Читать онлайн «Спецслужбы Российской Империи. Уникальная энциклопедия». Страница 270

Но основную роль в военной разведке в мирное время играли рядовые разведчики. По указанию руководителей Приказов или воевод они регулярно выезжали за границу для выполнения заданий разведывательного характера. Там они не только сами добывали различными способами конфиденциальные сведения, но и создавали резидентуры, которые работали в их отсутствие. Фактически успех той или иной разведывательной операции полностью зависел от конкретного человека.

Несмотря на появление Приказов, так и не была решена главная задача – создание органа, специализирующегося на ведении разведки и контрразведки. Фактически разведкой за границей постоянно занимались только профессиональные дипломаты, часто имевшие довольно смутное представление о тонкостях ратного дела, и случайные агенты.

Делопроизводство Приказа велось по столам (отделам. – Прим. авт.), которых во второй половине XVII в. было девять: Московский, Приказной, Севский, Белгородский, Владимирский, Новгородский, Киевский, Денежный и Поместный.

Особенно интересны с точки зрения разведывательной деятельности столы Московский, Приказной и пограничные Севский и Белгородский, в районе деятельности которых были сосредоточены сильнейшие воинские соединения – Севский и Белгородский полки. Другие крупнейшие пограничные районы и города, такие, как Новгород, Псков и Смоленск, ведались в Посольском приказе, и переписка с ними велась через Посольский приказ.

Рассмотрим разведывательную деятельность каждого стола Разряда в отдельности.

Московский стол Разрядного приказа курировал Москву и, как организованный ранее всех других столов, оказался местом сосредоточения всех тех дел, которые не подлежали ведению других столов данного стола. В делопроизводстве Московского стола сохранилось 1180 столбцов (1549–1704), в которых часто встречаются документы, относящиеся к разведке, в т.ч. и военной, причем наибольшее их число приходится на начало XVII в. Очевидно, разведывательная деятельность Московского стола постепенно угасает, переходя в Приказный стол. Характер переписки говорит о том, что Московский стол, как и другие столы, интересовали вопросы военной разведки. Так, в вестовой отписке путивльского воеводы от 5 сентября 1647 г. докладывается о получении вестей от коронного гетмана Н. Потоцкого о намерении крымского хана идти войной на Русь осенью.

Московский стол не был только пассивным собирателем вестей. Он активно руководил в целом разведкой, стремясь улучшить последнюю. Когда, например, воевода города Царь-Алексеевский князь Василий Ивов жаловался в 1647 г. в Разрядный приказ, что сосед его, Усердский воевода, не сообщает ему вестей о передвижениях татар, то Московский стол вмешивается: на отписке дьяком была наложена помета:

«156 г. сентября в 11 день послать государеву грамоту к Борятинскому с осудом для чего он тех вестей князю Василью не писал, о том бы он отписал, и вперед бы к нему о всяких вестях писал».

В отличие от других столов Разрядного приказа, работа которых была построена по территориальному принципу, Московский стол выполнял работу экстерриториальную: переписка велась с большим числом воевод различных городов. Среди присланных с мест сообщений иногда встречаются любопытные. Например, 2 августа 1631 г. из города Ржева местный воевода Иван Шаховской прислал письмо с просьбой освободить от уплаты налогов землю Андрея Чюркинского, т.к. последний регулярно бывает за границей и собирает интересующие Москву сведения.

Такой же экстерриториальной организацией был и Приказный стол Разрядного приказа, основными функциями которого были:

1) опрос вернувшихся из иноземного плена русских воинов, а также захваченных в плен иностранцев;

2) беседы с приехавшими в Москву иностранцами;

3) велась переписка с военными гарнизонами. Полученные от них сведения (вестовые отписки) обрабатывались и через Приказ тайных дел ежедневно докладывались царю.

Такой прекрасный состав источников, какими были русские, возвратившиеся из плена, и иностранцы, взятые в плен, а также огромное число вестовых отписок создали положение, когда Приказный стол стал самым осведомленным органом в Разрядном приказе. Наряду с этим Приказный стол вел активную переписку по вопросам военной разведывательной деятельности с воеводами разных городов: Брянска, Вязьмы, Великих Лук, Белгорода, Новгорода, Тулы, Козлова и других.

Территория, подведомственная Севскому столу Разрядного приказа, находилась на стыке двух направлений – юго-западного и южного. Поэтому этот стол вел военную разведку в юго-западном направлении против Речи Посполитой и в южном – против Крыма. Если против Речи Посполитой применялась главным образом агентурная разведка через засылаемых в страну лазутчиков, то против Крыма проводилась преимущественно войсковая разведка с целью не допустить неожиданного вторжения татар в пределы Московского государства.

Белгородский стол вел военную разведку на юге в соответствии с местом дислокации Белгородского полка, который стоял по Белгородской «засечной черте» и в городах Слободской Украины (историческая область в России XVII–XVIII вв. на территории современной Харьковской и частей Липецкой, Донецкой, Сумской, Воронежской, Белгородской и Курской областей) – Белгороде, Ахтырке, Харькове, Чугуеве, Изюме и на верховьях Дона, в городах Ельце, Усмани, Воронеже, Старом и Новом Осколе и других. Это определяло и направление разведки, которое было против крымских татар и турок.

Остальные столы Разрядного приказа с разведывательной точки зрения неинтересны.

Руководство военной разведкой со стороны Разрядного приказа происходило главным образом в письменной форме, при этом охватывался широкий круг вопросов разведки войсковой, агентурной и торговой. Наряду с письменной формой осуществлялось, хотя и в меньшей степени, живое руководство в форме поездок дьяков и подьячих на места.

Руководство военной разведкой со стороны Разрядного приказа осуществлялось постановкой как общих, так и частных задач, последние иногда регламентировались вплоть до мельчайших подробностей.

В царских указах часто требовалось, чтобы каждый воевода, независимо от того, каким полком он командует, обязан был от себя лично организовывать разведку и добывать «языка». Так же активно допрашивали перебежчиков и военнопленных. Нередко в этих беседах активное участие принимал сам Иван Грозный. Учитывая царившие тогда нравы, можно предположить, что к тем, кто молчал на допросах, применяли меры физического воздействия.