Читать онлайн «Искусство и коммуникация». Страница 48

531

Гете и Шиллер. Переписка. С. 308.

Гете И. В. Об искусстве. С. 420. Гете иллюстрирует здесь свою мысль о «символизме» театрального действия, анализируя трагедии Шекспира (см. работу Гете «Шекспир и несть ему конца», 1813–1816). Ср.: «О сюжетах изобразительного искусства» (Гете И. В. Статьи и мысли об искусстве. С. 21).

См.: Гете И. В. Избранные философские произведения. С. 141–142, 351–352.

См.: Гете И. В. Избранные философские произведения. С. 356, 142.

См.: Лосев А. Ф. Проблема символа и реалистическое искусство… С. 208–210, 259, 262–266.

Гете И. В. Избранные философские произведения. С. 352.

См.: Weinhandl F. Uber das aufschliessende Symbol. Berlin, 1929.

Гете и Шиллер. Переписка. С. 308.

Эккерман И. – П. Разговоры с Гете в последние годы его жизни. М.; Л., 1934. С. 719, 369.

Гете и Шиллер. Переписка. С. 308–309; Гете И. В. Избранные философские произведения. С. 353, 356.

В дополнение к тому, что о таком истолковании учения Гете о символе было сказано в примечаниях ранее (см. 27), назовем статью: Dieckmann L. Friedrich Schlegel and romantic concept of the symbol, в которой автор утверждает, что в отличие от Шеллинга Гете говорит якобы о мистическом качестве символа, связывая это с невозможностью выразить его значение в логических и рациональных словах (см.: The Germany Review. 1959. Vol. XXXIV. N 4. P. 272). О «мистическом» характере символики у Гете в старости пишет также Г. Зиммель (см.: Зиммель Г. Гете / Пер. с нем. М., 19… С. 133–134, 253).

Гете И. В. Избранные философские произведения. С. 55.

Гете и Шиллер. Переписка. С. 5–6.

Гете и Шиллер. Переписка. С. 324.

Гете И. В. Об искусстве. С. 255.

Sfrensen B. A. Op. cit. S. 107.

Цит. по: Метнер Э. Размышления о Гете. С. 208.

Гете И. В. Об искусстве. С. 593.

Гете И. В. Собр. соч. Т. Х. С. 532.

Гете И. В. Об искусстве. С. 592, 232.

Гете И. В. Статьи и мысли об искусстве. С. 325. Заключительный «мистический» хор в «Фаусте» поет: «Все преходящее есть только подобие». Подобие чего? «Божественных» идей. С. С. Аверинцев по – иному трактует эти строки. Гете, считает он, все формы природного и человеческого творчества понимал как значащие и говорящие символы живого, вечного становления (см.: Аверинцев С. С. Символ // Краткая литературная энциклопедия. М., 1971. Т. 6. С. 830). Такое понимание символа у Гете имеется, но оно выражается в других высказываниях. Например, «все, что происходит, – символ, и в то время, когда оно вполне обнаруживает себя, оно указывает на все остальное. В этом понимании, мне кажется, лежит величайшее дерзновение и величайшее смирение» (Гете И. В. Избранные философские произведения. С. 353). Кстати, здесь обнаруживается влияние на Гете «монадологии» Лейбница, что отмечается Н. Н. Вильмонтом (см.: Гете И. В. Собр. соч. Т. Х. С. 365).

«Если рассматривать Гете в рамках какой – либо философской школы, – пишет Е. Шпрангер, – его следует назвать неоплатоником»… Н. Н. Вильям – Вильмонт, также констатирует, что Гете в юношеские годы испытал влияние английского неоплатонизма Шефтсбери (Гете И. В. Собр. соч. Т. Х. С. 354).

См.: Гулыга Арс. Мыслящий художник // И. В. Гете. Об искусстве. С. 7. В подтверждение истинности этой точки зрения сошлемся на уже цитированное нами письмо Шиллера Гете от 23 августа 1794 г., где он, в частности, пишет: «Вы ищете в природе необходимого… во всеобщности ее явлений ищете вы основы для объяснения индивида. Шаг за шагом вы постепенно восходите от простого организма к более сложному, чтобы в конце концов генетически из материалов всего мироздания в целом воссоздать сложнейший из организмов – человека. Тем, что вы как бы воссоздаете его, следуя природе, вы стремитесь проникнуть в тайну его организации» (Гете и Шиллер. Переписка. С. 6).

Цит. по: Метнер Э. Размышления о Гете. С. 211. Э. Метнер критикует (разумеется, со своих кантианских позиций) утверждение Штейнера, что Гете выступает против кантовского положения, согласно которому в идеях разума непосредственно присутствует сущность, а поэтому и не требуется символа (там же. С. 193–194). Дело в том, что, как Кант, так и Гете считали символы посредниками между идеями разума, составляющими сущность вещей, и субъектом.

Гете И. В. Избранные философские произведения. С. 356.

См. об этом: Keller H. Goethe und dans Laokoonproblem. Leipzig, 1935. S. 103; Sfrensen B. A. Op. cit. S. 111. Гете, по – видимому, первый провел различие между символом и аллегорией современным способом (Wellek R. A. Op. cit. Vol. 1. P. 190. А. Ф. Лосев и В. П. Шестаков считают, что в немецкой классической эстетике аллегория рассматривается в диалектической связи с такой категорией, как символ, и что такое противопоставление встречается у Гете (… История эстетических категорий. С. 246). По мнению Szarota, переход от аллегории к символу в гетевском смысле потенциально содержится в понятии «персонифицированной абстракции» Лессинга.

Гете И. В. Статьи и мысли об искусстве. С. 347.

Гете И. В. Статьи и мысли об искусстве. С. 22.

Sfrensen B. A. Op. cit. S. 94.

Marache M. Op. cit. P. 319.

Гете и Шиллер. Переписка. С. 370–371.

«Гете, – отмечает Р. Уэллек, – подчеркнул конкретность символа» (Wellek R. A. Op. cit. P. 189).

Асмус В. Ф. Гете в «Разговорах» Эккермана. С. 314.

Эккерман И. – П. Разговоры с Гете… С. 718–719, 484.

Sfrensen B. A. Op. cit. S. 111–112.

Гете И. В. Об искусстве. С. 144.

Гете И. В. Об искусстве. С. 132.

См.: Dieckmann L. Op. cit. P. 278.

Вильмонт Н. Гете. М., 1959. С. 215.

Гете И. В. Статьи и мысли об искусстве. С. 21.

«Кант указал, что существует критика разума… А я, – пишет Гете, – хотел бы – в этом же смысле – провозгласить задачей критику чувств, которая так необходима искусству вообще, а немецкому в частности…» (Гете И. В. Об искусстве. С. 588).

Гете И. В. Об искусстве. С. 232.

Связь понятия «символ» с понятием «тип» у Гете очевидна, констатирует Х. Келлер (см.: Keller H. Op. cit. S. 98).

Гете И. В. Об искусстве. С. 582. «Произведения Шекспира изобилуют диковинными тропами, которые возникли из персонифицированных понятий и нам были бы совсем не к лицу; у него же они вполне уместны, ибо в те времена все искусства были подвластны аллегории» (там же. С. 581).

Гете И. В. Избранные философские произведения. С. 353.

Гулыга Арс. Мыслящий художник. С. 27.

Keller H. Op. cit. S. 101.

Гете И. В. Об искусстве. С. 93–94.

Гете И. В. Собр. соч. Т. Х. С. 533.

Гете И. В. Об искусстве. С. 121, 147. Говоря о необходимости понимать язык искусства, Гете, в частности, указывает на «условности, эти иероглифы, которые необходимы в каждом искусстве» и сетует на то, что они «худо понимаются теми, кто все истинное хочет видеть изображенным натурально и тем самым вырывает искусство из его настоящей сферы» (там же. С. 502).

Для Гете и Шиллера гений по преимуществу отличается символической способностью (Marache M. Op. cit. P. 120).

Гете И. В. Избранные философские произведения. С. 359.

Гете И. В. Собр. соч. Т. Х. С. 533, 384.

Гете И. В. Об искусстве. С. 386. См. также: Гете И. В. Собр. соч. Т. Х. С. 398.

В книге А. Ф. Лосева «Проблема символа и реалистическое искусство», как нам представляется, критически усвоено много ценного из концепции символа у Гете (ср.: гл. I, III).

См.: Рейнгардт Л. Я. Вступ. текст // История эстетики. Т. III. С. 114. Трудно только согласиться с автором, что Шиллер «был прямым наследником» материалистической тенденции этой философии. Здесь явное преувеличение. Более верной представляется позиция немецкого философа А. Абуша. Отметив, что общей философской платформой Гете и Шиллера был «объективный идеализм», автор констатирует у Гете «материалистические черты», а у Шиллера движение «от субъективного идеализма Канта к объективному идеализму Шеллинга и Гегеля» (см.: Абуш А. Шиллер. М., 1964, С. 211).

Шиллер Ф. Собр. соч.: В 7 т. М., 1957. Т. 6, С. 21–22.