Читать онлайн «Карать карателей. Хроники Русской весны». Страница 58

Если бы Россия тогда не пошла на поводу угроз Австрии, то имела бы на своей стороне не только готовую воевать Францию, обреченную на вступление в войну Англию, но и полностью отмобилизованные армии Сербии, Черногории, Болгарии и Греции, создавшие бы Австрии второй фронт. Болгария не перешла бы в стан Германии, Турция была ослабленной легкой жертвой.

После разгрома Австрии Германия бы долго не продержалась. В 1912 году российская политика дала слабину — и в награду получила войну в гораздо менее благоприятных условиях всего через два года.

Оба эти примера — «народная» война 1877 года и вынужденная война 1914 должны нас кое-чему научить.

Воевать с Россией тяжело, но возможно. Воевать с русским народом — немыслимо.

Опубликовано: «Известия»

29 июня 2014

Воин познается в том, как он действует в окружении и отступает. Достаточно сравнить блистательный выход Игоря Стрелкова из окружения в Славянске, приведший к окружению украинских частей у границы, и то, как действуют оказавшиеся в котле украинские части, и становится понятно, кто воин, а кто — нет.

Блистательная победа вооруженных сил Новороссии полностью обнулила все стратегические успехи украинских стратегов за последний месяц. Операция на окружение республик Донбасса и отрезание их от российской границы провалилась.

Остатки дезорганизованных карателей рвутся из котла, бросая технику и даже не утруждаясь ее взрывать. Часть украинских военнослужащих и нацгвардейцев срывает с себя знаки различия, а то и форму, и убегает на российскую сторону.

Получается странная арифметика — украинские каратели своими залетными снарядами убили двух российских десантников, в больницы Ростовской области уже приняты на лечение 16 раненых (даже не пограничников, а бойцов Нацгвардии, то есть прямо — детоубийц). При этом нет никаких гарантий того, что, вылечившись, они будут интернированы, а не станут в строй и не начнут убивать женщин и детей дальше.

Конечно, не надо было быть великим стратегом, чтобы «окружить окружальщиков». План АТО с самого начала был авантюрой, рассчитанной на полную пассивность и даже содействие РФ и на недостаток у ополченцев живой силы, материально-технической базы и тяжелого вооружения.

Однако именно Стрелкову с его маневром из Славянска удалось вывести на оперативный простор достаточное количество хорошо подготовленных ополченцев, чтобы силы для создания котла оказались достаточными — так у армии Донбасса появилось единое оперативное командование, а добытая всеми правдами и неправдами тяжелая техника смогла произвести стратегический перелом.

Другими словами, не умаляя подвига остальных бойцов и командиров, стратегически этот этап Донбасской войны выиграл именно Стрелков своим маневром и грамотным распоряжением силами после его завершения.

В связи с такой военной обстановкой балетно-кавалерийский наскок Сергея Ервандовича Кургиняна на Стрелкова не удался и не мог удаться. Старый театрал оказался в оперативном окружении, блокаде и под обстрелом.

Однако силы, интересы которых вольно или невольно задел Стрелков своим возвращением в Донецк, слишком платежеспособны, чтобы не найти кого-то еще небрезгливого. Целыми днями телеканалы крутят ролики и интервью одного не слишком удачливого командира, который пиарится Кургиняном и присными как альтернатива Стрелкову.

А теперь Максим Леонардович Шевченко, почему-то в широко читаемом и невероятно влиятельном среди тех, кто поддерживает Стрелкова, издании «Сноб» разразился нападками в адрес главнокомандующего ДНР, выдержанными в тоне, близком к истерическому.

Стрелков, по мнению публициста, — дутая фигура, «распиаренная газетой «Взгляд» и «Лайфньюс». В вину Стрелкову со стороны Шевченко было поставлено то, что «он точно не военный лидер, поскольку он не имеет даже опыта военного командования» (за столько лет знакомства я впервые узнал, что Максим Леонардович — военный эксперт, а заодно и узнал, что военный эксперт из Шевченко плохой, иначе он бы знал военную биографию Стрелкова и был бы в курсе, что командирского опыта у него завались за ящик).

При этом публицист обвиняет Стрелкова в том, что тот «не находится в эпицентре военных событий», каковым, по мнению Шевченко, являются бои за Карловку и Горловку. Максим Леонардович не в курсе, что эпицентром военных событий сегодня является замыкание приграничного котла для украинских сил в районе Мариновки, и Стрелков командует именно там.

Другими словами, Шевченко либо некомпетентен в том, что касается донбасских военных событий, либо сознательно пытается отвлечь внимание от узловой точки.

Зато, по мнению Шевченко, «на совести» Стрелкова — страшнейшие преступления. Оказывается, он и Бородай пытаются «не допустить прихода к руководству движением граждан Украины. Они постоянно держали себя на первых позициях, тем самым компрометируя борьбу, которая должна быть исключительно внутриукраинской». Мало того, Стрелков и верные ему ополченцы и его группа поддержки в России руководствуются возмутительной и непристойной идеологией русского мира, вызывающей у Шевченко настоящую ненависть.

От словосочетания «русский мир» Максима Леонардовича просто заедает: «Мотивы, по которым начали этот конфликт многие добровольцы из России, и Стрелков в том числе, — защита так называемого русского мира. Эти мотивы абсурдны и не имеют ничего общего с реальным конфликтом на Украине.

Сражаться нужно не за какие-то химеры русского мира, которые существуют только в глазах связанных с Кремлем политтехнологов, а за реальные социально-политические и социально-экономические требования. России надо перестать делать ставку на идиотскую концепцию русского мира, которая ничего не описывает, а только направляет людей по ложному, бессмысленному политическому пути».

Вот здесь мы и добрались до сути вопроса. Шевченко настойчиво озвучивает точку зрения — разумеется, не только свою личную — что в конфликте в Донбассе, воспринимаемом в России в качестве национально-освободительной войны русского народа на Украине, нет и не должно быть никакой русской национальной составляющей. Что та идея, за которую приходят воевать, сражаются и умирают русские добровольцы, — это химера.

А на самом деле в Донбассе есть реальный конфликт за реальные социально-экономические интересы. Другими словами, реальные пацаны делят реальные бабки, а чтобы всякие Стрелковы и прочие русские националисты им не мешались, готовы отстегнуть немного реальным политтехнологам из России в надежде, что Стрелкова удастся немного потеснить, чтобы не мешал продавать и покупать активы с привкусом паленого мяса и крови мирных граждан Славянска, Краматорска, Луганска, Донецка. Уже Кургинян немного засветил своих заказчиков и группу интересов. Шевченко высказался по этому вопросу более ясно.

Однако я не намерен сейчас обсуждать финансовые стратегии сражающихся за Донбасс финансово-промышленных группировок. Уже очевидно, что их попытка превратить народную войну в бандитскую разборку с применением тяжелого вооружения провалилась.

Провалилась именно благодаря Стрелкову, давшему сражающемуся Донбассу идею — тот самый русский мир, единство с Россией. Я хочу поговорить об этом русском мире. О том, за что воюют те, кто реально взял в руки оружие, кто им сочувствует и помогает на всем пространстве от Одессы и Приднестровья до Владивостока.

Русский мир — это просто.

Вчера звонили старшие дети, которые сейчас отдыхают у бабушки на Южном Урале. Отчитались, что продали бабушкин укроп и вырученные 50 рублей пожертвовали на помощь Донбассу. Это — русский мир.

Неделю назад в Полоцком монастыре преподобной Евфросинии ко мне подошел человек, поблагодарил за прозвучавшую за два дня до этого передачу на радио РСН, посвященную Донбассу, и сказал, что приехал сюда молиться за воина Игоря и все ополчение. «Надо же, — подумал я, — сам только что ставил свечку за Стрелкова и ополчение». Это — русский мир.

Последняя запись в блоге новопреставленного великого нашего художника Павла Рыженко, сделанная за день до смерти, гласит:

«Вот уже три месяца как ведет войну Новороссия — форпост Великой России. Как я понимаю, лучшие люди России, не на словах, а на деле исполненные мужества, доказывают всему миру, что чудо воскрешения Великой Святой Руси — это не миф. Вот хотел бы я рассказать историю, которая случилась со мною год назад.

Я начал работу над картиной «Стоход», шел сентябрь 2013 года. Столкнулся с множеством проблем, связанных с передачей тонкостей формы русской императорской гвардии. Я поделился этими проблемами со своим другом Анатолием.