Читать онлайн «Закат владыки морей». Страница 98

«Однако я очень быстро понял, что я должен еще раз крайне тщательно рассмотреть весь вопрос списания и разборки больших кораблей. В результате новой внимательной проверки я пришел к заключению, что вывод этих кораблей из состава флота не приведет ни к высвобождению значительного количества личного состава, ни к экономии материалов. Зато в политическом и военном плане такой поступок будет невыгодным для нас. Разборка этих кораблей на металл была еще менее привлекательна, так как требовала значительных усилий.

Все эти причины упоминал мой предшественник. Я пришел к выводу, что приказ Гитлера был ошибочным. 26 февраля я доложил ему об этом. В коротком и обоснованном рапорте я сказал, что не могу поддержать эти приказы, и попросил его отменить их. Он был неприятно удивлен, так как ожидал, что я, как бывший командующий подводными силами и человек, который всегда стоял за расширение подводной войны, разделю его мнение. Сначала он был категорически против, но потом, ворча, согласился. Со мной распрощались довольно холодно».

По плану, представленному Деницем, сначала списывались крейсера «Хиппер», «Кёльн» и «Лейпциг», потом — старые броненосцы «Шлезиен» и «Шлезвиг-Гольштейн». Однако главные силы германского флота — «Тирпиц», «Шарнхорст», «Адмирал Шеер» и «Лютцов», а также крейсера «Принц Ойген» и «Нюрнберг» — предлагалось оставить в строю. Первые два корабля и все имеющиеся эсминцы должны были составить мощную эскадру, задачей которой являлась защита Норвегии от высадки союзников. Если выпадет благоприятная возможность, они должны были атаковать русские конвои. Остальные корабли предлагалось оставить на Балтике для учебных целей, но в случае необходимости их тоже можно было бросить в бой.

В результате германский флот остался достаточно сильным «fleet in being». Он сохранил способность атаковать, и потому представлял серьезную и постоянную угрозу, за которой нужно было следить. Угроза Кригсмарине не была просто плодом воспаленного воображения лордов Адмиралтейства и главнокомандующего Флотом Метрополии.

Если новый командующий германским флотом и хотел использовать свои тяжелые корабли, возможность для этого представилась нескоро. После десантов союзников на Средиземном море и приостановки северных конвоев на летний период им просто нечем было заняться. Однако с января по март союзники провели несколько крупных конвоев в ответ на настойчивые требования Москвы.

В этот момент силы Флота Метрополии были вполне достаточными. Под командованием адмирала Тови имелись «Кинг Георг V», «Энсон» и «Хоу». После завершения операции «Торч» к нему должен был вернуться «Дьюк оф Йорк». Также в его распоряжении находилась «Малайя». Линкор завершал боевую подготовку после окончания модернизации, но сразу после этого его направили для сопровождения важного конвоя из Великобритании во Фритаун с 25 февраля по 8 марта 1943 года. Поэтому он вернулся в Скапа только в конце весны.

Необходимость новой дислокации флота весной 1943 года привела к интенсивным перемещениям немецких кораблей между Германией и Норвегией. Поврежденный «Хиппер» и легкий крейсер «Кёльн» вернулись домой в феврале, и в результате в этом месяце на севере остались только «Тирпиц», «Лютцов» и «Нюрнберг». Была предпринята попытка усилить эскадру к наступлению лета, переведя туда «Шарнхорст» и «Принц Ойген». 11 января эти корабли были замечены самолетами возле Скагена, когда шли курсом на север. Это не стало большим сюрпризом для адмирала Тови. Когда он узнал о том, что Дениц сменил Редера, он стал ожидать возобновления активности надводного флота. Он даже считал вполне реальным возобновление попыток прорыва в Атлантику для совместных действий с подводными лодками.

Поэтому Флот Метрополии приготовился перехватить рейдер, и 6 подводных лодок, 2 крейсера и флотилия эсминцев были переведены к Стадландету. Немецкие корабли повернули назад, когда были замечены и ускользнули от самолетов-разведчиков Берегового Командования. Через 2 недели они повторили попытку, но результаты были теми же самыми. Ударная авиагруппа, поднятая с английских аэродромов, разумеется, ничего не нашла «из-за плохой погоды».

В марте немцам повезло больше, так как они сумели уклониться от всех разведчиков, несмотря на то что маршал авиации Жубер и адмирал Тови приложили немало сил для улучшения системы слежения. «Шарнхорст» 8 марта вышел из Готенхафена и незаметно прибыл в Берген, хотя о том, что он покинул Балтику, англичане узнали. Из Бергена он по шхерным фарватерам перешел в Тронхейм к «Тирпицу» а потом оба корабля в сопровождении эсминцев перешли на передовую базу возле Нарвика, где присоединились к группе «Лютцова». Английская авиаразведка обнаружила немецкие корабли в Альтен-фьорде с большим опозданием. В результате перед Тови появилась самая крупная группа кораблей, которая когда-либо собиралась на Крайнем Севере.

Немцы находились в выгодном положении, однако они пропустили возможность атаковать следующий в Россию конвой JW-53. Эти 28 судов вышли в море 15 февраля и попали в жестокий шторм, который повредил многие из них, так же как и корабли эскорта. Точно так же обратный конвой RA-53 из 30 судов встретил только слабое сопротивление подводных лодок и воздушные атаки, после того как 1 марта покинул Колу. «Кинг Георг V» вышел в море, чтобы прикрывать их, и во многом благодаря его мощному поисковому радару удалось собрать рассеявшиеся транспорты и довести конвои до цели. Это было несколько неожиданное использование возможностей линкора. В это время «Энсон» стоял на Хваль-фьорде.

Сосредоточение на севере Норвегии так крупных сил немецкого флота вызывало опасения Тови, хотя под его командование было передано американское Оперативное Соединение 22, в состав которого обычно входил линкор. Оно обеспечивало дополнительную защиту атлантических конвоев. Положение Тови осложнялось тем, что его постоянно дергали просьбами выделить эсминцы для усиления эскорта конвоев, так как немцы начали новое подводное наступление в Атлантике. Поэтому была неизбежна новая задержка русских конвоев — на этот раз до ноября. Лишь максимальные усилия кораблей Флота Метрополии могли защитить их от базирующейся в Альтен-фьорде эскадры. Но при этом англичанам пришлось бы действовать в водах, над которыми господствовали Люфтваффе. Даже если бы адмиралы согласились пойти на риск гибели одного из немногих современных линкоров, чтобы полностью уничтожить немцев, жестокая нехватка эсминцев делала подобную операцию невозможной. Это понял даже Черчилль. «Нагрузка на британский флот становится невыносимой». Рузвельт неохотно согласился с новой задержкой, но русские наотрез отказались принять объяснения. В отместку они начали саботаж действий союзников и закрыли аэродромы Королевских ВВС в северной России, британские радиостанции и так далее.

Летом 1943 года поредели не только легкие силы Флота Метрополии. Необходимость проводить новые операции на Средиземном море вынудила перебросить туда «Кинг Георг V» и «Хоу». В качестве компенсации в Скапа вернулся «Родней», однако он не задержался надолго. Тови снова получил «Малайю». Вдобавок в Скапа Флоу пришли новые американские линкоры «Саут Дакота» и «Алабама» под командованием контр-адмирала Хастведта. Впрочем, и первый пробыл здесь недолго и был направлен на Тихий океан, чтобы участвовать в боях на Соломоновых островах. Летом 1942 года оба противника пассивно выжидали. Зато на Средиземноморском театре события стремительно двигались к развязке.

На конференции в Касабланке после долгих споров решили, что после того как войска Оси будут выброшены из Северной Африки, следующей целью армий союзников станет Сицилия. Эта десантная операция получила кодовое наименование «Хаски». Войсковым конвоям снова мог угрожать итальянский флот. Причем, если во время высадки в Северной Африке он оставался пассивным, то теперь не следовало ожидать, что он останется в портах, ведь союзники намеревались высадиться на территории самой Италии. По мнению союзников, гибель основных сил флота была не столь важна, как потеря Сицилии. Итальянцы думали иначе.

Хотя главные силы французского флота погибли, Черчилль выражал неудовольствие затянувшимся решением вопроса с эскадрой Годфруа, стоящей в Александрии. Даже после затопления Тулонской эскадры и оккупации немцами территории вишистской Франции адмирал упрямо отказывался привести свои корабли под знамена союзников. Черчилль хотел использовать «Вэлиант» и «Уорспайт» из состава Восточного флота, чтобы убедить Годфруа, но Паунд уговорил его не делать этого. Лишь 17 мая этот упрямец известил командование союзников, что готов присоединиться к французскому флоту в Северной Африке. Немедленно начался ремонт французских кораблей, простоявших на якоре так долго. «Лоррен» остался единственным французским линкором, и его было решено использовать, несмотря на крайне почтенный возраст. Два ветерана, находящиеся в Англии, уже никакой боевой ценности не имели. В результате «Лоррен» вместе с крейсерами отправился в поход вокруг мыса Доброй Надежды на соединение с французской эскадрой в Дакаре[195].