Читать онлайн «23я бригада - 2 (СИ)». Страница 67

В это время силы итальянского флота адмирала Якино изображали сбор своего боевого состава после прохождения проливов и уже изрядно отставали от французов, по факту, находясь всего в 10 милях от турецких проливов, в то время как французы подходили к знаменитому Синопу. При этом было очевидно, что французы не возражали такому развитию событий и не собирались отдавать победу 'макаронникам' Муссолини. Хотя наличие двух разделенных эскадр в Чёрном море могло говорить и совсем о другом, например, что французская эскадра собиралась напасть на морскую базу Новороссийск, а итальянцы собирались идти, например, на Севастополь или даже Одессу.

В 16.42 с передового эсминца поступил сигнал о визуальном обнаружении дозорных французских эсминцев и Кузнецов передал команду на 'Ворошилов' и 'Молотов' сблизиться с противником и нанести удар противокорабельными ракетами, после чего поддержать действия наших эсминцев огнем артиллерии. Таким образом, первые столкновения в Чёрном море начались уже в 18.24, вперед ринулись артиллерийские корветы 39 проекта и с 20 километров открыли огонь по вражеским быстроходным эсминцам, обеспечивая выход на позиции фрегатов 26 проекта.

Заметив непонятные действия красных французские легкие крейсера, также сократили дистанцию и открыли плотный артиллерийский огонь по нашим корветам. Как не малы были пяти тысячники, вооруженные всего тремя башнями с двумя 152 мм орудиями, но наличие на кораблях радара и системы управления огнем позволяло накрывать вражеские легкие крейсера достаточно точно, а вот французские корабли безобразно мазали. Точку в этом первом бое поставили наши фрегаты, что пустили по французским легким силам 12 противокорабельных ракет, утопив сразу один и повредив три вражеских крейсера, после чего наши легкие силы откатились назад, и начали вести артиллерийский обстрел поврежденных французских крейсеров с дистанции 30 км.

Воспользовавшись отвлечением сил прикрытия французского флота на борьбу с нашими передовыми кораблями к основным вражеским колоннам медленно поползли советские подводные лодки и произвели массированную торпедную атаку. Уже через час боя с радаров пропало шесть меток вражеских кораблей, и Кузнецов отдал приказ группе легких сил прижаться ближе под прикрытие тяжелых крейсеров.

- Николай Герасимович - обратился к наркому ВМФ СССР командир 'Парижской Комунны' - на радаре появились 11 дополнительных отметок вражеских кораблей. По данным радиоперехватов, эту колонну ведет линкор 'Страсбург', а с ним крейсера "Марсейез", "Ла Галиссоньер" и "Жан де Вьен' и множество легких крейсеров и эсминцев, скорость сближения с противником 32 кабельтовых в час.

- Фёдор Иванович, что там с нашими гончими?

- Группа корветов и фрегаты отходят к нам, дистанция до них 160 кабельтовых - доложил капитан первого ранга Кравченко.

- Николай Герасимович - обратился к наркому Бубнов - засветка на радаре, это вражеский развед самолет, похоже нас обнаружили.

- Рано или поздно Сергей Ильич, это должно было случится - задумчиво проговорил Кузнецов - как вы считаете, мы успеем подтянуть корветы, а то тяжко придется без их артиллерии?

- Предлагаю сейчас сбить разведчика ракетой, по крайней мере, не будет передавать информацию и нашей диспозиции и корректировать огонь их артиллерии - ответил Бубнов.

- Ну, что же мы должны заявить о серьезности наших намерений. Расчетам ПВО сбить вражеский самолет-разведчик, а вы Николай Герасимович вызывайте истребительную эскадрилью с Батуми, о нашем обнаружении разведчик всё равно уже доложил. Скоро налетят злые коршуны - скомандовал Кузнецов.

- Есть! - отрапортовал попаданец-летун Бубнов и направился к радиостанции, а через несколько секунд раздался взрыв и рокот маршевого двигателя ракеты комплекса 'Тунгузска' установленного на борту Линкора.

- Есть поражение цели - через какое-то время доложил вахтенный офицер.

- Отлично, хорошая работа товарищи - похвалил Кузнецов - Федор Иванович отворачивайте 15 градусов севернее, и запросите информацию с фрегатов, что там у них на радарах?

- Пока все метки, что и у нас - отрапортовал командир корабля.

- Ну, что же, не будем рисковать, а то нарвемся на вторую кильватерную колонну французов, попытаемся обойти их первую колонну с севера, а там завяжем бой на предельной дальности стрельбы наших орудий и будем стойко биться до наступления темноты, а уж затем попробуем воспользоваться нашими радарами, пойдем на сближение и всыплем французам ночью по полной, чтоб задумались 'от чего это море зовется Чёрным?'.

В 19.50 на радаре появились сразу множество воздушных целей. Средствами ПВО корабельной группы были обнаружены 32 неизвестных самолета движущихся к месту сражения со стороны турецкого Синопа.

- Фёдор Иванович - обратился Кузнецов к командиру линкора - подайте световые сигналы нашим корветам и фрегатам прижаться ближе к основной группе кораблей, а плавающим зенитным батареям выдвинутся вперед, на встречу вражеским самолётам, дистанция между кораблями ПВО пятнадцать кабельтовых, приготовьте переносные зенитные средства 'Верба' для уничтожения бомбардировщиков и торпедоносцев. И вызовите наши истребители.

- Есть - отрапортовал командир и направился к посту боевого управления.

Через каких то 40-50 минут надвигающуюся мглу разрезали росчерки трассирующих 30 мм снарядов и несколько дымных шлейфов зенитных ракет. До подхода нашей истребительной авиации противник успел понести значительные потери, а после появления ЯК-1 и И-185 участь вражеской воздушной эскадры была предрешена.

Многие тогда считали, что это была самая продолжительная ночь 1940 года, так как незамедлительно после отражения налета вражеской авиации, наша эскадра вступала в артиллерийский бой с кораблями противника.

Грохотали 305 мм орудия линкора, 203 и 180 мм орудия крейсеров, а им подпевали 152 мм орудия фрегатов и корветов. Бой шел на предельных дистанциях в 28-30 км, так как Кузнецов собирался максимально использовать преимущества нашей эскадры в наличии радиолокационных станций и систем управления огнем.

Через два часа боя на радарах светились уже все французские корабли и нашим стало жарко, пришлось даже пускать дымы и откатываться из-под мощного артиллерийского огня. Внезапным попаданием вражеского снаряда буквально разорвало пополам один из корветов 39 проекта и Кузнецов дал команду на отход этих кораблей за линию тяжелых крейсеров. Еще через час насколько снарядов сильно повредили 'Красный Крым', а в завершение всему один из вражеских снарядов проник в артиллерийский погреб и вторая башня 'Червонной Украины' с ярким фейерверком взлетела метров на 100 в небо. Это было крайней точкой терпения Кузнецова и тот подал команду на отворот еще 20 градусов севернее и выход из боя.

Даже не смотря на то, что по приказу Кузнецова вся наша эскадра включила дымовую завесу, что бы ввести противника в заблуждение, а сами наши башенные расчеты стреляли по данным радиолокационных станций, все же французские корабли неоднократно добивались точных попаданий. Не избежал повреждений и наш линкор 'Парижская коммуна', получив за три часа боя шесть попаданий в корпус.

- Николай Герасимович - прошуршала рация - прошу, шш-ш, добро на выход из боя, шш-ш.

- Что случилось Константин Сергеевич?

- Имею несколько неприятных попаданий и дырку от торпеды, пошёл уже приличный крен на левый борт, насосы не справляются с откачкой забортной воды.

- Твою мать - выругался нарком - до Поти дойти сможешь?

- Нам главное из боя выползти, чтобы не добили, а там наложим пластырь и дойдем.

- Хорошо, добро, потушить все ходовые огни, выключить радиостанции и отходить курсом север-северо-восток. Судам обеспечения взять 'Молотова' под ручки и довести до базы.

- Принял, удачи всем!

- Внимание - скомандовал Кузнецов - передать информацию на эсминцы, под нами вражеские подлодки, эсминцам приступить к поиску и уничтожению вражеских субмарин, всем кораблям рассчитать противолодочный маневр.