Читать онлайн «Спасенные дневники и личные записи. Самое полное издание». Страница 174

«…Берия является большим интриганом. Это коварный человек, ловкий карьерист. Он очень крепко впился своими грязными лапами в душу товарища Сталина, он умел навязывать своё мнение товарищу Сталину…»

Но это как раз – суть линии Хрущёва! Это он, зная за собой талант очаровывать нужных ему людей, очень умел и любил нравиться и сумел много лет обманывать даже такого проницательного человека, как Сталин. Вот я смотрю на фотографию Хрущёва, сделанную в 1970 году, за год до его смерти. Вроде бы доброе, округлое, открытое лицо, обаятельная улыбка. Только глаза выдают внимательный взгляд хищника, всегда готового к неожиданному броску на жертву в удобный для нападения момент.

Я мог бы продолжать и продолжать, однако скажу ещё лишь вот что…

Если вдуматься, то можно понять, что Берия прожил жизнь, которую мы вправе определить как одну из самых насыщенных и захватывающих во всей мировой истории, если не мерить накал жизни сожжёнными городами или числом наложниц в гареме.

Лаврентий Берия любил и был любим. В юности он испытал ряд таких приключений, которых другому хватило бы на всю оставшуюся жизнь. Он умел отдыхать и ценил отдых именно потому, что всегда имел его так мало и так редко. Он воспитал прекрасного сына и сам был прекрасным сыном. Он преобразовал облик своей малой, кавказской Родины, но он же получил от Судьбы… нет, не получил, а заработал возможность и право выдающимся образом преобразовывать к лучшему свою великую, большую Родину – Россию.

Он не только создавал и преобразовывал её, но он выдающимся образом отстаивал её свободу, независимость и будущее в жестокой борьбе с внешним врагом. А потом внёс первостепенный вклад в дело обеспечения мирного будущего Родины, нейтрализуя угрозу уже атомного её уничтожения.

Он дал начало многим державным проектам и руководил их воплощением в жизнь. Он ворочал такими силами и средствами, которые и не снились никаким македонским, наполеонам, рокфеллерам, дюпонам…

Единственный из всех мировых лидеров первого ряда он воочию видел могучий взрыв, рождённый освобождённой человеком загадочной внутриатомной энергией. И он не просто видел его, а был одним из его творцов.

Он жил полной жизнью настоящего человека, и о нём можно сказать так:

Ветер истории действительно сдувает мусор с великих могил – если это великие могилы. Этот ветер сдувает мусор с могилы великого Сталина.

Но от великого Берии не осталось могилы. Зато осталась его судьба.

И ей, несмотря на всё, в ней произошедшее, можно лишь позавидовать.

Предисловие публикатора

В этой книге собраны последние материалы Л.П. Берии. Выходом их в свет завершается публикация личных записей Лаврентия Павловича Берии, начатая изданием его тайных дневников 1938–1953 годов.

Дневники Л.П. Берии, подготовленные мной к печати с подробными комментариями, составили три отдельных тома, затем объединённые под одной обложкой. Сегодня, также под одной обложкой, издаются недатированные записи Л.П. Берии послевоенных лет. По содержанию некоторых из них можно предполагать, что Берия рассматривал их как нечто вроде заготовки будущих мемуаров. Среди материалов – наброски ряда политических портретов (в т. ч. – Троцкого, Бухарина, Кирова, Орджоникидзе и др.), а также записи о Сталине, о советском Атомном проекте, роли ядерного оружия и т. д.

Публикуются также записи, касающиеся вопросов развития социализма, судеб социализма и Советского Союза и т. п.

В записях, имеющих характер концептуальных размышлений, Л.П. Берия выступает, по сути, как вдумчивый и талантливый системный аналитик, явно имеющий вкус к анализу и теоретическому осмыслению коренных явлений жизни общества. Для тех, кто всё еще числит Берию по ведомству палачей, это может показаться невероятным. Но это именно так.

И в этом смысле последний том тайных записей Л.П. Берии можно считать сенсационным. Он показывает, что Берия был не просто выдающимся менеджером эпохи, но и выдающимся её интеллектуалом.

Несмотря на отсутствие датировки, из контекста эпохи, к которой относятся записи, видно, что в основном они сделаны не позднее конца 40-х и начала 50-х годов, в том числе – в период подготовки к XIX съезду партии и после XIX съезда. Этот, ускользнувший от внимания современных историографов, но важный в системном отношении съезд был созван как очередной съезд ВКП(б), а закончился уже как съезд КПСС – партия получила новое название.

Как показали последующие события уже второй половины 50-х годов, бывшая партия большевиков получила вскоре после XIX съезда и новое содержание – всё более противоречащее интересам народов СССР и социализма. С учётом сказанного записи Л.П. Берии, касающиеся подготовки XIX съезда, а также относящиеся ко времени сразу после XIX съезда КПСС, то есть – к осени 1952 года и началу 1953 года, очень интересны.

Читатель, знакомый с публикацией в издательстве «Яуза» личных дневников Лаврентия Павловича Берии с 1938 по 1953 год, знает и историю появления у меня текста этих дневников, которые затем были подготовлены мной к печати и прокомментированы. Для читателя же, взявшего в руки лишь эту книгу, требуется предварительное пояснение.

После издания книги «Берия – лучший менеджер ХХ века» и моего участия в съёмках документального фильма о Берии, на меня вышел человек, личность которого заинтриговала с первых минут знакомства с ним и интригует по сей день.

Высокий, худощавый, со строгими белоснежными волосами, он был не по-стариковски строен, а точнее – по-гвардейски подтянут. Длинное кожаное пальто было тоже далеко не новым, старомодным, но элегантным. Представился он, иронически улыбнувшись, «Павлом Лаврентьевичем» – явный намёк на тему Лаврентия Павловича, и сообщил, что готов предоставить мне дневники Берии.

На мой естественный вопрос: «А они что, существуют?», он коротко ответил: «Существуют». Из дальнейшего же разговора, подробно описанного мной в предисловии к первому тому дневников, выяснилось, что:

– мне может быть предоставлена лишь электронная версия дневников, но при этом мне будет показана (однако – не отдана) часть фотокопий с оригиналов;

– никакие финансовые условия мне не выставляются и в будущем выставляться не будут, единственное условие – подготовить дневники к печати и постараться их издать;