Читать онлайн «Библейский культурно-исторический комментарий. Часть 2. Новый Завет». Страница 157

23:9. С точки зрения фарисеев, понятно, что если Павел был бы осужден за учение о *вос-кресении, тогда, естественно, саддукеи хотели его осудить, и также естественно противостояние фарисеев и саддукеев друг другу. Более поздние свидетельства фарисеев гласят, что саддукеи не будут иметь части в грядущем мире.

23:10. Хотя в греческой трагедии можно обнаружить параллели, которые позволяют понять страх, испытанный тысяченачаль-ником за Павла, более вероятно, что греки восприняли эту сцену в свете греческой комедии, смеясь над нелепостью ситуации. Споры в залах суда под председательством высоких сановников редко доходили до рукопашной.

23:11–22

Заговор против Павла

23:11. См. коммент. к 18:9,10.

23:12,13. Воинственно настроенные иудеи иногда рассматривали убийство как благочестивую акцию; Ирод Великий однажды казнил десять *фарисеев, которые поклялись убить его. Если бы враги Павла не исполнили свою клятву, то по иудейскому закону они должны были просто принести в храме жертву искупления; таким образом, их клятва вовсе не означала, что они умрут с голоду. 23:14,15. Грабители и разбойники обычно устраивали засады по ночам. В течение нескольких лет, предшествовавших войне иудеев с Римом, сикарии (см. коммент. к 21:38) постоянно убивали иудеев, подозреваемых в сотрудничестве с римлянами, и по всей Палестине было неспокойно; эта информация вполне заслуживает доверия. Тот факт, что религиозная элита, которая, как выяснится позднее, преследовала свои цели в войне 66–70 гг., участвовала в этом заговоре, не вызывает удивления. (Эти священники принадлежали к *саддукейскому, а не к *фарисейскому крылу синедриона.) 23:16–22. В одном из сочинений Артапана, писателя *диаспоры, рассказывается о том, что Моисей, узнав о готовившемся против него заговоре, сорвал его. Если сестра Павла росла вместе с ним в Иерусалиме, то, вероятно, вся его семья переехала туда из Тар-са после рождения Павла.

23:23–32 Тысяченачальник предпринимает контрмеры

23:23. Приказ тысяченачальника подготовить двести воинов под началом сотников (вероятно, эта цифра условна; под командованием двух сотников на деле могло быть только 160 человек) для охраны Павла сократил бы численность гарнизона в иерусалимской крепости Антония на одну треть; таким образом, они должны были вернуться быстро (23:32). Двести стрелков входили в состав дополнительных пехотных соединений

Павел перед Феликсом. 23:33 — 24:9

(сформированных из местного населения). Если в когорте крепости Антония был регулярный кавалерийский отряд — около сотни всадников, это означает, что тысячена-чальник послал сопровождать Павла большинство из них. В условиях неспокойной обстановки в Палестине и ночных нападений грабителей без такого усиленного сопровождения не было никакой гарантии безопасности в ночное время в холмистой местности Иудеи.

Резиденция римского прокуратора находилась в Кесарии, и он посещал Иерусалим только по праздникам (чтобы поддерживать порядок и контролировать ситуацию). Кесария была для Иудеи военной штаб-квартирой (резиденция римского наместника, управлявшего всей Сирией-Палестиной, находилась в Сирии).

«Третий час ночи» — девять часов вечера. До Кесарии было около 60 миль.

23:24. Вскоре после того как Тиберий Антоний Феликс (у Тацита — Антоний, у *Иосифа Флавия — Клавдий; одна из надписей, по-видимому, подтверждает правоту Иосифа Флавия, но споры на эту тему продолжаются) стал прокуратором Палестины, он убедил Друзиллу развестись со своим мужем и выйти замуж за него (24:24). Он упрочил свои позиции, поскольку его брат, Паллас, был влиятельным *вольноотпущенником императора Клавдия. Тацит пишет, что Феликса можно было легко подкупить; обладая царской властью, он имел рабское мышление (что вряд ли можно считать комплиментом со стороны римского аристократа). Иосиф Флавий также обличает его как человека, погрязшего в коррупции, и обвиняет в массовых убийствах и репрессиях. Он занимал пост прокуратора в 52–59 гг.

23:25. В Римской империи (исключая Египет) не было регулярной почтовой службы; люди большей частью пересылали свои письма через рабов или друзей. Тысячена-чальник посылает это письмо с воинами. 23:26. Это обычная формула приветствия в письмах, и такой почтительный титул был типичным для сословия «всадников». Хотя Феликс не относился к этому сословию, его статус прокуратора делал этот факт несущественным. Его низкое происхождение не помешало тому, что все три его жены (Друзилла, вероятно, была последней) происходили из царского рода.

23:27–30. Второстепенные чиновники иногда придавали истории соответствующую окраску, чтобы представить себя в выгодном свете перед начальством; командир, который, вероятно, поднаторел в этом в процессе продвижения по жизни (22:28), хорошо знает правила игры. Местные чиновники (будучи главным римским представителем в Иерусалиме, этот тысяченачальник был официальным лицом) должны были определить, по какому делу можно обратиться к прокуратору. Это был явно такой случай. 23:31. Антипатрида находилась на расстоянии около 25 миль к югу от Кесарии, т. е. времени дневного перехода; самый короткий маршрут из Иерусалима в Антипатри-ду — от 35 до 40 миль (к счастью, вниз, под уклон), и это расстояние воины могли преодолеть за ночь — быстрее, чем обычные путешественники.

23:32. Возвращение не было таким спешным и не требовало усиленных мер охраны, поскольку происходило в дневное время, а разбойники обычно нападали по ночам.

23:33 — 24:9

Павел перед Феликсом

Технические детали судопроизводства здесь настолько хорошо согласуются с другими сведениями о римской правовой процедуре, что известные римские историки использовали их как источник, представляющий ценность для понимания римского судопроизводства в провинциях.

23:33,34. Прежде чем начать рассмотрение конкретного дела, полагалось удостовериться, подлежит ли обвиняемый данной юрисдикции. Власти обладали полномочиями подвергать суду обвиняемых, независимо от того, откуда они прибыли, за преступления, совершенные на территории их юрисдикции; но было справедливо и обратное, а потому Феликсу было легче выдворить Павла с подвластной ему территории, чем тратить время на суд над ним. Многие древние писатели любили проводить параллели между связанными между собой историческими личностями; здесь ср.: Лк. 23:6–9.

Киликия была римской провинцией, столица которой находилась в Тарсе. Но во времена Павла Киликия составляла часть Сирии. У сирийского легата было слишком много других забот, чтобы отвлекаться на такой сравнительно маловажный случай, поэтому Феликс берет на себя отправление правосудия, которое в другом случае он мог бы и отложить.

23:35. Слушание дел римских граждан, обвиненных в уголовных преступлениях, требовало тщательного расследования, если бы Феликс поступал по закону. Резиденция прокуратора в Кесарии находилась во дворце, построенном Иродом Великим; Павел, таким образом, содержался на территории собственной резиденции Феликса.

24:1. Хотя Тертулл — обычное латинское имя, носитель его вполне мог быть иудеем, имеющим римское гражданство, как и Павел. 24:2,3. Слушание дела начиналось с выступления обвинителя и в римском, и в иудейском суде. Тертулл начинает свою речь с традиционного captatio benevolentiae — восхваления Феликса с целью завоевать его благорасположение. (В руководствах по *риторике подчеркивалась важность завоевания расположения судьи, а выступления перед государственными деятелями начинались с восхвалений в их адрес.) Хотя комплименты иногда бывают небеспочвенными, в данном случае об этом не может быть и речи: в условиях коррупции, процветавшей в правление Феликса, в стране нарастали революционные настроения.

24:4. Ораторы могли приносить извинения за свои речи, которые якобы утомляли официальное лицо, продолжая между тем отпускать в его адрес комплименты (напр., *«Письмо Аристея», 8).