Читать онлайн «Я горд, что русский генерал». Страница 105

Третий вектор – это Китай. Предлагая в конце 90-х гг. образование Шанхайской организации сотрудничества, мы предполагали создание межцивилизационного союза, ядром которого стали бы Россия, Индия, Китай, Иран. Но это перспектива, а геополитическое взаимодействие с Индией может стать реальностью сегодняшнего дня, если ВТС дополнить развитием сотрудничества в сферах политики, культуры, науки, высоких технологий, образования, веры и т. д.

Хотелось бы надеяться, что этот геополитический прогноз оправдается.

ВПК,

№ 7(173), 21.02.2007

В ноябре 2011 года премьер-министр России Владимир Путин совершил двухдневную поездку в Китай. Это его первая поездка после объявления о намерении баллотироваться в Президенты России, которая наглядно демонстрирует приоритеты РФ на ближайшие годы – ориентацию на активно растущий в экономическом, промышленном, геополитическом и военном отношениях регион. Поведение США в сфере ПРО заставляет предположить, что с возвращением Путина в Кремль о перезагрузке отношений можно будет забыть. Однако на Востоке, несмотря на подписываемые соглашения, мы тоже вряд ли найдем надежных союзников, поскольку мощным азиатским экономикам мы перестаем быть интересными. Один из ярких примеров – подписание соглашений о стратегическом сотрудничестве между Индией и Афганистаном. О политической подоплеке соглашений, о том, почему Россию не рассматривают на Востоке в качестве надежного союзника и о балансе сил по-азиатски рассказал Накануне. Яи президент Академии геополитических проблем, генерал Леонид Ивашов.

Вопрос: – Не так давно в ходе визита Хамида Карзая в Индию был подписан договор о стратегическом сотрудничестве между Индией и Афганистаном, прежде всего, в военной сфере, в том числе в области подготовки вооруженных сил. Как Вы считаете, какова политическая подоплека соглашений?

Леонид Ивашов: – Это первое такое соглашение между двумя странами – Афганистаном и Индией. Политическая подоплека носит некий антипакистанский характер. Напряженные отношения у Индии с Пакистаном постоянны, и в последнее время обострились отношения между руководством Афганистана и Пакистана. В связи с чем? Пакистанцы поддерживают определенную ветвь талибов, и один из претендентов на пост главы Афганистана является человеком, который, как подозревают афганцы, скрывается на территории Пакистана и оттуда, из своей штаб-квартиры, организует действия части талибов против режима Карзая. И вот эта напряженность в отношениях между руководством Пакистана и Афганистана подтолкнула Хамида Карзая искать себе союзника. Он нашел его в лице Индии. Тем более что в преддверии намечаемого ухода американских войск и войск коалиции из Афганистана, Карзай, естественно, обеспокоен и своей судьбой, судьбой режима и, конечно, в какой-то мере, судьбой Афганистана. Поэтому они заключают такие соглашения.

Теперь по содержанию этого стратегического соглашения. Скорее всего, Афганистан будет готовить в Индии своих военных специалистов, заниматься подготовкой кадров для вооруженных сил Афганистана. Нельзя исключать, что и индийские военные советники появятся в Кабуле. Ну и, конечно, поставки оружия и другого военного имущества. Скорее всего, вся стратегия или стратегический характер будет заключаться в этом формате: политическая взаимоподдержка на антипакистанской основе и чисто военное и военно-техническое сотрудничество.

Вопрос: – Индия постепенно наращивает военную мощь, претендуя на роль региональной сверхдержавы. Можно ли расценивать этот договор с точки зрения геополитического расширения?

Леонид Ивашов: – Да, безусловно. Быть сверхдержавой, даже регионального масштаба, это значит иметь зоны своего влияния, государства-партнеры, государства-союзники, и Индия эту политику проводит. Понятно, что в какой-то мере идет конкуренция между Индией и Китаем. У Индии есть опасения, которые высказывались и официальными должностными лицами, и общественными кругами Индии в отношении наращивания военной мощи Китая и расширения зон его влияния. Поэтому Индия противопоставляет поиск своих союзников, расширение своего геополитического пространства и повышение в этом плане статуса для того, чтобы балансировать военную мощь Китая. И, конечно, индусы всегда, с момента приобретения своей независимости, рассматривали в качестве своего главного стратегического союзника Советский Союз, а потом Россию.

Но Россия ведет себя непоследовательно и в плане поставок вооружений, и в плане выполнения своих обязательств по подписанным контрактам, в частности по «Адмиралу Горшкову» (авианосец «Адмирал Горшков» был продан Индии, и перед окончательной доставкой в Индию должен был пройти модернизацию в России. При этом неоднократно сдвигались сроки выполнения работ и менялась стоимость работ. Планируется, что корабль будет окончательно спущен на воду в 2012 году. – Прим. НаканунеЛи), и по другим военно-техническим аспектам мы не совсем добросовестные партнеры (в качестве примера эксперты приводят срыв ежегодных совместных учений Индра-2011, которые были в одностороннем порядке отменены российской стороной. – Прим. НаканунеЛи). И уж, по крайней мере, мы не союзники для Индии, потому что мы пытаемся балансировать между Китаем, Индией, другими странами региона. Поэтому индусы сейчас улучшили характер отношений с Соединенными Штатами, в военно-техническом плане там мощно присутствует Израиль. Россия в силу своей ненадежности не является для них не только союзниками, но даже партнерами. Поэтому индусы и с Ираном неплохие отношения пытаются выстроить, и с Афганистаном, и с другими странами. Это просто повышение своего геополитического статуса и наращивание военно-политического, я бы сказал, потенциала. И прежде всего – для балансирования китайской военной мощи.

Вопрос: – В последнее время все больше политиков говорят о многополярной системе мира. В этом смысле Индия и Китай смогут договориться между собой и создать такой «азиатский полюс», либо будут стараться стать самостоятельными геополитическими полюсами?

Леонид Ивашов: – Здесь мы видим, что на международной арене Китай и Индия выступают за многополярный мир. Разница заключается в том, что Китай видит мир многополярным, но Азию – однополярной, китаецентричной, то есть чтобы в Азии доминировал только Китай, и они об этом не раз заявляли и, по сути дела, демонстрируют это всей своей внешней политикой. Индия выступает за многополярный мир, одним из полюсов которого и в Азии, и в целом, в мировом геополитическом пространстве, она видит себя. Вот в этом их различия, противоположный подход к миро-построению. Поэтому понятно, что они наращивают свои вооружения, военный потенциал, прежде всего, развивают морскую компоненту вооруженных сил достаточно активно, чтобы быть не только сухопутной, но и морской державой. Да, Индия хочет иметь свою зону влияния и зону ответственности.