Читать онлайн «Характероанализ. Техника и основные положения для обучающихся и практикующих аналитиков». Страница 83

«Прежде всего, по-видимому, подтверждается, что мазохизм не является первичным выражением влечения и что он возникает в результате обращения садизма против собственной персоны… влечения с пассивной целью следует признать с самого начала, но пассивность еще не составляет всего мазохизма; сюда также относится характер неудовольствия, который столь странен при удовлетворении влечения» (Freud, «Ein Kind wird geschlagen». Ges. Schr. Bd. V, S. 361).

«Если не обращать внимания на некоторую неточность, то можно сказать, что действующее в организме влечение к смерти – первичный садизм – идентично мазохизму» (Freud, Das ökonomische Problem des Masochismus. Ges. Schr., Bd. V, S. 380).

Freud, Jenseits des Lustprinzips. Ges. Schr., Bd. VI.

Todestrieb und Angst. Int. Ztschr. f. PsA., XVII, 1931.

Reich, Die Funktion des Orgasmus (1927), S. 63ff.

«Само страдание – вот что самое важное». (Freud, Das ökonomische Problem des Masochism us, Ges. Sñhr., Bd. V, S. 381.)

«Удовлетворение этого бессознательного чувства вины, возможно, составляет огромную часть выгоды от болезни, причем состоящую, как правило, из нескольких пунктов, суммы сил, которые противятся выздоровлению и не хотят отказываться от болезни; страдание, которое приносит с собой невроз, как раз и представляет собой тот момент, из-за которого оно становится ценным для мазохистской тенденции» (там же, S. 381 f.)

Теория влечения к смерти господствует ныне в психоаналитической литературе. Сам Фрейд несколько лет назад в одном разговоре назвал теорию влечения к смерти гипотезой, стоящей вне клинических наблюдений. В самом конце работы «По ту сторону принципа удовольствия» говорится: «Надо быть также готовым оставить тот путь, по которому какое-то время шел, если, похоже, он не ведет ни к чему хорошему». Однако гипотеза стала клинической «теорией», от нее не отказались, хотя ни к чему хорошему она не привела. Некоторые аналитики считают, что наблюдали влечение к смерти даже непосредственно.

«В тезисе, что вина искореняется наказанием, страданием, заключена суть всей психологии неврозов» (Alexander, Neurose und Gesamtpersönlichkeit. Int. Ztschr. f. PsA., XII, 1926, S. 342). «Невроз, который, по существу, построен на конфликте между требованием влечения и потребностью в наказании…» (Райк).

Это воззрение нашло сторонников главным образом в английской группе Международного психоаналитического объединения.

«Вопрос жизни и смерти рода человеческого, на мой взгляд, заключается в том, удастся ли и в какой мере его культурному развитию справиться с нарушением совместной жизни людей, вызванным человеческим влечением к агрессии и самоуничтожению» (Unbehagen in derKultur. S. 136).

Freud, Formulierungen über die zwei Prinzipien des psychischen Geschehens (Ges. Schr., Bd. V).

Reich, Zur Trieb-Energetik. 1923.

Reich, Strafbedürfnis und neurotischer Рrozess. Kritische Bemerkungen zu neueren Auffassungen des Neurosenproblems. (Int. Ztschr. f. PsA., XIII. 1927.)

Freud, Ein Kind wird geschlagen. (Ges. Schr., Bd. V.)

Этот факт подчеркивался Фрейдом в работе «Экономическая проблема мазохизма» (Ges. Schr., Bd. V, S. 378). Однако его клиническое исследование ведет не к подтверждению гипотезы о первичном мазохизме, а к ее опровержению.

О взаимосвязи мазохизма и эксгибиционизма см. случай, который описывает Фенихель в работе «Перверсии, психозы, нарушения характера».

См. в этой связи мою книгу «Импульсивный характер» (1925), раздел «Ложные идентификации».

Невроз возникает в результате конфликта между Я-удовольствием и наказывающим внешним миром и поддерживается конфликтом между Я и Сверх-Я. Сверх-Я продолжает действовать на основе постоянно обновляемых ощущений, что сексуальное удовольствие является чем-то наказуемым. К отдаленному воздействию из детства решающим образом добавляется влияние общественного мнения.

Состав преступления (лат.). – Примеч. пер.

Ср. Freud, Drei Abhandlungen zur Sexualtheorie. Ges. Schr., Bd. V, S. 78f.

Один из наших видных врачей в 1939 году вернулся из Осло в США. Он провел несколько дней в Цюрихе, где рассказал бывшему коллеге-психиатру, что сотрудничал со мной. Тот неожиданно сказал: «Но ведь „такой-то“ сказал, что Райх болен шизофренией». «Такой-то» и был этим сплетником. Вскоре по возвращении в Соединенные Штаты он слышал от знакомого, что его аналитик сказал ему то же самое: «Такой-то (опять тот же человек) говорил мне, что Райх болен шизофренией». Этот сплетник умер несколько лет спустя от сердечного удара. Я давно знал, что он страдал импотенцией.

Ср. мою работу «Диалектический материализм и психоанализ» («Под знаменем марксизма», 1929). Любое естествознание является материалистическим и диалектическим (последнее всегда бессознательно), поскольку оно должным образом исследует факты действительности. Поэтому, если говорят, что психоанализ заложил основы будущей диалектико-материалистической психологии, то это означает методологическое обоснование ее эмпирики.

«Торможение, симптом и страх» (Ges. Schr., Bd. XI).

Чтобы избежать неверного понимания, будто бы я постулировал абсолютную противоположность между готовым аппаратом потребностей и влияниями внешнего мира, здесь важно подчеркнуть, что и сам аппарат потребностей имеет за собой длительное историческое развитие, что он должен был развиться в филогенезе из сходных диалектических процессов; это оказывается огромной проблемой в теории эволюции, как только механистический подход заменяется в ней диалектическим.

Согласно Веберу, неприятные ощущения сопровождаются центростремительным, а приятные ощущения – центробежным кровотоком. Ср. также: Friedrich Kraus, Klinische-Syzygiologie, Allgemeine und spezielle Pathologie der Person (I. Tiefenperson.), Leipzig, 1926.

Мышц, поднимающих волосы (лат.). – Примеч. пер.

Уже в процессах при удовлетворении голода, в уничтожении и поглощении пищи можно, если захочется, усмотреть деструктивное побуждение. В таком случае деструктивное влечение было бы первичной биологической тенденцией. Однако нельзя оставлять без внимания различие между деструкцией ради уничтожения и деструкцией ради удовлетворения голода. Только первая может рассматриваться как независимое направление влечения, тогда как вторая представляет собой лишь вспомогательное средство. Там деструкция желанна субъективно, здесь она дана лишь объективно. Движущей силой поведения является голод, а не деструктивность. Но в любом случае деструкция первоначально направлена на объект вне личности.