Читать онлайн «Оценка компаний: Анализ и прогнозирование с использованием отчетности по МСФО». Страница 78

Отчуждение активов помогает оценить адекватность или неадекватность амортизационной политики компании. Компания, постоянно получающая высокую прибыль от ликвидации, возможно, подвергает свои активы чрезмерно высокой амортизации, а компания, терпящая убытки, в существенной степени недоамортизирует свои активы. Если отклонения от соответствующей «экономической» амортизации значительные, то аналитику придется решать вопрос о корректировке отчетности для получения более адекватного показателя.

4. Накопленная амортизация по каждому списанному активу должна быть восстановлена. Актив более не принадлежит компании, и ее бухгалтеры должны убедиться, что накопленная амортизация, зафиксированная на балансе, относится к активам, остающимся в распоряжении компании.

Некоторые осложнения возникают, если актив подвергался переоценке. Заметим, что переоценка разрешена МСФО, но не US GAAР. В этом случае прибыль от отчуждения основана на сравнении выручки от продажи и амортизированной переоцененной стоимости. Это означает, что при прочих равных условиях активы, которые были объектом переоценки, приведут при отчуждении к меньшей прибыли. Дальнейшее уточнение потребуется для переоцененных активов по той причине, что остаток резерва переоценки должен быть перенесен в нераспределенную прибыль, поскольку эта величина теперь реализована.

Компания Value place Inc. продала два постоянных актива. Актив 1 не был переоценен, и соответствующая информация, прибыль от отчуждения и необходимые поправки приведены ниже. Та же информация дана по активу 2, но несколько лет назад он был переоценен с увеличением стоимости на 26 000.

• Отчуждение активов принесло компании убыток. Если активы были переоценены, то прибыль от отчуждения систематически будет ниже (или убытки выше) по сравнению с ситуацией, когда активы оставались бы на балансе по первоначальной стоимости.

• Для актива 2 остаток резерва переоценки должен быть перенесен. Эта сумма теперь реализована и должна быть доступна для распределения и т. д.

Отражение в отчетности отчуждения (продажи) акций более сложно и многообразно, поскольку зависит от отражения лежащих в их основе инвестиций. В свою очередь, это зависит от взаимоотношений между компанией-инвестором и компаниями, в которые осуществляются инвестиции.

Рассмотрим три возможных варианта:

1. После продажи акций компания остается дочерней.

2. После продажи акций компания становится ассоциированной компанией.

3. Акции компании продаются полностью, и от нее ничего не остается.

В табл. 7.12 описаны варианты 1 и 2. Вариант 3 проще, поэтому для него описаны лишь изменения в отчете о прибылях и убытках и балансе.

Прибыль от отчуждения

Прибыль от отчуждения учитывается в отчете о прибылях и убытках. Как при отчуждении активов, доход при отчуждении акций сравнивается со стоимостью отчуждаемого актива. Показатели модели объясняются

ниже.

Примечания

1. Доля проданных и удержанных от распределения акций определена при предположении, что изначально мы владели 100 %. Здесь предполагается, что в первом варианте продается 40 %, во втором – 55 %.

2. Выручка в обоих вариантах равна 400 млн евро.

3. Стоимость существующих чистых активов взята из баланса дочерней компании и умножена на долю проданных акций.

4. Балансовая прибыль рассчитана как разница между выручкой от продажи и чистой стоимостью проданных активов.

5. Затем необходимо рассчитать налог. Поскольку речь идет о продаже основных средств, к прибыли от продажи применяется ставка налога на прирост стоимости капитала (хотя в некоторых юрисдикциях она совпадает со ставкой налога на прибыль).

6. Чистая выручка равна разности между полученным вознаграждением и налогом, который предстоит уплатить.

7. Отчужденный гудвилл означает, что компания лишилась еще одного актива. Для отражения в отчете о прибылях и убытках он должен быть вычтен из прибыли от продажи.

8. Приведенные выше расчеты были бы аналогичными в случае полного отчуждения, т. е. прибыль от продажи была бы равна разности между полученной выручкой и полной накопленной чистой стоимостью отчужденной дочерней компании.

При моделировании компаний обычно исходят из того, что это действующие предприятия, в которых не будет корпоративных изменений в форме поглощения/продажи активов или выделения дочерних фирм. На этом основано планирование внутри компании, и инвесторы, как правило, предполагают, что хозяйственная единица, в которую они вкладывают средства, будет устойчиво расширяться.

Естественно, бывают моменты, когда такой подход оказывается абсолютно неприемлемым. Обдумывая поглощение, компания должна иметь возможность оценить предмет поглощения, а отдельно оценить влияние поглощения на консолидированную финансовую отчетность. Инвесторы компании, которые получили предложение продать свои акции, должны решить принять его или отказаться. Также и инвесторы компаний, осуществивших или осуществляющих поглощение, должны быть способны оценить его.

Как и при оценке и моделировании компаний, нужно разобраться в особенностях финансовой отчетности и сделать обоснованные выводы относительно модели оценки. Эта глава начиналась с объяснения учетной практики в рамках МСФО, относящейся к консолидации и деконсолидации элементов группы. Ниже более подробно обсуждаются модель оценки и отражение в отчетности корпоративных поглощений, поскольку последние наиболее сложны с точки зрения оценки.

Обычно сначала моделируется компания, а потом она оценивается. При поглощениях все наоборот. В первую очередь надо понять, хороша или нет сама идея, и сколько имеет смысл заплатить за приобретение, с точки зрения потенциального покупателя. Если предложение о приобретении объявлено, главный вопрос для инвестора состоит в том, увеличит ли это приобретение стоимость компании с учетом выплаты вознаграждения.

Но консолидированная отчетность тоже важна. Обычно с формальными балансами трудно работать. Несмотря на теоретические соображения (что поглощение не влияет на прибыль на акцию), реальность такова, что о существенном ухудшении EPS нужно очень аккуратно сообщать акционерам и членам совета директоров компании – потенциального покупателя, независимо от того, будет ли иметь такое обсуждение какой-нибудь экономический смысл. Исходной точкой анализа является стоимость компании-мишени, но в этом случае есть два возможных различия по сравнению с примерами, рассмотренными в главах 5 и 6. Первое: поглощения мотивируются, во всяком случае, частично, расчетом на синергетический эффект; второе: финансирование поглощения может привести к изменению структуры капитала компании-мишени в результате поглощения. Крайний пример последней ситуации – выкуп за счет кредита (LBO), когда значительная часть выгоды от сделки может сводиться к созданию большой налоговой защиты.

Синергетические эффекты обычно бывают трех видов: увеличение выручки, сокращение производственных затрат, сокращение капитальных затрат. Увеличение выручки чаще всего бывает результатом появления возможностей перекрестных продаж – либо в виде продаж товаров в разных географических районах, либо в виде продаж сопутствующих товаров существующим потребителям двух сливающихся компаний. Первый вид синергии можно проиллюстрировать слияниями в фармацевтической промышленности, второй – слияниями в банкостраховании. Слияния могут приводить к росту возможностей диктовать цены, однако из-за существования антимонопольного законодательства этот мотив никогда не упоминается среди мотивов слияния.

Сокращение затрат в основном достижимо на уровне затрат на содержание главного офиса компании и управленческого аппарата, но также возможно в области материально-технического снабжения, благодаря сокращению уровня постоянных затрат в пропорции к общему объему бизнеса. Именно такими ожиданиями мотивируются слияния в розничной торговле, в добывающих отраслях нефтяной промышленности, регулируемых энергетических компаниях и др.

Реже среди мотивов слияния упоминаются потребности в капитале (как при анализе компаний финансовая пресса чаще концентрирует свое внимание на прибылях, чем на потребностях в капитале). Но на самом деле возможность сокращения материальных запасов или более эффективного использования основных средств, безусловно, может быть важным побудительным мотивом для ожидания синергетических эффектов.