Читать онлайн «Институты и путь к современной экономике. Уроки средневековой торговли». Страница 101

Система коллективной ответственности была самоподдерживающимся институтом: все мотивы индивидуальных торговцев и судов порождались эндогенно. Убеждения, относящиеся к реакции коммун на случаи мошенничества, и убеждения относительно ценности будущей торговли превращали каждое сообщество в бессрочно существующую организацию. Каждое сообщество интернализировало издержки нарушения каждым из своих членов обязательств по отношению к членам других сообществ, будущая торговля с которыми выступала в качестве обязательства исполнения контракта[355].

Коммунальная ответственность, которая не была ни контрактной, ни добровольной, поддерживала безличный обмен между сообществами. Обмен не требовал того, чтобы взаимодействующие друг с другом купцы знали о прошлом поведении, имели общие ожидания относительно торговли в будущем, обладали способностью передавать информацию о поведении купца будущим торговым партнерам либо заранее знали личности друг друга.

Первоначально система коллективной ответственности была самоподдерживающимся институтом, поскольку она запускала процессы, расширявшие круг параметров, при которых он оказывался самоподдерживающимся. Этот институт усиливал коммунальную структуру, на которой основывался, мотивируя сообщества к четкому определению членства в коммунах, к созданию организаций, требуемых для опознания членов сообщества остальной частью общества, а также для усиления действующих внутри сообществ институтов обеспечения исполнения контрактных обязательств.

Однако в долгосрочной перспективе система коллективной ответственности оказалась подорванной ростом торговли на дальние расстояния, увеличением количества, численности и разнородности сообществ. Эти перемены снизили эффективность системы, экономическую выгоду и политическую жизнеспособность во взаимодействии между сообществами. Например, они упростили подделку связей с сообществом, создали препятствия для проверки этих связей, понизили стоимость мобильности между сообществами, а также ухудшили положение некоторых членов сообщества. К концу XIII в. богатые члены сообществ начали искать освобождения от системы коллективной ответственности, а сами сообщества стали пытаться устранить ее.

Способность заменить систему коллективной ответственности альтернативным институтом зависела от институционального окружения, и особенно от политических институтов. В Англии политическая система вела к переходу к правовой системе исполнения контрактов, основанной на индивидуальной юридической ответственности. Там, где с эффективной альтернативой выступило государство, экономические системы постепенно приблизились к системе исполнения контрактов, которая преобладает сегодня, – к системе, в которой правилом является индивидуальная ответственность, значительная часть обезличенного обмена поддерживается правовой системой, а коллективная ответственность является консенсусной и контрактной. Асимметрия в возможности обеспечивать альтернативные институты внутри и за пределами политических образований создала институциональное различие между национальной и международной торговлей.

История позволяет поставить под вопрос обычное убеждение в том, что развитие европейского государства было предварительным условием развития рынков. Система коллективной ответственности указывает на значимость обратного порядка причин и следствий: институциональный спрос, созданный рынком, повлиял на развитие регулируемых государством, основанных на праве институтов. Там и тогда, когда государство могло ответить на этот вызов, воздерживаясь при этом от злоупотребления правами, впоследствии развились и рынки.

Влияние системы коллективной ответственности на развитие контрактных и организационных форм в Европе, пути и масштаб ее эволюции в различных европейских регионах, а также последующие различия в распространении рынков – все это вопросы, на которые еще предстоит ответить.

Точно так же неизученной остается и другая проблема: насколько институты, подобные этой системе, превалировали в других донововременных обществах. Вполне может оказаться, что эта система существовала только в Европе, поскольку она опиралась на два столпа – на самоуправляющиеся торговые сообщества и на рукотворный закон, в формулировке которого участвовали эти сообщества, причем эти элементы не встречаются в других донововременных рыночных обществах.

Например, в мусульманском мире сообщества не были самоуправляемыми [Cahen, 1990, p. 520], а господствующее религиозное право отвергало само понятие коллективной ответственности [Schacht, 1982 [1964], p. 125]. Если система коллективной ответственности ограничена Европой, она, весьма вероятно, относится к числу тех факторов, которые объясняют последующее торговое развитие Европы.

Система коллективной ответственности демонстрирует динамичные причинно-следственные связи между институтами и международной торговлей[356]. Многосоставный, межюрисдикционный (и в этом смысле международный) институт обеспечивал и индивидов, и внутренние правовые юрисдикции соответствующими стимулами.

С одной стороны, подобно институтам, решающим проблему суверенного долга, система коллективной ответственности была предварительным условием для обмена[357]. В обоих случаях ключевую роль играют институты, которые подталкивают агентов, наделенных внутригосударственной легальной властью, выполнять международные контрактные обязательства или следовать им.

С другой стороны, система коллективной ответственности подтверждает гипотезу относительно значимости изучения обратного порядка причин, который начинается с международной торговли и заканчивается развитием внутригосударственных институтов. Ее история отражает тот факт, что институциональные изменения являются важным каузальным каналом между торговлей и ростом.

Система коллективной ответственности также показывает значимость некоторых не всегда отмечаемых аспектов микрооснов институтов обеспечения исполнения контрактов. В ней объединены элементы институтов, основанных на законе, и институтов, основанных на репутации [Greif, Kandel, 1995; Dixit, 2004][358]. Эта система также позволяет отметить важность отказа от распространенной в исследованиях репутационных механизмов посылки, согласно которой идентичности всегда общеизвестны. Один из центральных элементов системы коллективной ответственности сводился к механизму убедительного раскрытия собственной личной и коммунальной идентичности. Вероятно, значительную часть институтов обеспечения исполнения контрактов в том или ином обществе составляют методы, благодаря которым люди могут достоверно принимать на себя обязательство передавать информацию о собственной идентичности. Система коллективной ответственности также указывает на важность отказа от фокусирования на репутационных механизмах, в которых поведение обусловлено получаемой ex ante (т. е. до транзакции) информации о прошлом поведении. Систему коллективной ответственности поддерживала возможность доказать ex post то, что данный человек был обманут каким-то иным человеком, а не проверка того, что данное лицо никогда не занималось мошенничеством.

Экономические последствия коллективной ответственности лишь недавно привлекли к себе внимание исследователей[359]. В современных экономиках коллективная ответственность играет определенную роль в микрофинансировании в развивающихся странах [Besley, Coate, 1995; Bouman, 1995], а также в бизнес-ассоциациях с совместной и неограниченной ответственностью [Bernstein, 1992]. Система коллективной ответственности и немецкие кооперативы XIX в. [Guinnane, 1997] иллюстрируют значимость коллективной ответственности в развитии индустриальных экономик.

Действительно, данная система показывает, что ответственность была важным фактором функционирования европейских рынков в прошлом. В свою очередь, это заставляет нас обратить внимание на важную, хотя и забытую роль коллективной ответственности в современных рыночных экономиках. Система ответственности сообщества указывает на то, что важной ролью современных фирм является обеспечение коллективной ответственности.

Центральная роль коллективной ответственности в донововременной Европе подчеркивает тот факт, что современная тенденция рассматривать лишь индивидуальную правовую ответственность (или контрактную общую ответственность) в качестве морально и легально приемлемой подразумевает навязывание итогов долгого процесса европейского институционального развития в тех местах, где подобных процессов могло и не быть [Levinson, 2003]. Система коллективной ответственности показывает, насколько важен социальный и политический контекст для определения набора реализуемых, повышающих эффективность институтов. Институциональной политике необходимо учитывать следующее: все институты, поддерживающие обезличенный обмен, должны смягчать одну и ту же контрактную проблему. Однако какие именно институты лучше всего подходят для решения этой задачи, зависит от конкретных условий. Это определяется институциональным окружением и институциональными элементами, унаследованными из прошлого.