Читать онлайн «В те грозные годы». Страница 65

Чтобы более предметно и целенаправленно вести политическую и культурно-массовую работу среди жителей освобождаемых сел и городов, не допускать в этом деле разнобоя, поарм провел семинар штатных агитаторов из полит-органов соединений. На нем был обсужден первый опыт такой работы, накопленный в дни наступления командирами, политработниками, партийными и комсомольскими организациями 391-й стрелковой дивизии, а также армейским Домом Красной Армии. В работе семинара принял участие начальник политуправления фронта А. П. Пигурнов.

Наш Дом Красной Армии в ту пору возглавлял майор Георгий Назарович Голиков. Человек увлеченный, влюбленный в свое дело, прекрасный организатор, он в дни наступления проводил огромную культурно-просветительную работу в только что освобожденных тогда латышских городах и селах. Она строилась им в неразрывной связи с политической пропагандой и агитацией. Перед началом каждого концерта армейского ансамбля или киносеанса, что демонстрировался для местного населения, перед зрителями, как правило, выступали с небольшими докладами на военно-политические темы либо сам майор Голиков, либо пропагандисты майор Фомин и капитан Матвеев. Кроме того, при Доме Красной Армии имелись две кинопередвижки, которые также с полной нагрузкой работали в освобожденных селах и городах.

Летом 1944 года немецкие антифашисты в полосе нашей армии одновременно с нескольких МГУ вели передачи на гитлеровские войска от имени Национального комитета «Свободная Германия». Начинались они так:

«Внимание, внимание! Немецкие солдаты и офицеры! Слушайте обращение Национального комитета «Свободная Германия».

Первая такая передача прошла без каких-либо помех со стороны врага. Обстрел установок МГУ гитлеровцы начали лишь после того, как прозвучали последние слова.

Немцы очень внимательно слушали обращение комитета. Видно, до многих начинало доходить, что крах фашистской Германии уже недалек.

«Просветлению» голов фашистских вояк способствовали огромные потери противника в последних боях. За 20 дней наступления немецко-фашистские войска только в полосе 3-й ударной армии потеряли по меньшей мере 20 тысяч солдат и офицеров, в том числе 5 тысяч пленными. А среди последних наверняка было немало и таких, которые давно разуверились в «непобедимости» фашистского рейха.

Значительные потери несли и наши войска. Особенно много было раненых. В борьбе за возвращение их в строй первостепенная роль принадлежала, естественно, медицинскому и обслуживающему персоналу медико-санитарных батальонов. Вот почему политорганы частей и соединений всегда уделяли внимание работе медсанбатов.

Часто посещали эти подразделения и мы, работники политотдела армии. Помнится, возвращаясь как-то с переднего края, мы с подполковником П. С. Матюхиным заехали в МСБ 171-й стрелковой дивизии. Встретил нас заместитель командира батальона по политчасти майор Зайцев. У него поинтересовались, не жалуются ли раненые на обслуживание.

Таких жалоб, по словам майора, не было. Врачи, медсестры и санитары трудятся, как он сказал, добросовестно и самоотверженно, нередко сутками без сна и отдыха. Достойный пример в работе показывают коммунисты и комсомольцы. Их в батальоне более сорока человек. Несмотря на занятость основной работой, многие из них являются агитаторами: знакомят раненых со сводками Совинформбюро, проводят беседы, пишут письма за тех, кто не в состоянии сделать это сам.

— За время наступления к нам в медсанбат трижды приезжал начальник политотдела дивизии полковник Шкудов, многим раненым вручил награды, а нескольким товарищам, принятым в партию, — партийные документы, — продолжал замполит. — Вроде все в порядке, только…

Майор с минуту помолчал, озабоченно потер лоб, как бы размышляя, стоит ли говорить армейскому начальству о том, что его, старого коммуниста, особенно волнует. И, видимо, решил, что стоит. Высказал он такую, казалось бы, простую мысль: в медсанбат время от времени попадают бойцы и командиры, имеющие за время войны по три — пять, а то и больше ранений, но ни разу не награжденные.

— Несправедливо получается, товарищ полковник, — развел руками Зайцев. И он был, конечно, прав.

Как тут же выяснилось, и сейчас в медсанбате были такие раненые. Мы пошли навестить их. И вот что я записал в одном из своих фронтовых блокнотов по этому поводу:

«Лейтенант Левин, командир пулеметной роты 525 сп. В Красной Армии с 1927 года, на фронте — с июля 1941 года. 7 раз ранен, наград не имеет.

Сержант Шкрабин (380 сп) — вожак санитарных собак. Вывез с поля боя 80 раненых. Три раза ранен сам, наград не имеет.

Красноармеец Ксенофонтов (713 сп). Три ранения. В последнем бою ранен осколками в обе ноги, руку и плечо. Наград не имеет».

Всех их уже собирались эвакуировать в госпиталь, но по моему указанию на некоторое время задержали. Когда я сообщил об этом командиру дивизии полковнику А. И. Негоде, он сразу же согласился: да, проглядели, допустили промах. На лейтенанта Левина, сержанта Шкрабина и бойца Ксенофонтова были оформлены необходимые документы. И вскоре начальник политотдела В. И. Шкудов вручил всем троим государственные награды. После этого Левина, Шкрабина и Ксенофонтова эвакуировали в полевой госпиталь.

Проведенная в последующие дни проверка показала, что и в медсанбатах других дивизий есть воины, получившие за время пребывания на фронте по два-три ранения, но ни разу не награжденные. Чтобы как можно быстрее покончить с подобной несправедливостью, мы дали начальникам политотделов соединений строгое указание — считать работу по выявлению раненых, но не награжденных воинов важнейшей задачей политработников, партийных и комсомольских организаций. В посланной в войска телеграмме по этому поводу подчеркивалось, что каждый боец и командир, проливший кровь в боях за Родину, достоин быть отмеченным государственной наградой.

Подходил к концу первый месяц нашего наступления в Латвии. В управлении армии решено было подвести его некоторые итоги. В целом они были положительными. За месяц боев войсками 3-й ударной освобождено 3400 населенных пунктов. Разгромлены 15-я дивизия СС и 23-я пехотная дивизия врага. Изрядно потрепаны его 252, 281 и 329-я пехотные дивизии. Нами уничтожено большое количество танков, артиллерии и другой боевой техники противника, захвачены солидные трофеи.

Вместе с тем, как отметил командарм, в ходе наступательных боев выявились и существенные недостатки. Некоторые части и соединения армии действовали порой недостаточно стремительно, что позволяло фашистам организованно отводить свои силы на новые рубежи обороны. Слабо велась общевойсковая разведка, особенно в подвижных группах. Не всегда эффективно использовались для управления войсками средства радиосвязи.