Читать онлайн «Убийство демократии: операции ЦРУ и Пентагона в период холодной войны». Страница 88

Каковы были характер и масштаб — если они вообще были — участия КПИ в якобы имевшей место попытке государственного переворота? Знал ли заранее кто-либо из членов КПИ о планах младших офицеров и просто ли поддерживал их морально или же играл более активную роль? В вышеупомянутом полуофициальном отчете утверждалось, что целью КПИ являлся захват политической власти не просто ради власти, а с целью «помешать военным уничтожить партию после смерти Сукарно» [12] (в августе у Сукарно случился почечный приступ, от которого он, впрочем, быстро оправился; его роль в событиях 1965 года тоже до конца не ясна). В исследовании, проведенном ЦРУ, делается схожий вывод: «Похоже, стало ясно, что государственный переворот в Индонезии не был попыткой свергнуть Сукарно и/или правительство Индонезии. В сущности, это была чистка руководства вооруженных сил» [13].

Какую роль в событиях 1965 года сыграло ЦРУ и участвовало ли оно в них вообще? Была ли попытка государственного переворота вызвана провокатором, распространявшим слухи о «генеральском совете» и планируемом им неминуемом путче? Убийство и даже похищение тех шести генералов, вероятно, нельзя было предвидеть: трое из них, вообще-то, были убиты при сопротивлении похитителям [14]. Было ли участие КПИ спровоцировано для того, чтобы быть использованным в качестве предлога для уничтожения партии? Существуют факты, указывающие на провокатора, спровоцировавшего те драматические события, — некоего Камарусамана бин Ахмеда Мубайдаха(Катагшатап bin Ahmed Mubaidah), известного как Сьям (Sjam). По свидетельству некоторых из арестованных впоследствии офицеров, именно Сьям проталкивал идею враждебно настроенного «генеральского совета» и необходимости ему противодействовать. В ходе судебных разбирательств и в проведенном ЦРУ исследовании делается попытка навязать мнение, что в своих действиях Сьям действовал от имени руководителя КПИ Айдита (Aidit). Обнародование этого предположения может служить объяснением причины, по которой ЦРУ пошло на такой уникальный шаг, как издание той книги: было необходимо возложить ответственность за попытку государственного переворота на КПИ, чтобы «оправдать» последовавший за нею ужас.

Однако вполне возможно, что Сьям действовал в интересах ЦРУ и/или генералов. Вероятно, он был доверенным помощником Айдита и, возможно, вовлек руководителя КПИ в заговор, а вовсе не наоборот. Политическое прошлое Сьяма — весьма запятнанное и непонятное, а его свидетельство в ходе одного из судебных разбирательств, где он выступал в качестве подзащитного, было направлено на то, чтобы выставить Айдита единственным руководителем неудавшегося государственного переворота [15].

ЦРУ, которое было активно вовлечено в политическую жизнь Индонезии, по крайней мере с середины 1950-х годов (см. главу 14), несомненно, внедрило в КПИ агентов на различных уровнях — а уж индонезийские военные и подавно. Таким образом, Управление имело возможность распространять дезинформацию и подкидывать идеи определенных действий через Сьяма или иных агентов.

Желание США избавиться от Сукарно, одного из лидеров движения неприсоединения и антиимпериалистического движения третьего мира и защитника КПИ, после провала поддержанного ЦРУ военного мятежа 1958 года не уменьшилось. Среди различных докладов начала 1960-х годов, указывавших на неослабевающий интерес США к подобному развитию событий, очень в тему приходится одна из докладных записок ЦРУ за июнь 1962 года. Автор, имя которого удалено, писал о своих впечатлениях от разговоров с «западными дипломатами» о состоявшейся незадолго до того встречи президента Кеннеди и британского премьер-министра Макмиллана (Macmillan), договорившихся попытаться изолировать Сукарно в Азии и Африке. Далее «они договорились ликвидировать президента Сукарно в зависимости от обстановки и представившейся возможности (мне [сотруднику ЦРУ. — Авт.] не ясно, подразумевает ли слово «ликвидировать» убийство или свержение)» [16].

Теперь Сукарно перестал быть для США международным бельмом на глазу. Что еще более важно, КПИ, крупнейшая коммунистическая партия в мире после КПСС и КПК, была разгромлена, а ее остатки загнаны в подполье. О большем США и новая военная хунта и мечтать не могли бы.

Если генералы действительно затевали свой мятеж, то существуют убедительные доказательства того, что США были серьезно замешаны в событиях 30 сентября и 1 октября до, в течение и после оных. Одним из аспектов данного доказательства являются тесные отношения между вооруженными силами США и Индонезии, поддерживаемые Соединенными Штатами на протяжении многих лет. Президент Кеннеди, как пишет его помощникАртур Шлезингер (Arthur Schlesinger), «придавал важнейшее значение укреплению [индонезийских] антикоммунистических сил, особенно вооруженных сил, для того чтобы помешать могущественной Индонезийской коммунистической партии получить власть в стране в случае, если бы с Сукарно что-нибудь случилось» [17].

Роджер Хилсмен (Roger Hilsman), послуживший в ЦРУ и Госдепартаменте, отмечает:

К 1963 году «треть офицеров индонезийского генерального штаба и почти половина офицерского корпуса ВС прошла ту или иную подготовку у американцев. В результате проведения как программы содействия гражданскому развитию, так и программы военной подготовки, американские и индонезийские военные познакомились довольно хорошо и питали взаимное уважение и даже восхищение» [18].

Данное наблюдение подкрепляется отчетами комитета Палаты представителей по международным отношениям:

«Во время попытки коммунистического переворота и военного контрпереворота [sic!] в октябре 1965 года в США проходили подготовку более 1200 индонезийских офицеров, включая высокопоставленных военных. В результате этого между индонезийскими и американскими военными завязались многочисленные дружеские контакты, в частности между военнослужащими сухопутных войск обеих стран. После переворота, когда политическая обстановка еще оставалась неустойчивой, Соединенные Штаты, используя данные связи, смогли обеспечить антикоммунистические силы моральной и символической материальной поддержкой [19].

Когда среднестатистический участник программы военной помощи возвращается домой, у него вполне уже могут быть американские знакомые и объективное восприятие Соединенных Штатов. Такое влияние может в будущем обеспечить ценную возможность общения, как это имело место в Индонезии после поддержанного коммунистами переворота в октябре 1965 года» [20].

«Нью-Йорк таймс» писала, что ЦРУ, по слухам, «настолькоуспешно внедрило агентуру в высшие эшелоны индонезийского правительства и вооруженных сил, что США не хотели в 1964–1965 годах срывать операции прикрытия ЦРУ прекращением программ помощи и предоставления информации. То, что в Вашингтоне официально преподносилось в качестве толерантности к оскорблениям и провокациям президента Сукарно, в гораздо большей степени являлось желанием как можно более долгого использования этих программ в качестве прикрытия операций ЦРУ» [21].

Наконец, есть и свидетельство министра обороны Роберта Макнамары (Robert McNamara) в одном из сенатских комитетов, сделанное в 1966 году:

«Сенатор Спаркмен (Sparkman): В то время когда Индонезия довольно сильно взбрыкивала, когда нас подвергали жесткой критике за продолжение военной помощи ей, в то время мы не могли сказать, для чего была предназначена эта помощь. Это все еще секрет?

Макнамара: Оглядываясь назад, думаю, что эта помощь была вполне оправданна.

Спаркмен: Думаете, она принесла пользу?

Макнамара: Да, сэр» [22].

Существуют и другие заявления, которые могут иметь отношение к вопросу об американском вмешательстве в дела Индонезии. Бывший посол Маршалл Грин, выступая в 1973 году в Австралии, где он тогда был послом США заявил: «Помню, в 1965 году Индонезия балансировала на лезвии ножа. Помню, люди здесь заявляли, что Индонезия не станет коммунистической. Однако когда Сукарно в своей речи 17 августа объявил о том, что Индонезия в течение года получит коммунистическое правительство [?], я был почти уверен [что так оно и будет]… Мы вынуждены были сделать то, что сделали, и будьте довольны, что мы это сделали, потому что иначе Азия была бы сейчас совершенно другой» [23].

Джеймс Рестон (James Reston) писал в «Нью-Йорк тайме» в 1966 году:

«Вашингтон изо всех сил старается откреститься от утверждений, что ему принадлежит заслуга в данной перемене [от Сукарно к Сухарто]… но это не значит, что Вашингтон не имеет к этому никакого отношения. До индонезийской резни и во время нее между антикоммунистическим силами в этой стране и по крайней мере одним весьма высокопоставленным лицом в Вашингтоне существовало куда больше контактов, чем обычно думают. Силы генерала Сухарто, временами располагавшие чрезвычайно скудными запасами провианта и боеприпасов, получают помощь отсюда через различные третьи страны, и сомнительно, чтобы Сухарто отважился бы на переворот без американской демонстрации силы во Вьетнаме или чтобы переворот удался без тайной помощи, оказываемой ему непосредственно отсюда» [24].