Читать онлайн «Цивилизация, притворяющаяся страной. Ведущие западные аналитики о России». Страница 58

Фридман приводит пример этой позиции США в ходе Первой и Второй мировых войн: Вашингтон вмешался тогда с целью не допустить гегемонии Германии. Аналогичным образом в годы «холодной войны» США стремились препятствовать гегемонии России. В этом автор видит последовательность американской внешнеполитической стратегии. Он подчеркивает:

«США вынуждены с большой осторожностью относиться к возможности появления любого гегемона. В этой связи опасения касательно усиления России являются напоминанием о «холодной войне», что небезосновательно. Как некоторые мои собеседники подчеркивали, экономическая слабость не всегда означает слабость в военном плане или внутриполитическую разобщенность. В этом я с ними согласился, подчеркнув, что именно поэтому США вполне обоснованно выражают обеспокоенность в связи с деятельностью России на Украине. Если России удастся утвердить свое влияние на Украине – к чему это может привести? Россия обладает военной и политической мощью, которая может начать распространяться и на Европу. Поэтому вполне рациональным желанием для США и, по крайней мере, некоторых европейских государств является утверждение своего присутствия на Украине».

Автор с интересом отмечает, что такая позиция США вызвала недоумение со стороны одного из его московских собеседников – сотрудников МИДа России. По мнению Фридмана, последний, полностью осознавая, что движет Россией в ее политике в отношении Украины и почему Москва действует именно так, а не иначе, считает американские императивы внешней политики слишком глобальными, чтобы реализовывать их на Украине. По мнению Фридмана, дело не в собственном видении Россией украинских событий, а в том, что для Москвы происходящее на Украине имеет первостепенное значение – в отличие от США, чье видение, в представлении российского МИДа является абстрактным, никак не связанным с современными реалиями, в частности на Украине. Таким образом, по мнению автора, действия США являются реакцией на активизацию российской внешней политики, которая потенциально может угрожать американским интересам, хотя Москва видит себя обороняющейся, а не нападающей стороной, а озабоченность Вашингтона в связи с тем, что Россия якобы стремится к гегемонии, считает необоснованной и не стоящей внимания.

Далее Фридман приводит в пример ситуацию с Сирией, позицию США в отношении которой он попытался изложить на встречах со своими собеседниками в МГИМО. По мнению эксперта, действия Москвы поставили администрацию Обамы в неприятное положение.

«Обама не собирался вмешиваться, когда на сирийской территории было использовано химическое оружие – потому что это было трудно с военной точки зрения, а также потому, что в случае свержения Башара Асада страна оказалась бы в руках суннитских джихадистов. Я подчеркнул, что у США и России – схожие интересы, и в ответ на попытку России представить это так, что Путин заставил Обаму отступить, ставя его в неловкое положение, США вмешались на Украине».

Будущее отношений России и Запада

Важным для Фридмана был вопрос о том, что ожидать от российской политики дальше – распространится ли кризис с Украины на Прибалтику, Молдову и Кавказ. Автора убедил ответ на этот вопрос со стороны собеседника из аппарата МИДа России, который подчеркнул, что кризис ограничится одной страной. Свою убежденность Фридман аргументировал тем, что Москва сегодня и без того вынуждена справляться с весьма непростыми условиями экономических трудностей и кризиса на Украине. По мнению автора, Россия в отличие от Запада не имеет необходимых ресурсов для того, чтобы одновременно справляться с несколькими вызовами сразу. Он заключает:

«Россию устроит некая автономия русских регионов Восточной Украины, но какая степень этой автономии – судить не мне. России нужен значительный жест, чтобы показать, что она защищает свои интересы и отстаивает свою важность. Аргумент о том, что во многих странах существуют регионы с автономной системой управления, звучит убедительно.

Однако история показала, что значение имеет сила, и Запад пользуется своей силой, чтобы надавить на Россию. Очевидно, однако, что нет ничего опаснее, чем ранить медведя – лучше его умертвить. Но умертвить Россию, как показывает опыт, – не так просто.

Я вернулся из России с двумя выводами. Во-первых, позиции Путина гораздо более устойчивы, чем я предполагал. В целом, это не играет большой роли: президенты приходят и уходят. Но это напоминание о том, что те факторы, которые могут привести к отставке лидера западного государства, не влияют на положение российского главы. Во-вторых, Россия не планирует никакой агрессивной кампании».

Однако здесь Фридман оговаривается: Москва может и не стремиться осуществить еще одно вторжение в какую-либо другую страну, однако это может произойти – так же неожиданно для самой России, как и для других – в определенных условиях, совершенно неожидаемых сегодня. По мнению автора, в этом заключается главная опасность сегодняшнего кризиса – не в том, какие действия та или иная сторона сейчас намерена предпринять, а в том, как они будут вынуждены отреагировать на неожиданное развитие событий.

«Вместе с тем, мой общий подход остался неизменным. Что бы Россия ни предпринимала в отношении других стран, Украина для нее сохраняет фундаментальную стратегическую важность. Даже если восточные территории получат статус автономии, для России будут чрезвычайно важны отношения остальной части Украины с Западом. Как бы сложно Западу ни было понять это, в российской истории буферные зоны играли основополагающую роль: буферные государства спасали Россию от западных вторжений. Россия хочет добиться договоренностей о том, чтобы Украина оставалась, по меньшей мере, нейтральным государством».

Вместе с тем, подчеркивает Фридман, с точки зрения видения США, формировавшегося на протяжении истории, усиление любого государства в Евразии будет всегда вызывать в Вашингтоне попытки противодействовать этому. Автор отмечает, что такая позиция в России непонятна, между тем в США за годы «холодной войны» выработалась гиперчувствительность к любым российским попыткам активизировать свою роль на континенте. Политика США на протяжении всего XX века показывает стремление американского руководства препятствовать объединению Европы под началом любой силы, не дружественной ему. Однако, как считает Фридман, внешнеполитические намерения России далеки от того, чего опасаются США.

«В США и Европе не могут понять, чего опасается Россия. Россия не понимает, чего опасаются, в особенности, США. Опасения обеих сторон реальны и вполне обоснованны. Это не проблемы взаимного непонимания между странами, а столкновение внешнеполитических императивов».

Фридман приходит к выводу, что, сколь сильными бы ни были благие намерения, разрешить проблемы между двумя великими державами не представляется возможным, так как каждая из них действует в соответствии со своими внешнеполитическими императивами, которые диктуются необходимостью обеспечения собственных интересов. Последнее, в свою очередь, заставляет каждую из сторон чувствовать себя под угрозой. Между тем, как считает автор, обеим державам, по крайней мере, нужно понимать опасения друг друга, даже если они не могут дать гарантий того, что реальной угрозы не существует.

Полностью опубликовано на сайте Стратфор 16 декабря 2014 года. URL: http://www.stratfor.com/weekly/viewing-russia-inside#axzz3M7QeQomW.

Дмитрий Тренин

Внезапное завершение двадцатипятилетней эпохи сотрудничества и партнерства между Россией и Западом, их возврат к конфронтации и взаимной враждебности не произошли на ровном месте. Первопричиной этого драматического изменения ситуации стал провал неоднократных попыток интеграции России в евроатлантические структуры в сфере политики, безопасности и экономики.

В 2012–2013 годах поддерживать иллюзию партнерства становилось все труднее. В ходе сирийского кризиса Москва и Вашингтон не только оказались по разные стороны баррикад в этой стратегически важной ближневосточной стране, но и фундаментальным образом разошлись во мнениях относительно международного порядка – по таким вопросам, как суверенитет, правомерность вмешательства и применение силы. Предоставление Россией политического убежища Эдварду Сноудену, передавшему в СМИ секретные американские документы, стало личным оскорблением для президента Барака Обамы и повлекло за собой беспрецедентный шаг – отмену визита президента США в Москву. Конкурирующие предложения Киеву со стороны Брюсселя и Москвы – о подписании соглашения об ассоциации с Европейским союзом (ЕС) и о присоединении к Евразийскому экономическому союзу – превратили Украину в арену перетягивания каната этими игроками, вскоре обернувшейся вспышкой насилия и кризисом с последствиями мирового масштаба.