Читать онлайн «Спецслужбы Российской Империи. Уникальная энциклопедия». Страница 269

Превращение в восьмидесятые годы XV в. Московского великого княжества в Русское централизованное государство с титулом и рангом царства приводит к отказу князя (великого князя) от личного, персонального, а с 1389 г. – семейно-династического руководства внешней политикой, включая организацию и ведение стратегической разведки. Уже в правление великого князя Василия III возникает частный совет государя, своего рода кабинет, состоящий из наиболее близких и доверенных лиц,– так называемая Ближняя дума. Наиболее сложные вопросы внешней и внутренней политики предварительно обсуждались членами Ближней думы, а затем уже подготовленное решение выносилось на утверждение Боярской думы. Состав и численность Ближней думы полностью зависели от воли царя.

Возникновение централизованного государства обусловило появление государственного аппарата – особой системы рабочих органов и учреждений, выполняющих отдельные функции государственной власти, которые раньше безраздельно осуществлял князь. Первыми органами аппарата центрального государственного управления стали Приказы.

Слово «приказ» в смысле «учреждение» в первый раз встречается в 1512 г. в грамоте великого князя Василия Владимирскому Успенскому монастырю. Приказная система не имела стройного внутреннего единства и четкого разграничения функций между центральными органами. При учреждении Приказов пытались следовать принципу разделения их по виду деятельности, по составу курируемого населения и по подведомственным территориям, когда в ведение отдельного приказа передавались отдельные территории. На деле же происходило следующее – нередко один и тот же вид деятельности осуществлялся сразу несколькими Приказами. Более того, продолжительность деятельности Приказа была различна и могла зависеть от сроков царствования русских государей. Присоединение новых территорий приводило к появлению новых Приказов. Отдельные Приказы занимали подчиненное положение по отношению к другим. Одни Приказы могли временно вводиться в состав других Приказов. Все вышесказанное затрудняло подсчет общего количества существующих Приказов, число которых, по разным оценкам, колебалось от 39 до 62[632]. Все Приказы состояли в ведении царя и Боярской думы.

Единого органа военного управления в XVI в. еще не было. Управление было организовано по видам войска: Разрядный приказ ведал поместным ополчением и служебными назначениями в войске, Стрелецкий приказ – стрельцами, Пушкарский приказ – «нарядом», Оружейный приказ – производством ручного оружия, Бронный приказ – производством защитного снаряжения. Всего при царе Иване Грозном (1530–1584) было известно до десяти Приказов, в той или иной мере занимавшихся военными вопросами.

Русское государство воевало в среднем один год из двух, поэтому и разведывательные сведения, необходимые для его феодальных властителей, носили преимущественно военный и военно-политический характер. На государственном уровне разведка организовывалась и велась множеством Приказов (Иноземным, Казанским дворцом, Литовским, Лифляндским, Малороссийским, Новгородской четью, Панским, Полонянничим, Посольским, Разрядным, Сибирским, Смоленским, Стрелецким, Тайных дел), имевших свои собственные силы и средства и которым в той или иной степени приходилось вступать в контакт с зарубежьем[633]. Ведущее место в деле разведки среди этих Приказов занимал с момента своего образования в 1549 г. Посольский приказ.

Посольский приказ разрабатывал «наказ» членам посольских миссий, в котором подробно перечислялись цели и задачи посольства – поручения, возложенные на главу миссии, его обязанности и нормы поведения в чужой стране, а также излагались речи и ответы на возможные вопросы. Кроме того, наказы включали в себя предписания о сборе разведывательных сведений, отражающих различные стороны жизни государства, в которое направлялось посольство.

Управление подведомственными территориями со стороны Приказов осуществлялось через глав местных администраций, наместников и с середины XVI в. городовых воевод. Появление городовых воевод «было вызвано построением со стратегическими целями новых городов на окраинах, где военные задачи выступали на первый план, почему и само население их являлось почти «сплошь обязанным службою, а также присоединением новых населенных инородцами областей, где все отрасли управления сосредотачивались в военных руках»[634].

Городовые воеводы возглавляли управление города с прилегающей к нему территорией – уездом. В обязанности городового воеводы входило в том числе «принятие предупредительных мер относительно нападения неприятеля и в собирании войск и в командовании ими»[635].

К середине XVII в. на городских воевод приграничных русских населенных пунктов также возлагалась обязанность ведения военной разведки в пограничной полосе. Для этой цели они регулярно посылали лазутчиков за рубеж. Вот, например, задание, которое предстояло выполнить в 1661 г. русскому лазутчику Фомке Еремееву:

«Проведать подлинно, сколько ныне на Десне польских и литовских людей, и десенские мещани великому государю радеют ли, и чаять ли в них какие крепости в постоянстве».

В больших городах при воеводах состояла целая коллегия – воевода «с товарищи», т.е. воевода старший, воевода младший и дьяки. В таких случаях непосредственными руководителями разведки были воеводы, а исполнители – различные подьячие, осадные головы, стрелецкие головы и просто дети боярские. Все эти люди, занимавшиеся разведкой в XVII в., никакой специальной разведывательной подготовки не имели. Проводимая ими разведывательная деятельность не была их основной обязанностью. Например, городовой воевода ведал сбором дворянского ополчения и поддержанием в порядке городского военного укрепления, которое часто было в запущенном состоянии, руководил местной полицией, судил мелкие дела и имел немало фискальных обязанностей. В таких условиях вопросы разведки, несмотря на их большую значимость, воеводы решали как бы мимоходом, оставаясь все же главными руководителями разведки на местах. Просматривая акты, относящиеся к XVII столетию, можно увидеть, что ни одно разведывательное дело не обходилось без участия воеводы. Воевода вербовал разведчиков, инструктировал их перед отправкой за рубеж, финансировал их, проводил в приказной избе расспрос вернувшихся лазутчиков.

Но основную роль в военной разведке в мирное время играли рядовые разведчики. По указанию руководителей Приказов или воевод они регулярно выезжали за границу для выполнения заданий разведывательного характера. Там они не только сами добывали различными способами конфиденциальные сведения, но и создавали резидентуры, которые работали в их отсутствие. Фактически успех той или иной разведывательной операции полностью зависел от конкретного человека.