Читать онлайн «Тайна Санкт-Петербурга. Сенсационное открытие возникновения города. К 300-летию основания». Страница 59

Новгородцы и жители поселений, встречавшихся на пути княжеской дружины к Киеву, всячески уверялись людьми князя, что Владимир — защитник язычества, хотя в дружине было наряду с язычниками и некоторое число христиан (викинги, служившие в армиях всего мира, уже начали принимать христианство, причем и в западноевропейской, и в византийской христианской церкви). При этом очень волновавшиеся за свою судьбу киевляне были информированы княжескими лазутчиками так, что одновременно и язычники, и христиане надеялись на благосклонность Владимира именно к ним.

, Во всем, что касалось атрибутов княжеской власти, Владимир, наоборот, был открыт и демонстративен. Он всегда восседал на великолепном коне. Воистину княжескими были его шлем, кольчуга, оружие. Вызывала уважение княжеская свита, составленная из лучших и хорошо вооруженных воинов. Походный шатер князя даже издалека казался сотканным богами и разжигал воображение, рисующее неслыханное могущество Владимира. Его дружинники всегда были сыты, довольны жизнью, жизнерадостны и просто излучали уверенность в том, что не найдется в целом мире силы, способной им противостоять, и ждут их только победы над всеми врагами.

Владимир, зная, что Ярополк сватался к полоцкой княжне Рогнеде, захватил Полоцк и принудил княжну сыграть с ним свадьбу. А затем, взяв Смоленск, подчинил оба города Новгороду. И языческая партия помогала армии вторжения, предчувствуя экономические выгоды от поражения киевских христиан. Наместников Ярополка в Новгороде Владимир защитил от разгневанных новгородцев и, сохранив им жизнь, направил в Киев с поручением сказать князю киевскому, что против него идет дружина и ему суждено быть наказанным за смерть среднего брата — сына великого князя Святослава Игоревича Олега.

Таким образом, война приобрела сразу несколько окрасок: религиозную, не до конца понятную участникам событий, но, как ни странно, влияющую на происходящее, политическую, ибо речь шла о судьбе государственного образования и будущих отношений народов на вовлеченной в конфликт территории, экономическую, постоянно выпячиваемую новгородцами, и даже как будто бы нравственную, на значении которой настаивал князь Владимир.

Новый варяг с дружиной прошел из Новгорода к Киеву (со Скандинавского полуострова к Киеву), повторив путь своего славного предтече — варяга первой волны князя Олега Вещего. И это символично, ибо весть о предстоящем в конце X века походе к точке с координатами Киева некого великого «императора» передавалась из уст в уста посвященными в тайну Мистерии Исиды, начиная от жрецов Древнего Египта. И долгожданное время настало. Владимир и его армия подошли к Киеву.

Не на шутку озабоченный приближением армии, которую благодаря инициируемым противником слухам большинство киевлян считали непобедимой, князь киевский Ярополк стал просить совета у своего окружения. И нашелся «мудрый» советчик — воевода Блуд, который посоветовал своему князю уйти из Киева. Ярополк поверил, что, отдав Владимиру город, в который тот так упорно стремится, без боя, можно, используя более благоприятные после мирного решения судьбы Киева условия для переговоров, убедить родного брата в чем угодно и сохранить себе и своим людям не только жизнь, но и какие-то достойные князя и верных княжеских слуг блага. Ярополк вышел с дружинниками из города и, далеко не отойдя, сделал своей временной резиденцией небольшую крепость Родню. Владимир вошел в Киев и окружил войском Родню.

В военном отношении маленькая крепость не шла ни в какое сравнение с Киевом. Она не располагала ресурсами для длительной обороны. А имеющееся в ней продовольствие рассчитано было на ограниченное количество воинов и обслуживающее их мирное население. Но осажденный со всех сторон князь Ярополк и не собирался воевать. В точном соответствии с хитрым советом воеводы Блуда и навеянными им иллюзорными надеждами уже бывший киевский князь обратился к победителю с просьбой о братской встрече. Увы, добровольно пришедший в ловушку Ярополк трагически заблуждался по поводу планов брата. Противостоял ему, по существу, уже не брат, не славянский князь, не варяг и даже не предводитель безжалостных завоевателей. Перед ним, перед его жалким отрядом, окруженным в маленькой крепости, стоял полный сил и грандиозных планов человек, который за несколько лет до прихода в Киев узнал от тайного служителя богини Исиды нечто, заставившее его согласиться служить жрецам, стать очередным великим избранным.

Не обязательно князя Владимира Святославовича посвятили в тайны, которые хранят жрецы. Но ему, как и Александру Македонскому, и Константину I, сообщили какую-то безусловно потрясшую и преобразившую его информацию, после которой он стал ощущать себя избранником богов и судьбы.

Встречу Ярополку назначили главное действующее лицо Мистерии Исиды и готовые теперь положить весь мир к ногам своего нового героя жрецы страны Та‑Кемет. Провести мирные переговоры князья договорились в шатре, специально для этого установленном между крепостным рвом и позицией одного из отрядов, образующих кольцо блокады вокруг крепости. Но вошедшие в шатер Ярополк и его воевода Блуд не то что произнести хоть одно слово, моргнуть не успели, как князь был молниеносно убит двумя варягами. Один из варягов специально был так одет, что был принят, когда подходил к шатру, стоявшими за крепостной стеной наблюдателями за Владимира. Увы, Ярополк был обречен. С тех пор как выбор жрецов пал на Владимира, Ярополку не смогли бы помочь никакие армии. Ни за какими крепостями он не нашел бы спасения. Его убийцей или шпионом, следившим за ним, мог оказаться самый близкий и родной ему человек, о котором князь все знал с рождения, даже с рождения его прапрадедов.

Состоялся неизбежный приход к власти в государстве Киевская Русь князя, которому теперь суждено было сделать все, что только позволяло то время (рубеж X–XI веков) и геополитическое положение Киева для превращения избранной богами географической точки в столицу «великой империи». А врагам Владимира скоро предстояло узнать, что от них, как от Ярополка, отвернулись боги. И действительно, княжение Владимира — пик расцвета Киевской Руси, границы которой фантастически быстро расширились.

К концу правления великого князя киевского Владимира Святославовича его государство простиралось от Прибалтики и Карпат до причерноморских степей и представляло собой цветущую раннефеодальную монархию с совершенными феодальными отношениями, высоким уровнем развития производительных сил и торговли, единой государственной религией, объединяющей мирно живущие в одной семье народы и народности, защищенную знающим свое дело войском, а на границах оборонительными рубежами с системой крепостей по рекам Десна, Осетр, Трубеж, Суле, Стугне. Успехами в походах на вятичей, литовцев, радимичей, хазар, болгар, в Червенско-Перемышльскую землю, захваченную поляками, князь укрепил свой авторитет, власть, государство. Ему даже удалось взять хорошо укрепленный византийский город Херсонес в Крыму, который стал предметом торговли на переговорах с Византией и после успешного завершения последних оставлен киевским войском. Но все победы, завоевания, достижения в управлении государством, личные достоинства не позволили бы поставить варяга Владимира в один ряд с величайшими из императоров. Мало ли каких успехов достигали его собратья викинги, в том числе во главе созданных или захваченных ими государственных образований. Должна была состояться действительно яркая историческая личность, деяния которой остались бы в памяти благодарных потомков на многие и многие века.

Организаторы Мистерии Исиды достигали своих целей, только обеспечив такую судьбу князю Владимиру, которую следующий приглашенный в клуб императоров — Петр I захотел бы повторить. И судьба эта оказалась удивительной.

Дружина варягов, идущая на Киев во главе с князем Владимиром, была силой, собранной язычниками для борьбы с немногочисленными киевскими христианами. Языческие боги Перун и Один с помощью бездушных, презиравших страх, безжалостных наемников должны были положить конец присутствию на Руси Христа. Победа была одержана. Киев взят. Погибло много людей.

Князь вне полей битв совершил несколько преступлений, например, лишил жизни отца и двух братьев полоцкой княжны Рогнеды, а ее насильно заставил стать своей женой, обманул и убил своего родного брата, готового отказаться от власти в Киеве и фактически молившего о пощаде. Сторонники Ярополка были если не убиты, то унижены и лишены прежних прав и имущества. Но при всем при этом заявленные цели так и остались недостигнутыми. Более того, Владимир крестился, под его влиянием и в его присутствии произошло массовое крещение киевлян, а затем христианской стала вся Киевская Русь.