Читать онлайн «Закат владыки морей». Страница 99

Корабли Соединения Н интенсивно готовились к последней схватке с флотом Муссолини. По крайней мере, все надеялись, что такая схватка состоится. В июне 1943 года бухта Скапа оказалась забитой кораблями, как в славные дни Гранд Флита. Там находились не только 4 из 5 линкоров Флота Метрополии и их американские союзники, но также «Нельсон», «Родней», «Уорспайт» и «Вэлиант», 2 эскадренных авианосца, многочисленные крейсера и эсминцы. Когда все эти корабли отправились на юг, за ними последовали «Кинг Георг V» и «Хоу», так как считалось необходимым на случай боя с итальянским флотом иметь хотя бы пару современных линкоров, ведь итальянцы имели 3 таких корабля.

В итоге к июню Флот Метрополии сократился до 3 линкоров: «Дьюк оф Йорк», «Энсон» и «Малайя». Но его еще ждали новые сокращения. Из-за нехватки личного состава было решено вывести в резерв «Малайю», которая так и осталась практически немодернизированным линкором Первой Мировой войны, и отправить на стоянку в Клайд. Казалось, что ее дни, как и дни 4 линкоров типа «Ройял Соверен», сочтены, однако потом выяснилось, что ей еще предстояло много и полезно поработать, прежде чем закончилась война. И мы еще встретим ее в этой главе.

Пока линкоры в Скапа Флоу продолжали учения, отрабатывая, в основном, методы обстрела береговых целей, что делал в это время их противник? За все время боев в Северной Африке действия итальянских линкоров ограничились переходом «Литторио», «Витторио Венето» и «Ромы» из Специи в Неаполь. Полное отсутствие агрессивности итальянцы приписывали нехватке топлива. Перед началом операции «Хаски» Супермарина принялась обсуждать, что же делать, если союзники высадятся в Сицилии, а не в Греции, как многие ожидали.

Результат оказался вполне предсказуемым. «Итальянские линейные корабли не показались к югу от острова. Это произошло благодаря решению, которое после жарких споров приняла Супермарина, считая, что морской бой при отсутствии истребительного прикрытия будет совершенно безнадежным», — писал позднее адмирал Руге. Он лучше других знал положение дел, потому что Дениц назначил его главой немецкой миссии при Супермарине.

Стефен Роскилл отмечает: «Немцы уже поняли, что им не следует полагаться ни на итальянский флот, ни на итальянскую авиацию даже в тех случаях, когда опасность вторжения нависала над территорией самой Италии». Это подтверждает и Дениц. Однако союзники строили свои планы, исходя из того, что 6 итальянских линкоров[196] все-таки вмешаются, хотя прошлый опыт говорил против.

«Если они вообще намерены сражаться, то должны сделать это сейчас, защищая свою страну. И стратегически они расположены для этого почти идеально».

Поэтому соединение прикрытия под командованием контр-адмирала Уиллиса (Соединение Н) было выдвинуто на исходную позицию восточнее Сицилии 10 июля. Оно состояло из линкоров «Нельсон», «Родней», «Уорспайт» и «Вэлиант», авианосцев «Индомитебл» и «Формидебл», а также множества легких кораблей. В резерве находились «Кинг Георг V», «Хоу» и 6 эсминцев, которые держались в западной части Средиземного моря, но были готовы прийти на помощь Уиллису, как только он об этом попросит[197].

Флот Метрополии в это время провел важную диверсионную операцию, чтобы отвлечь внимание Оси от Средиземного моря. Новый главнокомандующий, адмирал Брюс Фрезер, вышел в море с «Энсоном», «Дьюк оф Йорком», «Малайей», «Алабамой», «Саут Дакотой», авианосцем «Фьюриес», крейсерами и эсминцами, чтобы провести демонстрацию силы у берегов Норвегии. Это было самое крупное соединение, когда-либо создававшееся на основе Флота Метрополии. Но, несмотря на его размеры, немецкая авиаразведка его так и не заметила.

10 июля началась операция «Хаски», морскими силами командовал адмирал Эндрю Каннингхэм. Войска довольно легко высадились на берег после сильнейшей бомбардировки с воздуха и обстрела с моря. Находившимся в море кораблям осталось лишь одно — крейсировать и ждать. «Нельсон» и «Родней», вышедшие из Орана, встретились с «Уорспайтом» и «Вэлиантом», прибывшими из Александрии. Главные силы Соединения Н крейсировали в Ионическом море, «Кинг Георг V» и «Хоу» держались южнее Сардинии. В течение ночи никто это соединение не атаковал, и на рассвете они заняли позицию в 40 милях от мыса Пассеро. Генерал Эйзенхауэр радировал им: «Займитесь тем, что противник осмелился послать против нас». Противник осмелился послать до смешного мало.

«К несчастью, мы почти ничего не успели увидеть. Мы сняли свои шинели на время пребывания в прелестных средиземноморских водах и слонялись в ожидании появления итальянского флота. Он не появился. Мы также надеялись, что представится случай проверить наши новые мощные батареи зенитных автоматов, однако все время мы провели в унылом одиночестве»[198].

Так как итальянский флот не появился, линкоры развернулись и ушли на Мальту для дозаправки. Когда 12 июля «Уорспайт» вошел в гавань Ла-Валетты, выяснилось, что в последний раз британский линкор был здесь в декабре 1940. Когда «Родней» находился на Мальте, его посетил генерал Монтгомери. Если старым линкорам позволили небольшую передышку на Мальте, то «Кинг Георг V» и «Хоу» отправились в Алжир. Позднее, ночью 11/12 июля они провели интенсивный обстрел Фавиньяны. Это окончательно прекратило болтовню дуче о Mare Nostrum.

Тяжелые корабли снова вышли в море, но сопротивление практически прекратилось. Вялые атаки подводных лодок и самолетов отбивались без труда, и лишь авианосец «Индомитебл» получил попадание авиаторпеды. Но повреждения оказались очень малы, и вскоре он вернулся к своим обязанностям. Наши линкоры огнем тяжелых орудий успешно поддерживали войска на берегу. Соединению Н время от времени приходилось подчищать хвосты за летчиками, потому что бомбардировки не были достаточно сильными и точными, чтобы уничтожить орудия в бетонных бункерах.

Например, вечером 17 июля «Уорспайт» и «Вэлиант» стояли на якоре возле Марсакслокк, южнее Мальты, когда получили приказ провести обстрел Катании, где сильные немецкие укрепления остановили продвижение 8-й Армии. Обстрел должен был начаться ровно в 18.30 и прекратиться через полчаса, чтобы войска могли перейти в наступление, поэтому ошибаться было нельзя. К несчастью, чуть раньше «Вэлиант» намотал себе на винты обрывки противолодочных сетей, и ему пришлось остаться на месте. «Уорспайт» отправился один и, несмотря на поставленные параваны, сумел дать 23,5 узла.

«Затем внезапно отказало рулевое управление, он описал циркуляцию и едва не протаранил один из кораблей сопровождения. Однако в 18.43 линкор прибыл в указанное место и открыл огонь с дистанции 13000 ярдов. Раз в минуту он клал 381-мм залп на цель. Над городом поднялось огромное облако дыма и пыли.

Вражеские береговые батареи ответили, но попаданий не добились. Несколько раз приходили сообщения о подводных лодках, и эсминцы сопровождения сбросили огромное количество глубинных бомб, чтобы удержать их подальше. Затем 3 истребителя FW-190 проскочили рядом с бортом корабля, но повреждений не нанесли. В 18.58 прогремел последний залп, и „Уорспайт“ повернул на юг, снова дав полный ход. Всю ночь продолжались воздушные тревоги, и зенитные орудия вели почти непрерывный огонь. Но 18 июля к 7.00 он благополучно вернулся в гавань Марсакслокк. Мы все испытывали удовлетворение».

Адмирал Каннингхэм был очень рад видеть свой бывший флагманский корабль, на котором часто бывал в этих водах. Поэтому он отправил очередную из своих знаменитых радиограмм:

«Операция проведена хорошо. Не сомневаюсь, что когда старая леди подберет юбки, она может бежать».

К 17 августа последний солдат Оси пересек Мессинский пролив, и Сицилия оказалась в наших руках. 31 августа первый солдат союзников форсировал этот же пролив и высадился в Калабрии. Форсирование пролива оказалось совершенно безопасным и нетрудным, благодаря помощи «Нельсона» и «Роднея», которыми командовал адмирал Уиллис. Они вошли в пролив с юга, чтобы разделаться с многочисленными береговыми батареями. Офицеры «Роднея» вспоминали этот эпизод с удовольствием.

«Мы следовали совершенно не спеша в сопровождении „Нельсона“ и нескольких крейсеров и эсминцев. Когда мы подошли к Мессинскому проливу, то с удивлением обнаружили, что поля и дороги полны зевак, которые прибыли повеселиться. Мы ожидали сильных воздушных атак и мощного огня многочисленных батарей, которые наши летчики бомбили с воздуха, но не сумели подавить. Когда „Нельсон“ уже приготовился открыть огонь, прозвучал сигнал воздушной тревоги, и на сцене появилась пара Ju-88. Однако они не слишком интересовались развернувшейся перед ними панорамой и повернули, прежде чем попали в зону досягаемости наших орудий. Когда „Нельсон“ открыл огонь, мы увидели всплески почти рядом с кораблями сопровождения, это береговые батареи начали отвечать. Однако они быстро умолкли под огнем крейсеров и эсминцев. Когда настал наш черед, мы сделали совершенно замечательный выстрел. Наш огонь корректировал южноафриканский пилот на „Спитфайре“. Он от волнения совершенно забылся и посылал в эфир непарламентские выражения, самым мягким из которых было: „Въ…ли в самое очко!“