Читать онлайн «Гросс-адмирал. Воспоминания командующего ВМФ Третьего рейха. 1935-1943». Страница 74

В 1933 году был сформирован второй дивизион минных тральщиков в составе командования минных тральщиков, начальник которого отвечал за все работы по расчистке от мин. Мы взяли себе за правило выбирать командующих силами минных тральщиков и командиров дивизионов из числа офицеров, имевших солидный опыт службы на тральщиках. Это позволяло не только использовать их громадный опыт в подобного рода службе, но и положить начало «традициям тральщиков». После возвращения к обязательной воинской повинности, для боевой подготовки на эти корабли направлялись также и офицеры-резервисты, а личный состав из числа резервистов проходил на них краткосрочные сборы. Эти мероприятия дали богатый резерв подготовленного личного состава для призыва в случае войны, когда в качестве вспомогательных тральщиков использовались также гражданские суда – рыбные траулеры и люггеры.[48]

Каждый год мы проводили большие учения, посвященные постановке минных заграждений и тралению мин, причем корабли работали в условиях, максимально приближенных к боевым. Я лично присутствовал на одном из таких учений, проведенных в Гельголандской бухте в июне 1939 года, и посетил каждый из участвовавших в них катеров, чтобы продемонстрировать их участникам, что высшее военно-морское командование считает их работу чрезвычайно важной.

Дивизионы тральщиков прекрасно проявили себя во время войны, в значительной степени благодаря великолепному руководству ими капитаном 2-го ранга Руге, командующим силами минных тральщиков.

Вероятно, военно-морской флот Германии проделал куда более интенсивную работу в области минной войны, чем флот любой другой страны, ибо наши морские силы были слабы, а неглубокие прибрежные воды были идеальным местом для их минирования врагом. Так что в результате острого интереса флота к этой проблеме мы со временем стали располагать целым арсеналом мин различных типов: магнитными, акустическими, срабатывавшими от звука винтов проходящего над ними корабля; гидростатическими, реагировавшими на изменение давления, вызванного кораблем над ними; и, наконец, хитроумными новейшими взрывателями замедленного действия и «счетчиками кораблей», которые, будучи должным образом установленными на любой тип мины, могли взрывать ее по истечении определенного, заранее установленного периода времени или при прохождении над ней определенного числа кораблей. Комбинируя различные типы мин и их взрыватели, мы могли сделать наши минные заграждения кошмаром для любого вражеского тральщика.

Мы также уделили немало времени разработке аппаратуры для обнаружения мин и методов траления мин любого типа, с которым мы могли столкнуться. В результате такой совместной работы наших флотских, технических и научных специалистов мы позднее, во время войны, занимали ведущее положение как в оборонительной, так и в наступательной минной войне.

В области электроники – особенно радиосвязи и радиолокации – мы не смогли продвинуться столь далеко.

В период Первой мировой войны беспроволочный телеграф играл значительную роль в проводимых флотом операциях, но методы его применения с тех пор мало изменились. В той войне стандартным приемом было держать уровень радиосигнала как можно более низким, в надежде на то, что противник не сможет его услышать. Системы кодирования, применяемые для предотвращения расшифровки противником любых радиосообщений, которые он мог перехватить, были достаточно примитивными. Ближе к концу 1914 года англичане сумели заполучить копию нашей секретной кодовой книги и читали наши сообщения вплоть до 1917 года, когда мы сменили всю процедуру шифровки. Наша собственная военно-морская разведка тоже имела изрядные успехи в чтении перехваченных сообщений противника.

Но, даже осознав всю важность сферы радиосвязи, известное время после окончания войны мы не располагали ни специалистами, ни средствами для развития этой области. Все, что нам оставалось, – работать с кустарным оборудованием и развивать взаимодействие с радиолюбителями и гражданскими учреждениями. Так, к примеру, коротковолновый радиопередатчик, находившийся на борту нашего крейсера «Гамбург» во время его кругосветного похода в 1924 году, был любительской конструкции. В 1926 году вошла в строй первая военно-морская коротковолновая радиостанция в Киле, оборудование которой было разработано фирмой «Телефункен».

Частные компании тоже внесли свой вклад в виде разработанной ими шифровальной машины. Это устройство не только ускоряло передачу кодированных сообщений, но и было надежно защищено от всяких внешних попыток расшифровки кодов, которые, насколько мне известно, неоднократно предпринимались нашими противниками на всем протяжении Второй мировой войны. Документы, захваченные нами во французском военно-морском отделе Генштаба после поражения Франции в 1940 году, ясно свидетельствуют, что вплоть до этого момента ни англичане, ни французы не смогли взломать германские коды.

В 1929 году одному из офицеров флота было поручено возглавить разведывательный отдел, в чьи функции входил перехват и анализ радиосообщений противника – деятельность, которая сослужила хорошую службу в оценке радиосвязи противника для планирования наших собственных операций в ходе Второй мировой войны. В ходе выполнения этих задач возникла потребность в хорошо подготовленных специалистах, и курсы для офицеров-связистов и обслуживающего персонала радиостанций стали составной частью всех учений и военных игр флота.

В области разработки оборудования для этих целей прогресс был достигнут путем сотрудничества с коммерческими фирмами. В начале 30-х годов фирма «Телефункен» разработала компактную и высокоэффективную радиостанцию для торпедных катеров, минных тральщиков и других небольших вспомогательных кораблей флота. Эта модель радиостанции могла выпускаться в значительных количествах и была столь эффективна, что ВВС тоже приняли ее на вооружение в 1935 году.

Начиная с 1932 года военно-морские силы могли осуществлять радиосвязь с сотрудничавшими с ними коммерческими судами, которые, в свою очередь, передавали их сообщения другим судам. Такой способ не только позволял увеличить дальность радиосвязи, но и гарантировал, что коммерческие суда всегда будут находиться в постоянном радиоконтакте с родиной. В случае же обострения международной напряженности соответствующие приказы могли быть в срочном порядке переданы на все коммерческие суда. Испанская революция 1936 года прекрасным образом подтвердила важность и значимость этой программы.

В одном мы все были совершенно убеждены – что в будущих войнах военно-морские силы, где бы они ни находились, будут оперативно управляться посредством приказов, передаваемых по радио из расположенных на побережье штабов. Для нас такими штабами были командования военно-морскими группировками. Результатом наших исследований и разработок стало то, что в ходе Второй мировой войны мы могли за несколько минут связаться с нашими надводными кораблями и подводными лодками, находящимися в любой части света, так что командование нашими военно-морскими операциями в значительной степени осуществлялось по совершенно другим каналам связи, чем в Первую мировую войну.