Читать онлайн «Гиппократ». Страница 82

В заключение этого краткого обзора учений философов, интересовавшихся медициной и биологией до Гиппократа и при нем, следует назвать Демокрита, уроженца города Аб-дера, на фракийском побережье. Время его жизни можно приблизительно определить так: он был молодым, когда Анаксагор был уже старым. Он был прозван «Наукой», и недаром. Это был действительно универсальный ум. Он занимался многочисленными вопросами космологии, биологии и этики. Его огромное творчество включало больше трактатов, чем собрано в «Гиппократовом сборнике». Оно полностью утрачено за исключением нескольких отрывков. Но в сохранившемся списке семидесяти трактатов многие названия свидетельствуют о его интересе к человеку («О природе человека», «О теле», «О разуме», «О чувствах», «О вкусовых ощущениях», «О цвете») и к медицине («О режиме», или «Диететика», «Медицинское знание», «О лихорадках и о тех, у которых болезнь вызывает кашель»). За неимением этих трактатов мы узнаем из многочисленных свидетельств о разнообразных биологических проблемах, которыми он занимался. Обилие свидетельств, сохраненных Аристотелем и его школой, являются признаком величайшего исторического значения этого мыслителя, который особенно знаменит своей теорией атомов. Эта атомистическая концепция материи оказала влияние не только на философию, но и на медицину эллинистической эпохи, особенно на Эрасистрата (III век до н. э.) и Асклепиада (I век до н. э.).

Традиция сделала Гиппократа учеником Демокрита или даже учеником его ученика Метродора из Хиоса. Эта традиция, сохраненная византийской энциклопедией, неправдоподобна, так как она грубо ошибается в датах, касающихся Гиппократа и Демокрита. Согласно традиции, Гиппократ был очень молод, когда Демокрит был уже в преклонном возрасте. На самом деле они были ровесниками. Но эта традиция на свой лад свидетельствует, что убеждение во влиянии досократовской философии на Гиппократову медицину существовало не только в современной науке.

Философы V века, предшественники или современники Гиппократа, занимались биологическими и антропологическими проблемами. Поэтому нет ничего удивительного, что в творчестве тех и других были установлены многочисленные совпадения. Но они не всегда объясняются одинаково. Некоторые из них появляются в рамках биологических проблем, которые врачи решали строго в своей области (поэтому в таких случаях не следует, как это часто делается, постулировать систематическое влияние философии на Гиппократовы суждения). Зато другие совпадения находятся в трактатах, где врачи связывают свою антропологию с космологией. Именно в этих случаях можно говорить о медицине с философским уклоном.

Существует целый ряд биологических проблем, которые интересовали как врачей, так и философов: какова природа тела и души? Как порождаются ощущения и разум, голос, дыхание, сон и сновидения? Как возникает здоровье и болезнь? Пожалуй, создавал больше всего проблем и обсуждался с наибольшим рвением вопрос зарождения (сегодня мы бы сказали эмбриология). Увлечение эмбриологией входит в более широкий контекст интереса к происхождению человека и Вселенной. Эмбриологические исследования подразделялись на множество проблем:

1. Какова природа человеческого семени? Из какой части тела оно происходит?

2. Происходит ли семя от мужчины и женщины или только от мужчины?

3. Как объясняется зарождение мальчика и девочки, сходство ребенка с родителями?

4. Как развивается эмбрион в матке? Каков порядок образования частей тела?

5. Когда эмбрион жизнеспособен?

6. Как объясняется бесплодие женщины или мужчины, рождение близнецов или образование второго зародыша?

По всем этим проблемам «Гиппократов сборник» содержит замечания, разбросанные в многочисленных трактатах, но тем не менее очень содержательные. Есть также трактаты, посвященные исключительно этому вопросу. Вопреки тому, что думают крупные современные ученые, первым трактатом по эмбриологии мы обязаны не Аристотелю.

Эмбриологический трактат, озаглавленный «О восьмимесячном плоде», занимается проблемой, которая нам кажется странной: почему плод жизнеспособен на седьмом месяце, а на восьмом нет? Такие вопросы обсуждались также и досократиками. Сохранилось мнение Эмпедокла, который пытался объяснить, что семимесячные плоды жизнеспособны, как и десятимесячные. Его объяснение невероятно, фантастично и тесно связано с космологией: «Согласно Эмпедоклу, когда на земле появился род людской, продолжительность дня по причине медленного движения Солнца была равна тому, что сейчас составляет десять месяцев. Но с течением времени день стал равен периоду в семь месяцев; вот почему десятимесячный и семимесячный плод жизнеспособен, ибо природа Вселенной привыкла выращивать плод за один день после ночи, когда он был зачат». Ответ автора-гиппократика менее фантастичен, по крайней мере лишен всяких космологических соображений. Этот врач считает, что ребенок в течение сорока дней около восьмого месяца подвержен страданиям, находится он в матке или нет. Если плод, рожденный на восьмом месяце не выживает, то это потому, что он одновременно подвержен двум страданиям — страданиям восьмого месяца и страданиям при родах. Зато семимесячный плод легче выживает, потому что в момент рождения он еще не познал страданий восьмого месяца, а десятимесячный плод жизнеспособен, потому что страдания восьмого месяца уже далеки. Здесь прежде всего нужно оценить прекрасный анализ изменений, претерпеваемых ребенком, когда он из привычной и безопасной среды выходит в чужой и жестокий мир:

«Вместо таких благотворных дуновений и жидкостей, каковыми они обязательно являются в матке по причине привычных и доброжелательных связей, новорожденный пользуется только чуждыми привнесениями, более неочищенными, сухими и менее облагороженными, что обязательно вызывает страдания, а также частые смерти, так как даже у взрослых изменение места и режима порождает болезни. То же соображение относится и к одежде: вместо того, чтобы быть окутанным плотью, теплыми, влажными и привычными жидкостями, новорожденный завернут в те же одежды, что и взрослые».

Трактат «Восьмимесячный плод» рассматривает только конечную фазу развития эмбриона. Но в «Гиппократовом сборнике» есть труд, который посвящен прослеживанию развития эмбриона от семени до родов. Рукописная традиция неправильно разбила его на два трактата под названием «О зарождении» и «О природе ребенка». Краткий экскурс в эту работу дает общее представление о том, как проблемы эмбриологии решались в эпоху Гиппократа.