Читать онлайн «Описание Эллады». Страница 181

1. Так как ахейцы только на него и смотрели и, ставя его выше всех, только на него и надеялись, то он смог изменить форму вооружения их воинов, стоявших в рядах пехоты. Обычно они носили короткие дротики и щиты значительно болee длинные, чем обыкновенные, вроде кельтийских ферей — длинных четырехугольных дощатых как двери щитов — или плетеных персидских щитов. Он убедил их надевать панцири и пристегивать поножи, пользоваться щитами аргосского образца и носить длинные копья. 2. Когда в Лакедемоне сделался тираном Маханид и вновь началась война между ахейцами, с одной стороны, и лакедемонянами и Маханидом — с другой, то во главе ахейского войска стал Филопемен. Когда под Мантинеей произошла битва, то лакедемонские передовые отряды победили ахейских легковооруженных, и Маханид бросился преследовать их, убегавших с поля сражения; но своею фалангой Филопемен обратил в бегство лакедемонских гоплитов; затем, встретившись с Маханидом, возвращавшимся после преследования, он убил его. Хотя лакедемоняне потерпели поражение в этой битве, но это несчастие принесло им гораздо большую пользу, так как они освободились от тирана. 3. Немного времени спустя аргивяне справляли Немейские игры, и Филопемену пришлось участвовать в состязании кифаредов (певцов под аккомпанемент лиры). Когда Пилад, родом из Мегалополя, в свое время самый знаменитый из кифаредов и только что одержавший победу на Пифийских состязаниях, запел ном (песню) Тимофея Милетского «Персы», начинающийся так:

все собравшиеся эллины обратили свой взгляд на Филопемена и громом аплодисментов показали, что эта песня относится к нему. Я слыхал, что в свое время нечто подобное произошло с Фемистоклом в Олимпии: оказывая честь Фемистоклу, когда он вошел в театр, все присутствующие встали перед ним. 4. Македонский царь Филипп, сын Деметрия, тот, который умертвил и Арата из Сикиона, отравив его, подослал в Мегалополь людей, поручив им убить Филопемена. Потерпев в этом неудачу, он этим поступком вызвал к себе ненависть со стороны всей Эллады. Когда фиванцы победили в сражении мегарцев и уже поднимались на стены Мегар, то мегарцы обманули их, распространив ложное известие, будто к ним в город прибыл Филопемен. При этом известии на фиванцев напал такой припадок страха, что они, не окончив начатой войны, поспешно вернулись домой. 5. Вновь в Лакедемоне явился тиран Набис; из всех жителей Пелопоннеса он напал прежде всего на мессенцев. Он подошел к их городу ночью, когда никто не мог ожидать нападения, и захватил весь город за исключением акрополя. Но когда на другой день с войском прибыл Филопемен, Набис сдался и ушел из Мессены.

Когда окончилось время его командования и ахейцы выбрали себе других начальников, Филопемен вновь переправился на Крит и помог гортинцам, теснимым войною. Так как аркадяне гневались на него за то, что он удалился из родины, то он вернулся с Крита и принял участие вместе с римлянами в войне, которую они предприняли против Набиса. Когда римляне приготовили флот против Набиса, Филопемен по своей горячности решил принять участие в этой битве. Но, будучи совершенно неопытным в морском деле, он сел, сам того не заметив, на триеру, давшую течь; таким образом, и римлянам и всему союзному войску вспомнились стихи из эпоса, там, где Гомер в «Каталоге» указывает на полное невежество аркадян в морском деле. Немного дней спустя после морского боя Филопемен со своим отрядом, выбрав безлунную ночь, сжег в Гитионе лагерь лакедемонян. После этого Набис застиг Филопемена и бывший с ним отряд из аркадян на неудобном для них месте. Отряд Филопемена, правда, был немногочисленный, но состоял из опытных в военном деле бойцов. И вот Филопемен, постоянно меняя боевой строй, в котором он вел свой отряд во время отступления, сделал так, что эта позиция стала благоприятной для него, а не для: неприятелей; ночью же победив в битве Набиса и истребив много лакедемонян, он заслужил еще большую славу у эллинов. После этого Набис, добившись у римлян мира на определенный срок, умер раньше, чем кончился срок этого перемирия: он был убит одним калидонцем, явившимся к нему под предлогом заключения союза, на самом же деле это был враг, подосланный к нему именно с этою целью убийства этолийцами.

1. Воспользовавшись таким благоприятным моментом, Филопемен напал на Спарту и принудил ее примкнуть к Ахейскому союзу. Немного времени спустя Тит (Фламинин), начальник римских войск, посланных против Эллады, и Диофан, сын Диэя, из Мегалополя, выбранный тогда начальником ахейцев, решили двинуться против Лакедемона, выдвинув против лакедемонян обвинение, будто они замышляют отпадение от римлян, но Филопемен, хотя он в это время был просто частным человеком, велел запереть перед ними ворота. За это и за его смелые действия против обоих тиранов лакедемоняне хотели подарить ему дом Набиса, стоивший больше ста талантов; но Филопемен отказался от этого богатого подарка и предложил лакедемонянам такими подношениями ублажать вместо него тех, которые в Ахейском Совете являются влиятельными ораторами в глазах народа; говорят, что он этим намекал на Тимолая. Филопемен еще раз был выбран ахейским стратегом. В это время в Лакедемоне произошли восстание и гражданская война. Тогда Филопемен выгнал 300 человек, наиболее виновных в этом восстании, из Пелопоннеса, продал в рабство приблизительно 3000 илотов, разрушил стены Спарты и запретил спартанской молодежи военные упражнения по законам Ликурга, а напротив, ахейской молодежи их предписал. Впоследствии римляне решили вернуть лакедемонянам право воспитывать свою молодежь по местному обычаю. Когда римляне под начальством Мания победили при Фермопилах Антиоха, потомка Селевка, прозванного Никатором (Победоносным), и сирийское войско, Аристен из Мегалополя советовал ахейцам уступать римлянам, угождая им во всем, и ни в чем им не противоречить. Полный гнева, взглянул на Аристена Филопемен и сказал ему, что этим он ускоряет гибель Эллады. Когда Маний высказал желание, чтобы были возвращены назад лакедемонские изгнанники, то Филопимен воспротивился этому в Совете, но когда Маний уехал, то тогда Филопемен разрешил изгнанникам вернуться в Спарту.

2. Но в конце концов суждено было, чтобы наказание за высокомерие постигло и Филопемена. Дело в том, что как-то он оскорбительно упрекнул одного из знатнейших граждан за то, что он живым был взят в плен неприятелями. В это время Филопемен, в восьмой раз выбранный в стратеги ахейцами, послал Ликорту с войском для того, чтобы опустошать Мессенскую область. Сам же он приблизительно дня три спустя, хотя и страдал от сильной горячки и был уже более чем 70-ти лет, все же решил принять участие в этом деле вместе с Ликортою. Он отправился, имея при себе всадников и легковооруженных числом около 60-ти. 3. В это время Ликорта со своим войском уже возвращался домой, причем ни он, ни мессенцы взаимно не понесли никаких серьезных поражений. Что же касается Филопемена, то он был ранен в голову во время сражения и, так как он упал с коня, (он был взят в плен и) живым доставлен в Мессену. Когда тотчас же было созвано народное собрание, то там было высказано много различных и даже противоположных мнений. Динократ и все мессенские богачи требовали смерти Филопемена, партия же простого народа прилагала все усилия, чтобы спасти его, жалея его и называя отцом всего эллинского народа. Но Динократ все же послал ему в тюрьму яд, решив даже против воли мессенцев лишить его жизни. Вскоре после этого Ликорта, собрав из аркадян и ахейцев значительную силу, двинулся против Мессены. Мессенский простой народ тотчас перешел на сторону аркадян; те, на ком тяготело обвинение в смерти Филопемена, были схвачены все, кроме Динократа, и понесли наказание. Динократ же сам на себя наложил руки. Останки Филопемена аркадяне перенесли в Мегалополь.