Читать онлайн «Владимир Высоцкий. Жизнь после смерти». Страница 123

Как вы, наверное, знаете из советских газет, в ночь с 19 на 20 декабря в порте Хайфон пиратские бомбы американской авиации попали в наше судно. Погибло от американских бомб четырех наших моряков, как думаем самых лучших из нашего экипажа, много, среди них и я, было раненых и контузированных. Это был самый трагический день в жизни каждого из нас, тем более трагический что видели как горели и гибли наши товарищи. Само судно сгорело и затонуло. Первую помощь мы получили от моряков и врача судна «Дивногорск», от советских моряков, которые взяли нас на свой борт, дали свою одежду, перевязали раны. Много помогали нам тоже и вьетнамские товарищи. И все это делали для нас русские и вьетнамские друзья во время самой тяжелой бомбардировки, когда и они сами были в большой опасности, летели бомбы и осколки вокруг нас. Мы были еще в Хайфоне к 29 декабря, когда уехали в Ханой. Все время шли очень тяжелые бомбардирования и эвакуация нас, 21 польских моряков, была очень тяжелая. Автомашинами ехали в Ханой и американцы много раз бомбардировали дороги, близко наших машин. Там, на вьетнамских разрушеных дорогах мы еще раз вспомнили ваши песни. Помню, как один из наших мотористов сказал мне: «Януш, ты помнишь эту песню Высоцкого, которую ты имел на ленте, эту первую… Он там поет как бы о нашем судне… припомни слова…» Да, есть такие слова в этой песни, и я припомнил их всем сидящим в автобусе: «Но мне хочется думать, что это не так, что сжигать корабли скоро выйдет из моды, я конечно вернусь…» И это самая настоящая правда, что «возвращаются все, кроме лучших друзей, кроме тех, кто нужней…» – потому что и для нас и для семей и друзей погибших они, эти из нас которые погибли именно и такими наверно были.

Мы знали из собственного уже опыта, что самые тяжелые бомбардирования идут ночью и выехали из Хайфона ранним утром. Но много раз во время бомбежки должны были покидать наше автомашины и убегать в рисовые поля. А время шло. И это время припомнилось нам другая ваша песня «Четыре года рыскал в море наш корсар…», есть там такие слова: «Еще не вечер». И если кто-то начинал нервничать что время уходить, что быть может перед вечером мы не доедем к аэродрому эти слова стали успокоительным лозунгом в нашей автомашине, один говорил другому: «еще не вечер» и говорил это на русском языке словами вашей оптимистической песни, а не на польском, хотя польские слова очень близкие: «еще не вечур».

Вместе с нашим сгоревшим судном, вместе со всеми нашими вещами и одеждой (ибо никто из нас не спасал во время бомбардировки и пожара вещей, а только спасали раненых товарищей) в моей каюте сгорел магнитофон и на нем и лента с записом вашего концерта для моряков.

Есть три повода, по которым я пишу это письмо к Вам. Прошлой недели несколько из нас, моряков из судна «Йозеф Конрад» сидело у меня дома. И кто-то бросил предложение: «Януш, ты знаешь русский язык, ты напиши Володимиру Высоцкому и передай ему наш самый сердечный привет и что помним его хорошие песни». Сначала я отказывался, это что я сумею немножко говорить по-русски совсем не обозначает, что я сумею писать на русском языке, почти никогда этого не делал. Потом согласился. Примите наш самый сердечный привет.

Второй повод письма – это просьба к вам, могли бы вы помочь нам получить такую магнитофонную ленту с записом концерта ваших песен, всех этих которые вы пели на встречи в Министерстве морского флота, а которые мы в первый раз узнали в далеком Хайфоне, а быть может и других которых мы не знаем. Это тоже и моя личная просьба к вам. Но как это сделать чтоб я и мои друзья из судна могли получить ленту с записей ваших песен – этого я уже совсем не знаю. А так очень хотелось бы иметь эту ленту, эти хорошие песни.

Если когда-нибудь будете петь еще для моряков и хотели бы это сделать – скажите им несколько слов о нашей польский моряков благодарности за помочь которую они оказали нам в самом трагическим моменте – 20 декабря – когда в Хайфоне погибнуло наше судно и четырех лучших членов нашего экипажа – Станислав Налиевский, Адам Кочаровский, Яцек Гертлер и Роман Дудек.

Здесь пишу вам мой адресу: Януш Высоцкий, ул. Свентоянская 108, кв.7, г. Гдыня – Польша.

Если бы вы когда-нибудь были в Польше и в моем городе – очень сердечно приглашаю вас в свой дом, всегда будете очень близким и милым гостием для меня, моей семии, моих друзей – польских моряков из судна «Йозеф Конрад».

Так случилось что у нас таже самая фамилия – Высоцкий – так примите самый сердечный привет для вас, вашей семии и друзей, для всех работников театра на Таганке.

В этом же году два советских поэта – Борис Слуцкий и Петр Вегин – были приглашены в Варшаву на праздник «Осень Поэзии». После чтения стихов состоялся прием, на котором Слуцкий сказал: «Мое поколение видело кровь и смерть, мое поколение написало об этом много настоящих стихов. Но ни один из нас не смог создать стихов, которые написал человек, не нюхавший пороха, человек, который во время войны был ребенком. Это не всем вам, наверное, известный Владимир Высоцкий, он артист и пишет стихи, которые, как и Булат Окуджава, поет под гитару. И если Вегин мне сейчас поможет, то мы споем для вас эту песню…»

И он запел, по-солдатски дирижируя себе крепким кулаком:

Ошибся ветеран, Высоцкий в Польше уже был хорошо известен…

Постепенно Высоцкий становится известным в Польше не только как актер театра и кино (а статьи о его новых ролях появлялись в польской печати регулярно), но и как поэт. Первые переводы его стихов появились в журналах «Student» и «Nurt» в 1976 году. В переводах Яна Чопика и Ежи Литвинова были напечатаны польские варианты песен «Кони привередливые», «Охота на волков», «В наш тесный круг не каждый попадал…», «Он не вернулся из боя», «Как призывный набат…», «Братские могилы». Несколько позже переводы произведений Высоцкого печатают такие издания, как «Zycie Warszawy», «Literatura na świecie», «Przyjazn», «Kultura», «Ekran»… Таким образом, Польша входит в список стран, где стихи Высоцкого публиковались при его жизни.

Еще в 70-е годы режиссер А. Лажборек на сцене Нового театра в Познани поставил спектакль, в котором использовал песни Высоцкого: «Я решил поставить спектакль, основой которого были бы только песни, исполняемые без всяких комментариев. <…> Артист Тадек Джевецкий поет волнующую песню Высоцкого «Он не вернулся из боя»… Мы показываем войну, увиденную глазами простого солдата. На войне мало медалей и фанфар, гораздо больше гробов, калек и рыдающих вдов. Поэтому мы включили в спектакль песню Высоцкого «О госпитале»…»