Читать онлайн «50 величайших женщин. Коллекционное издание». Страница 203

Вся Америка стала стремиться выглядеть, как она. Пастельные пальто А-силуэта, платья-футляры и платья-бюстье, брюки-капри и короткие жакеты, шляпы-таблетки и очки в толстой оправе – все это было навеки освящено именем Джекки Кеннеди. В то время, когда все женщины стремились, по примеру голливудских секс-богинь, быть белокурыми и пышногрудыми, Жаклин с гордостью продемонстрировала свою плоскую фигуру и короткие темные кудри. В 1960 году Жаклин назвали самой модной женщиной года, и с тех пор она навсегда стала образцом для подражания. В домах мод по всему миру манекенщицы стали перекрашиваться в черный цвет и делать прическу «а-ля Джекки», а она только удивлялась: «Какое отношение к моему мужу имеет стиль моей прически?»

Надо честно признать, что Жаклин не стремилась к роли жены Президента США и не была к ней готова. Она хотела заниматься только детьми и мужем, а ей приходилось посещать светские рауты и политические приемы. Ее привела в ужас мысль о переезде в Белый дом – он напоминал ей «подвалы Лубянки, обставленные мебелью с распродаж». Чтобы успокоить жену, Джек разрешил ей «перекрасить этот сарай» – и Жаклин с энтузиазмом занялась ремонтом Белого дома. Она полностью сменила все интерьеры, наполнив здание подлинным антиквариатом; с расходами Жаклин не считалась. Драпировки в ее спальне стоили 50$ за метр, шторы в комнате для приемов – 12500$, шелковые шторы из Франции – 25 тысяч, пара канделябров – 5 тысяч. За одну неделю Жаклин потратила весь годовой бюджет на ремонт Белого дома, но останавливаться не собиралась. Она убедила в необходимости реставрации не только Конгресс, но и многих частных лиц, которые стали жертвовать президентской резиденции ковры, посуду и картины. Из подарков, которым не хватило места в комнатах, был организован Национальный музей современного искусства. Всего за год Жаклин удалось превратить Белый дом в здание, достойное его великой истории, наполненное ценностями на 10 миллионов долларов, что она с гордостью и продемонстрировала всей стране в телевизионной экскурсии. После нее все американские хозяйки застелили столы в столовых цветными скатертями, как это сделала Джекки в Белом доме, и поставили в кухнях бамбуковые стулья, как у нее. По ее примеру жители США стали интересоваться историей и культурой, гораздо чаще посещать выставки и театры, больше читать и слушать классическую музыку. Когда стало известно, что Жаклин познакомилась с Джоном, будучи фоторепортером, число женщин, увлекающихся фотографией, увеличилось в США в четыре раза!

Они стали настоящим символом новой Америки. Красивые, обаятельные, уверенные в себе президент и его супруга воплощали все мечты нации. Однако в их семье любви становилось все меньше и меньше. Жаклин по-прежнему занималась детьми и скупала километры парижских туалетов – большинство из них она так и не наденет. На наряды она тратила больше, чем получал ее муж в качестве президента. Четыре дня в неделю она обязательно проводила с детьми в загородном доме. За это Джекки обвиняли в пренебрежении ее обязанностями, но она говорила, что семья для нее важнее: «Стоит только начать заниматься политикой, и она захлестнет меня с головой. А тогда я не смогу уделять детям и мужу достаточно внимания».

Жаклин Кеннеди в Белом доме

Джон был только рад: пока жены не было дома, он мог спокойно развлекаться. Жаклин была равнодушна к тому, что Джон изменял ей направо и налево; самым громким из его романов был с голливудской «звездой» Мэрилин Монро, с которой он познакомился еще в 1954 году. Одному из журналистов, проводя его по Белому дому, Жаклин заметила: «А вон там – две любовницы моего мужа». Обнаружив в своей постели чужое белье, она попросила вернуть его владелице: «Это не мой размер». И все же Джон был очень привязан к жене. При виде Жаклин у него загорались глаза. Когда президента попросили одним словом охарактеризовать свою жену, он не задумываясь выдохнул: «Фея!» Он безмерно гордился ее популярностью, ее вкусом, ее образованностью. Во время триумфального визита Кеннеди в Париж в 1962 году Шарль де Голль сказал: «Единственное, что я бы привез из США, – это миссис Кеннеди. Она слишком большая драгоценность даже для президента США», и Джон заметил: «Позвольте представиться. Я тот мужчина, что сопровождает Жаклин Кеннеди в Париже, и мне это очень нравится».

Очарованный де Голль преподнес Жаклин часы с бриллиантами за 4000$. Это был не единственный подобный подарок: президент Пакистана подарил ей колье за сто тысяч, император Эфиопии – леопардовое манто за 75 тысяч, король Марокко – пояс в драгоценных камнях, а принц Ливии – разных драгоценностей на пятьдесят тысяч. Всего Кеннеди получили подарков на два миллиона. В итоге Конгресс принял закон, согласно которому Президент и его семья не могут принимать подарков стоимостью выше 100 долларов.

Президент США и его Первая леди

Если Джона уважали, то его жену обожали. Пресса сделала из миссис Кеннеди всенародного кумира. И это при том, что она не любила фотографироваться, избегала давать интервью и была против того, чтобы снимали их детей. Однако она понимала, что Джону необходимы контакты с прессой; и когда она сама руководила съемками, фотографии получались великолепными. Каролина и Джон-Джон, как называли их сына, стали любимцами всей Америки. Жаклин делала все, чтобы у ее детей было нормальное детство: водила их в зоопарк, возила в Диснейленд, читала с ними книги и ходила на Хеллоуин в карнавальных костюмах выпрашивать сладости. А в 1963 году она снова почувствовала, что беременна.

Сын Патрик родился 7 августа, на полтора месяца раньше срока. К Джекки срочно прилетели муж и сестра, прервавшая ради этого отдых на яхте Онассиса. Через день ребенок умер.

Впервые Джона Кеннеди видели плачущим. Когда он сообщил о смерти Патрика Жаклин, она сказала: «Единственное, что я не переживу, – это твоей смерти».

Покидая больницу, она просила врачей быть наготове – она собиралась вернуться через год, чтобы снова рожать.

Случившееся изменило отношения Джека и Джекки, сделав их намного ближе друг к другу. Джон, увидев, что жена никак не может справиться с депрессией, как мог пытался развлечь ее. Он призвал на помощь сестру Жаклин Ли. Она к этому времени уже давно развелась с Кэнфилдом и вышла замуж за польского князя Стаса Радзивилла; правда, и этот брак был не совсем удачным, и большую часть времени Ли проводила на яхте своего друга Аристотеля Онассиса. Она пригласила Жаклин присоединиться к ней.

Яхта «Кристина» была самым дорогим и самым комфортным судном в мире. Вместе с Жаклин на борту находились сын Ф.Д. Рузвельта с женой, Радзивиллы, княгиня Ирина Голицына с мужем; но Ари видел только Жаклин. Он не отходил от нее ни на шаг, советовался с нею по поводу отделки своего дома на принадлежавшем ему острове Скорпио, а на прощание преподнес ожерелье из рубинов и бриллиантов, которое можно было превратить в два браслета.