мюллер признал дальнейшее сопротивление бесполезным и сдался в плен. 17 июля все 57 600 пленных, захваченных в операции «Багратион», под конвоем советских солдат шли по улицам Москвы. Во главе колонны шествовали 19 генералов, мечтавших пройти по Москве победным маршем, но вынужденных теперь идти по ней с поникшими головами побежденных.

У. Черчилль 5 июля писал И. В. Сталину: «С большой радостью я узнал о Вашей славной победе — взятии Минска — и о колоссальном продвижении, осуществленном непобедимыми русскими армиями на столь широком фронте»{550}. Это признание премьер-министра Великобритании относится и к Г. К. Жукову, который вместе с генералами И. Д. Черняховским, И. Х. Баграмяном, Г. Ф. Захаровым и маршалом К. К. Рокоссовским добился впечатляющей победы.

Генерал К. Типпельскирх, вступивший 25 июня в командование 4-й армией, впоследствии отмечал: «…Результат длившегося теперь уже 10 дней сражения был потрясающим. Около 25 дивизий были уничтожены или окружены. Лишь немногие соединения, оборонявшиеся на южном фланге 2-й армии, оставались еще полноценными, избежавшие же уничтожения остатки практически полностью утратили свою боеспособность»{551}.

Минская наступательная операция представляет значительный интерес с точки зрения развития военного искусства. Во-первых, окружение восточнее Минска крупной группировки противника было запланировано еще при подготовке операции «Багратион» и осуществлено в ходе преследования противника на глубину 200–250 км от переднего края его обороны. Во-вторых, решение такой задачи стало возможным благодаря четкому взаимодействию фронтов, которые преследовали отходившего противника как по параллельным маршрутам (3 и 1-й Белорусские фронты), так и с фронта (2-й Белорусский фронт). В-третьих, войска на внешнем фронте окружения не переходили к обороне на определенном рубеже, а продолжали развивать наступление в глубину, чем лишали противника возможности организовать непосредственное взаимодействие его окруженной группировки с основными силами на внешнем фронте окружения из-за его непрерывной подвижности. В-четвертых, большую роль в решении задач по окружению и уничтожению противника играл маневр соединений и объединений подвижных войск. В-пятых, в ходе преследования широко использовались передовые отряды, основу которых составляли стрелковые батальоны, посаженные на автомашины и усиленные танками, САУ и артиллерией. Это позволило советским войскам развить высокий темп наступления с опережением на трое — четверо суток против запланированного Ставкой ВГК срока.