Читать онлайн «Что дальше? Теория инноваций как инструмент предсказания отраслевых изменений». Страница 101

После 1984 года, когда государство разделило корпорацию AT&T, рынок капитала стал оценивать действующие телекоммуникационные компании в зависимости от того, в какой мере они перешли на цифровые технологии. И это было вполне оправданным. Компании, обновившие большую часть своих сетей, могли рассчитывать на снижение капитальных затрат в будущем; кроме того, у них ожидались и более высокие валовые прибыли.

Переход от черно-белого к цветному телевидению был также очень сложным процессом: требовалась полная ревизия всей системы, от начала и до конца. Телекомпании не закупали оборудования, необходимого для того, чтобы снимать и транслировать цветные передачи, до тех пор, пока их зрители не обзавелись цветными телевизорами. Так как компания NBC находилась во владении RCA, последняя обладала уникальными преимуществами на рынке, – у нее были все возможности выйти из заколдованного круга и способствовать широкому распространению цветного телевидения.

Коммутация, или передача телефонных сигналов по сети, значительно упрощала процесс: можно было позвонить любому абоненту сети, и для этого не требовалось специально выделенное соединение. Звонки поступают на центральный пункт, а затем передаются на другую линию в сети. Пупиновские катушки, индукционные приборы помогли преодолеть проблему дальности передачи сигнала. После усовершенствования катушек в 1899 году дальность передачи сигнала – без ущерба для качества – увеличилась вдвое. Благодаря этому обстоятельству, а также тому, что упростилась процедура подключения новых абонентов к сети, компании группы Bell смогли привлечь на свою сторону большее число клиентов, что способствовало росту прибылей и т. д.

Эти постепенные поддерживающие инновации появлялись по мере того, как поставщики услуг начинали использовать так называемые внеполосные сигналы, с тем чтобы клиенты получили в свое распоряжение дополнительные функции. Интересно, что эти услуги базируются на инновации, которую мы бы отнесли к радикальным поддерживающим инновациям: это реализация протокола сигнальной системы 7 (СС7). Практическое применение СС7 было непростой задачей, но зато благодаря ему функции телефонных систем стали более разнообразны.

Многие историки высказывают мнение, что монополия должна была возникнуть хотя бы потому, что система телефонной связи на самом деле представляет собой естественную монополию. Естественная монополия обычно определяется как ситуация на рынке, когда только один производитель в состоянии добиться такой низкой себестоимости единицы продукции, что всем остальным производителям уже невыгодно поставлять этот продукт или услугу. Естественные монополии чаще всего возникают на тех рынках, где при большой доле основного капитала неуклонно падают средние показатели предельных издержек производства, и это позволяет одному из производителей достичь таких преимуществ, которых не в силах добиться больше никто на рынке.

Однако тот факт, что в 1903 году независимые телефонные компании превосходили своей численностью компании группы Bell, заставляет усомниться в том, что телефонная сеть действительно является естественной монополией. На самом деле в 60 % американских городов с населением, превышающим 5 тысяч человек, можно было выбрать поставщика телекоммуникационных услуг. В городах с большой плотностью населения нередко можно было видеть сразу несколько узлов телефонных проводов, протянутых между домами.

Более подробную информацию о естественных монополиях и о последствиях существования таких монополий на рынке можно найти в изданиях Stephen G. Breyer, Regulation and Its Reform (Cambridge, MA: Harvard University Press, 1982); Thomas J. Dusterberg & Kenneth Gordon, Competition and Deregulation in Telecommunications: The Case for New Paradigm (Indianapolis, IN: The Hudson Institute, 1997); Alfred E. Kahn, The Economics of Regulation: Principles and Institutions (New York: Wiley, 1970); Richard A. Posner, Natural Monopoly and its Regulation (Washington, DC: Cato Institute, 1999); William W. Sharkey, The Theory of Natural Monopoly (New York: Cambridge University Press, 1982); John T. Wenders, The Economics of Telecommunications: Theory and Policy (Cambridge, MA: Ballinger, 1987).

Альфред Чандлер был первым, кто указал на это в своей важнейшей работе The Visible Hand. Чандлер заметил, что во многих отраслях ситуация развивалась так, что отрасль могла стронуться с места только тогда, когда некая компания полностью захватывала в ней всю власть. Мы, со своей стороны, можем дополнить наблюдения Чандлера, установив причинно-следственные механизмы такой ситуации: ведь только технологическая интеграция способна решить проблемы взаимозависимостей и усовершенствовать те области, где качество продуктов отстает от желаемого уровня. См. Alfred D. Chandler Jr., The Visible Hand: The Managerial Revolution in American Business (Cambridge, MA: Belknap Press of Harvard University Press, 1977).

Вот некоторые источники, которые могут быть полезны: Steven C. Wheelwright & Kim B. Clark, Revolutionizing Product Developent: Quantum Leaps in Speed, Efiiciency and Quality (New York: Free Press, 1992); Stefan Thomke, Experimentation Matters: Unlocking the Potential of New Technologies for Innovation (Boston: Harvard Business School Press, 2003); Eric von Hippel, The Sources of Innovation (New York: Oxford University Press, 1988).

Распад многолетней монополии AT&T в сфере международной и междугородней коммуникации начался достаточно невинно: в 1959 году Федеральная комиссия по коммуникациям (ФКК) приняла решение, которое впоследствии стало известно как «решение о 890». Это решение позволяло компаниям использовать микроволновые частоты свыше 890 мегагерц для частных коммуникаций. В 1963 году компания MCI подала в ФКК ходатайство о разрешении создать частную сеть между Чикаго и Сент-Луисом; планировалось применение микроволновых технологий, первоначально разработанных для оборонной промышленности. Эту частную сеть предполагалось использовать только для непосредственного обмена данными между несколькими компаниями. В конце 60-х годов прошлого столетия ФКК приняла решение разрешить некоторую конкуренцию на периферии рынка международной и междугородней коммуникации, и все же, приняв это решение, комиссия никоим образом не стремилась доводить монополию AT&T до полного распада. Корпорация AT&T вела с MCI многочисленные тяжбы, однако судья, действуя совершенно в духе оригинального стиля управления, характерного для ФКК, принял решение о том, что MCI имеет право конкурировать с AT&T, и это обеспечило прорыв конкуренции в сфере услуг международной и междугородней связи. См. Philip L. Cantelon, The History of MCI 1968–1988, The early years (Dallas: Heritage Press, 1993); Steve Coll, The Deal of the Century: The Breakup of AT&T (New York: Athenaeum, 1986); Lorraine Spurge, Failure Is Not an Option: How MCI Invented Competition in Telecommunications (Encico, CA: Spurge Ink! 1988).

Остается неизвестным, хотела ли корпорация AT&T, как монополист, жаждущий увеличения своих прибылей, когда-либо снизить цены. Да, монополия пытается получать максимальные прибыли, в то время как компании на действительно конкурентных рынках стремятся увеличить доходы.

Интересно отметить, что компания MCI изначально не намеревалась конкурировать в нижних секторах рынка, применяя «подрывные» продукты. Компания стремилась создать такую сеть услуг, которая позволила бы пойти в лобовую атаку на корпорацию AT&T. У новоиспеченной компании был единственный способ выйти на рынок: замаскировать свои услуги под «подрывные» продукты, ориентированные на нижние сектора. Компания MCI так и сделала. Но когда правительство ужесточило рамки регулирования отрасли, эта компания отреагировала моментально, скопировав бизнес-модель корпорации AT&T. И все же на заре своей деятельности компания MCI предоставляла покупателям, наиболее чувствительным к цене, продукты недостаточно высокого качества, что позволяет говорить о «подрывном» характере ее услуг.

«Несанкционированное» оборудование (то есть оборудование, производителем которого не являлась компания Western Electric) обозначалось в компании термином «инородные устройства». В документах о тарификации – списках услуг, где указывались цены, обязательства обеих сторон и ограничения на использование услуг, – содержались статьи о взимании штрафов с тех клиентов, кто пользовался «инородными устройствами».

За три года до появления «картерфона» суд разрешил абонентам телефонных сетей использовать простое для подключения устройство корпорации Hush-a-Phone. Это устройство представляло собой резиновую чашу, защищавшую от посторонних шумов, и это на первый взгляд безобидное изобретение наделало много шума. Руководители AT&T решили прибегнуть к законным мерам и обратились с прошением в ФКК. В 1955 году, после тщательного расследования, ФКК приняла решение о том, что устройство корпорации Hush-a-Phone «наносит вред телефонным системам и может ухудшить качество предоставляемых с их помощью услуг». Однако в 1956 году суд отменил постановление ФКК и подтвердил право абонентов пользоваться телефоном таким образом, чтобы «извлекать максимальную личную пользу без ущерба для общественности». См. Kevin G. Wilson, Deregulating Telecommunications: U.S. and Canadian Telecommunications, 1840–1997 (Lanham, MD: Rowan & Littlefield, 2000), 111, 420; quotes from Hush-a-Phone Corp. v. United States, 238 F2d 266 (D.C. Cir 1956).