Читать онлайн «Языческие божества Западной Европы. Энциклопедия». Страница 80

Согласно эддической песни «Речи Фафнира» норн не три, а гораздо больше, причем они ведут свой род как от асов, так и от альвов и даже от цвергов:

В одной из героических песней «Старшей Эдды», «Первой песни о Хельги Убийце Хундинга», подробно рассказывается о том, как действовали норны, определяя человеческую судьбу:

Что касается валькирий, эти богини, спутницы и помощницы Одина, также определяют человеческие судьбы — однако если норны делают это при рождении человека, то валькирии решают, кому из павших в битве суждено попасть в Вальхаллу, а кто отправится в Хель. Всего валькирий двенадцать, у них ослепительно яркие голубые глаза и длинные светлые волосы, одеты они обычно в доспехи, на головах — рогатые шлемы, в руках — мечи и копья. В Вальхалле они услаждают слух эйнхериев музыкой и песнями. «Старшая Эдда» называет валькирий по именам:

В героических песнях «Старшей Эдды» валькирии носят другие имена, из которых наиболее известна Брюнхильд (Сигрдрива «Саги о Вельсунгах») — нареченная витязя Сигурда (германского Зигфрида), который забыл о ней, отведав напитка забвения, и женился на сестре короля гуннов Гудрун. Обуреваемая местью, Брюнхильд подстрекает своего супруга Гуннара, брата Гудрун, убить Сигурда, а когда тот погибает, сама всходит на погребальный костер — и, согласно эддической песни «Поездка Брюнхильд в Хель», попадает после смерти отнюдь не в Вальхаллу, а в преисподнюю.

В корпусе эддических текстов содержится и «Песнь валькирий», замечательно характеризующая этих дев-воительниц:

В этой песни, кстати сказать, отражено реальное историческое событие — битва, произошедшая в страстную пятницу 1014 г. при Клонтарве (Ирландия). В этой битве ирландский правитель Бриан ценой собственной смерти одержал победу над викингами — конунгом Сигтрюном и ярлом Сигурдом. В «Саге о Ньяле», в которой сохранилась эта песнь, рассказывается о ряде знамений, предшествовавших этой битве. Так, некий человек по имени Дерруд видел, как двенадцать валькирий подъехали к дому, в котором стоял ткацкий станок, и, войдя в дом, стали ткать там ткань из человеческих кишок и спели эту зловещую песнь. Кончив ткать, они разорвали ткань на части и ускакали в разные стороны.

По всей вероятности, к дисам принадлежит и вельва — пророчица, которую Один вызвал из могилы, чтобы узнать у нее об участи Бальдра; «Прорицанием вельвы» — песнью, в которой излагаются космогония и эсхатология скандинавского мифологического мироздания, — начинается «Старшая Эдда».

Многообразие персонажей скандинавской мифологической системы лишь на первый взгляд представляется хаотическим, лишенным какой бы то ни было структуры. Центральными персонажами этой мифологии, ее «осью», безусловно выступают боги-асы, вокруг которых выстраиваются все мифологические сюжеты. Как писал Е. М. Мелетинский, «боги противостоят враждебным хтоническим чудовищам и йотунам; возвышаются над природными духами альвами и над карликами (цвергами), над женскими судьбоносными существами (валькириями и норнами), над земными героями. Высший пантеон богов в скандинавской космотеогонии представлен как результат объединения двух групп богов — асов и ванов после войны, точнее, как результат ассимиляции асами ванов — весьма ограниченной категории божеств, связанных с аграрными культами, наделенных магическим и пророческим даром, сакральным миролюбием… Во многих текстах боги и асы — синонимы, так как ваническая аграрная мифология подчинена одинической, то есть небесно-хтонической, воинской и „шаманской“ мифологии Одина…»

Как ясень Иггдрасиль соединяет собой все девять миров, так и боги-асы, прежде всего Один, Тор и Локи, выступают связующим звеном различных событий, укладывающихся благодаря «посредничеству» богов в единый, выраженно эсхатологический сюжет.

Во всякой мифологической системе — будь это мифология индийская, японская, мезоамериканская, египетская, классическая, славянская или скандинавская — важнейшим божественным деянием является творение мира. За миротворением же традиционно следует мироустройство — освоение и обустроение сотворенного мироздания.

Не менее традиционно обустройством мира занимаются уже не сами боги, а их «младшие помощники» — культурные герои, которые добывают или впервые создают для людей разнообразные предметы обихода, устанавливают правила социальной организации, обучают ремеслам и т. д. Свою добычу культурный герой, как правило, либо находит, либо похищает. Иногда он также сражается со стихийными силами, которые олицетворяют первоначальный хаос, и способствует тем самым торжеству космоса, т. е. установленного миропорядка. Типичные примеры культурных героев — греческий Прометей, принесший людям огонь, греческий же Геракл, усмиривший хтонических чудовищ (знаменитые двенадцать подвигов Геракла), финский Ильмаринен, выковывающий чудесную мельницу Сампо. В некоторых же мифологических системах — и, в частности, в скандинавской — подвиги культурных героев свершают сами боги: Тор сражается с хтоническими чудовищами, подобно шумеро-аккадскому Мардуку, а Один, к примеру, приносит в мир магическую мудрость рун и мед поэзии.

Бог — творит. Культурный герой — добывает. Мифология, объединяющая в «одном лице» функции божества и культурного героя, творца и добытчика, тем самым приближает богов к бытованию мира, делает их непосредственными участниками «цивилизационного процесса», а следовательно, изначально вводит в божественную тему творения эсхатологический мотив: боги принадлежат сотворенному ими миру и гибнут вместе с ним.[111]

В сотворении скандинавского мироздания участвовали трое богов — Один и его братья Вили и Ве, которые в дальнейшем не упоминаются. Они создали мир из расчлененного тела инеистого великана Имира, дали жизнь цвергам (и, возможно, альвам), подняли в небо светила и установили ход времени. Как говорится в «Младшей Эдде», «они дали место всякой искорке: одни укрепили на небе, другие же пустили летать в поднебесье, но и этим назначили свое место и уготовили путь. И говорят в старинных преданиях, что с той поры и ведется счет дням и годам».

Следующим деянием богов было оживление первых людей. На сей раз Одину помогали Локи (Лодур) и Хенир, вместе с которыми Отец богов странствовал по свету (впрочем, в «Младшей Эдде» утверждается, что и это деяние Один совершил вместе с Вили и Ве). В «Старшей Эдде» оживление людей описано так: