Читать онлайн «Роксолана и Сулейман. Возлюбленные «Великолепного века» (сборник)». Страница 105

В том, что касается напитков, стамбулец, как всякий добрый мусульманин, должен был довольствоваться водой и безалкогольными фруктовыми соками и компотами, но часто нарушал запрет пророка и употреблял вино или турецкую водку ракию, а также бузу, которая мало отличалась от пива, но под коранический запрет не попадала.

Буза (боза) изготавливается из ячменя или проса и доступна по цене и бедным людям. В Стамбуле была государственная фабрика по производству бузы, но и частных лавочек, торгующих этим напитком, по словам Эвлийи Челеби, было более 300.

Следующим по популярности напитком был мюселес, или род «вареного вина», добытого прямо из сусла (отпрессованного сока винограда) посредством его тепловой обработки. Еще один напиток такого рода – пекмез. Употребляли турки и балсую – напиток из меда, сиропа и хмеля. А вот оржад (миндальное молоко) был распространен меньше других напитков. Шербеты изготовляли двух сортов – напитки и твердые сладости.

Единственным полуразрешенным для мусульман спиртным напитком в Стамбуле, да и по всей империи, была турецкая водка ракия, или арак. Она получается посредством возгонки спирта из мастики мастикового дерева, растущего на Хиосе. Ракия по вкусу напоминает анис. Эта жидкость может служить и прохладительным напитком, если ее сильно разбавить холодной водой, и алкогольным напитком, если пить ее в неразбавленном или слабо разбавленном виде. В Стамбуле производство и потребление ракии в принципе было запрещено, но армяне, большие специалисты в этой области, производили ее в соседнем Чорлу, во Фракии. Ракия пользовалась большим спросом в кабачках Галаты и в районе арсенала Касима-паши. Поскольку в Стамбуле имелось многочисленное христианское население, продажа водки и вина в тавернах никогда не была запрещена и на практике ничто не мешало мусульманам предаваться пьянству.

Употребление вина мусульманам, как известно, запрещается Кораном, но еще султан Мурад IV, а потом Мехмед IV сочли необходимым еще раз утвердить этот запрет своими фирманами. Тем не менее вин в Стамбуле было всегда с большим избытком, причем не только в тавернах и кабачках, но и в дворцах таких важных персон, как султаны Селим II Пьяница и тот же Мурад IV, который обоснованно считал, что собственный указ на него не распространяется. Большим любителем выпить был и знаменитый поэт Баки, называвший Сулеймана «беспощадным, как судьба». Поскольку представители религиозных меньшинств и иностранцы имели неограниченное право продавать и покупать вино, соблюдать запрет на его употребление мусульманами было очень трудно, особенно в Стамбуле. Правда, на вино налагались высокие ввозные пошлины, но их можно было легко обойти, утверждая, что вино предназначено для нужд посольства (поставляемое туда вино никакими пошлинами не облагалось). Неплохие вина производились и в самой Османской империи – в частности, во Фракии, в области Смирны, на Греческом архипелаге, хотя иностранные вина, особенно французские, итальянские, венгерские, немецкие и испанские, все же оставались более популярны как среди турок, так и среди христианских подданных султана.

Кофе в Турцию впервые ввезли в царствование Сулеймана Великолепного, в середине XVI века, два сирийца из Алеппо и Дамаска. Первое кафе (кахвехане) в Стамбуле, первоначально предназначенное исключительно для дегустации этого редкого напитка, открылось в 1554 году. Вскоре кофе вошел в моду, и кафе стали самыми популярными заведениями, тем более что там также играли в триктрак и в шахматы и звучала музыка.

Султан Мурад III приказал закрыть кафе, опираясь на уверения улемы в том, что употребление кофе нарушает положения Корана, поскольку влияет на состояние ума. Но запрет не продержался и нескольких дней, так как кафе было уже так много, что закрыть их все не было никакой возможности, к тому же христианам, а тем более иностранцам пить кофе запретить никто не мог.

Кофе ввозился в Стамбул из Йемена через Египет. Именно в Стамбуле европейцы впервые попробовали кофе и принесли его в Европу.

Кафе Стамбула стали местом встречи поэтов, литераторов и вообще представителей мира искусства. Как с удивлением отмечал один европеец, «здесь могут общаться люди различных религий и общественного положения без ущерба для своей репутации. Вне помещения кахвехане, на свежем воздухе, нередко устанавливаются каменные скамьи, устланные циновками. На них именитые посетители любят посидеть, посмотреть на уличных прохожих и себя им показать. Обычно в кахвехане выступают скрипачи, флейтисты, другие музыканты – их нанимают владельцы заведений, чтобы они играли и пели для привлечения публики».

Можно сказать, что именно в царствование Сулеймана сложился тот бытовой облик Стамбула, который с небольшими изменениями просуществовал вплоть до XIX века.

Самым большим по площади зданием Стамбула до сих пор остается султанский дворец, Топкапысарай, занимающий весь главный холм – холм древнего акрополя. Окруженный высокими крепостными стенами, дворцовый комплекс простирается от Бахчекапы на Золотом Роге до Ахыркапы на Мраморном море. Дворец представляет собой комплекс зданий, различающихся по размерам и архитектурному стилю, поскольку строили его разные архитекторы при разных султанах, начиная с Мехмеда Завоевателя. Дворец господствует над Стамбулом, так что на нем сразу же останавливается взгляд путешественников, прибывающих в город как по Мраморному морю, так и по Босфору.

Муфтий посоветовал Сулейману, следуя завету Корана, взять средства из казны на строительство дорог, колодцев, караван-сараев и мечетей для бедняков. Султан этим не ограничился. Он приказал построить новый акведук, взяв за образцы византийские акведуки. А для себя султан построил летний дворец у азиатского побережья.

При Сулеймане Великолепном в Стамбуле построили множество акведуков и фонтанов, снабженных кранами, дабы вода не пропадала даром, смешиваясь с почвой и образуя грязь. Это также надежно обеспечило столицу империи пресной водой. А вот типичная зарисовка, сделанная одним иностранным путешественником XVII века: «Несколько янычар в одной из портовых таверн за чертой города, приведя с собой женщин и мальчиков, после того как изрядно, по обы чаю, напились и пресытились всеми видами разврата, принялись курить и заснули со своими трубками, не вынимая их изо рта. Горящий табак посыпался из трубок на циновки – они загорелись, и вскоре вся таверна заполыхала».

Во времена Сулеймана Великолепного такой открытый разврат и нарушение исламских норм были еще вряд ли возможны.

Проституция Стамбула в царствование Сулеймана Великолепного, равно как при его предшественнике и преемнике, вполне процветала, но не выставляла себя напоказ. Существовали тайные публичные дома, куда рекрутировались гречанки, еврейки, армянки, черкешенки и другие немусульманские женщины, хотя изредка встречались сирийки, персиянки и даже турчанки. Большинство проституток работали в тавернах, а некоторые выступали в роли продавщиц каймака в лавках каймакчи. В конце XVI века проститутки концентрировались в Галате, Топхане и Эюбе и обслуживали прежде всего моряков и паломников. Когда султан Мурад IV начал преследование проституток и изгнал их из Эюба, места паломничества к могиле святого, и закрыл лавки каймакчи, публичные дома стали маскироваться под прачечные.