Читать онлайн «Капиталократия и глобальный империализм». Страница 110

Часть вторая – «Проблема личности в постиндустриальном обществе». В ней представлены: Рональд Инглегарт «Культурный сдвиг в зрелом индустриальном обществе», «Модернизация и постмодернизация», Мануэль Кастельс «Могущество самобытности», Амитви Этциони «Новое золотое правило. Сообщество и нравственность в демократическом обществе».

Третья часть посвящена «переосмыслению проблем стоимости и богатства». Главный ее тезис – становление «экономики знания» меняет механизм функционирования капиталистического общества. В ней представлены работы: Тайичи Сакайя «Стоимость, создаваемая знанием, или история будущего», Томас Стюарт «Интеллектуальный капитал. Новый источник богатства организации», Пол Пильцер «Безграничное богатство. Теория и практика «экономической алхимии», Лейф Эдвинссон, Майкл Мэлоун «Интеллектуальный капитал. Определение истинной стоимости компании», Олвин Тоффлер «Адаптивная корпорация».

Четвертая часть – «Постиндустриальные тенденции и современный мир». В ней представлены работы: Аллен Турен «Способны ли мы жить вместе? Равные и различные», Мануэль Кастельс «Становление общества сетевых структур», Роберт Райх «Труд наций. Готовясь к капитализму XXI века», Самуэль Хантингтон «Столкновение цивилизаций и преобразование мирового порядка», Альберт Гор «Земля на чаше весов. В поисках новой общей цели», Донелла Медоуз, Денис Медоуз, Йорген Рандерс «За пределами допустимого: глобальная катастрофа или стабильное будущее?», Эрнст фон Вейцзеккер, Эймори Б. Ловинс, П. Хантер Ловинс «Фактор четыре». В два раза больше богатства из половины ресурсов».

Остановлюсь на ряде интересных моментов «антологии», наиболее важных для теоретической системы философии экономики и экономической науки, т. е. экономического разума.

У Самюэля Хантингтона имеется ряд признаний, саморазоблачающих империализм Запада по отношению к «не-Западу»:

1)  «Запад пытается (и впредь будет пытаться) сохранить свое ведущее положение и отстоять собственные интересы, определив их как интересы «мирового сообщества». Эта фраза превратилась в нечто вроде коллективного эвфемизма (заменив собой выражение «свободный мир»), задачей которого является обеспечить глобальную легитимность той деятельности, которая служит достижению интересов Соединенных Штатов и других западных держав. Запад, например, стремится интегрировать экономику незападных обществ в глобальную экономическую систему, в которой он сам занимает ведущее место» (с. 536);

2) «… главная проблема взаимоотношений между Западом и остальным миром заключается в том, что его усилия (и в особенности США) по продвижению универсальной западной культуры (мое замечание: так витиевато Хантингтон называется империализм капитализма США и Западной Европы, осуществляющий новое наступление на весь мир в форме мондиализма, С.А.) предпринмаются на фоне объективно сокращающихся возможностей в этой области» (с. 536). Хантингтон продолжает: «Это несоответствие устремлений Запада его возможностям еще более усугубил крах коммунизма (мое замечание: Запад выдает желаемое за действительное. Краха коммунизма нет, было временное отступление. В моей оценке закончилась «первая волна» Глобальной Социалистической Цивилизационной Революции и мы находимся на пороге подъема новой ее «волны». Подробнее это положение я раскрыл в первом томе «Ноосферизма»), укрепивший мнение о том, что идеология демократического либерализма восторжествовала повсеместно и, следовательно, она обладает универсальной ценностью (мое замечание: интересная логика у слуги западной капиталократии Хантингтона : мы победили, мы прививаем либерализм народам мира повсеместно, поэтому либерализм универсален. Иными словами, система ценностей захватчика всегда универсальна, поскольку он заставил побежденный народ их придерживаться. Пример империалистической и одновременно расисткой логики). Запад, и в особенности Соединенные Штаты Америки, которые всегда брали на себя миссионерскую роль (мое замечание: вот кого надо учить «псевдофилософу от экономики» В . Л. Иноземцеву , но это опасно для него, грозит отлучением от «кормушки», поэтому он предупреждает Россию, свою, захваченную Западом, родину, чтобы она не брала на себя в дальнейшем миссионерскую функцию и «отдалась» бы полностью миссионерской функции Запада), верит в то, что незападные народы сами должны примкнуть к ценностям демократии, свободного рынка, ограниченной власти правительства, прав человека, индивидуализма, верховенства закона, воплотив эти ценности в своих институтах. Действительно, определенные (составляющие меньшинство (мое замечание: в это «меньшинство» в России и входит В. Л. Иноземцев )) представители других цивилизаций принимают и продвигают эти ценности, однако отношение к ним в незападных культурах лежит где-то в диапазоне, простирающемся от широкого скептицизма до яростного неприятия. То, что Западу кажется универсализмом, другие воспринимают как империализм» (с. 586);

3)  империализм США и Западной Европы в моей оценке, – мировой финансовой капиталократии (в США), в культурно-идеологическом своем «прикрытии» построен на фарисействе, лжи, двойной морали и двойных стандартах, реализуемых политикой Запада. Хантингтон признает: «Живущим за пределами Запада очевиден также тот разрыв, который существует между провозглашаемым принципами Запада и его действиями. Лицемерие, двойная мораль, игра в «да и нет» – вот цена его претензий на универсализм. Да, демократию следует развивать, но нет, не следует, если это приводит к власти исламских фундаменталистов; да, нераспространение ядерного оружия очень правильная вещь, если речь идет об Иране и Ираке, но нет, когда дело доходит до Израиля; да, свободная торговля является эликсиром экономического роста, но нет, дело обстоит не так, если говорить о сельском хозяйстве; вопрос прав человека касается Китая, но не Саудовской Аравии; агрессия против богатых нефтью кувейтцов встречает массовый отпор, но совсем иное дело, если речь идет об агрессии против боснийцев, нефтью, увы, не владеющих. Двойная мораль стала на практике неизбежной ценой универсальных норм и принципов» (с. 567);

4)  МВФ является инструментом экономической неоколонизации мира Западом, т. е. инструментом экономической захватнической войны Запада против незападных стран и цивилизаций. «Запад, например, стремится интегрировать экономику незападных обществ, – отмечает С. Хантингтон,  – в глобальную экономическую систему (мое примечание: в «западную экономическую систему», которая свой империализм прикрывает понятием «глобальной экономической системы»), в которой он сам занимает ведущее место. Посредством вмешательства МВФ и других международных экономических институтов он продвигает свои хозяйственные интересы и навязывает другим нациям ту экономическую политику, которую считает нужной. Однако, если в незападных странах провести опрос общественного мнения, МВФ, вне всякого сомнения, получит поддержку со стороны министров финансов и еще нескольких человек, однако в глазах подавляющего большинства населения его рейтинг окажется крайне низким. Это большинство, таким образом, выразит точку зрения Георгия Арбатова , охарактеризовавшего представителей МВФ как «необольшевиков, которым нравятся экспроприировать чужие деньги, навязывать недемократические и чуждые правила хозяйственной и политической деятельности и тем самым душить экономическую свободу» (с. 586, 587). Хантингтон говорит только полуправду. Джон Колеман в «Комитете 300» ближе к истине, показав, что МВФ часть структуры такой власти «мирового правительства». В конечном итоге и Хантингтон, и Колеман подтверждают мой онтологический диагноз, что МВФ – инструмент мировой финансовой капиталократии, стремящейся установить свое господство над всем человечеством.

Хантингтон сам лукавит. Он в этом смысле – яркий представитель капиталократического обществоведения, находящегося на службе у мировой капиталократии со «столицей» в США. Признавая в конечном итоге, что универсализм Запада предстает маской его империализма, он тут же начинает говорить об угрозе Западу со стороны других незападных цивилизаций. Это все равно, что гитлеровские фашисты, начав войну против СССР и оккупировав его значительные территории, стали говорить, что сопротивление Вооруженных Сил СССР и всего населения, ведущего отечественную войну, угрожает существованию самого агрессора – гитлеровской Германии. Но именно такой «смысловой кульбит» совершает Хантингтон. Он пишет об угрозах Западу со стороны Китая, ислама, возможно Индии, и т. д., как цивилизаций, сопротивляющихся экономическому наступлению Запада и наступлению американской масс-культуры, системы ценностей Запада, которым Запад приписывает свойство универсализма.