Читать онлайн «Контрабанда и контрабандисты: Наркотики, антиквариат, оружие». Страница 86

Служба ЕК по борьбе с контрабандой предупредила испанские правоохранительные органы о возможных поставках говядины в Испанию с берегов туманного Альбиона. Этим нелегальным экспортом занималась испанская фирма «Гинако», специализирующаяся на торговле с Экваториальной Гвинеей.

«Маршрут» мяса был таков: еще в Великобритании мясо маркировалось фальшивыми бельгийскими клеймами F 101 и F 829, а затем переправлялось на континент, где через «Траэс-Хель» перепродавалось французским компаниям Socopa, Sek-Sedex, Dhumeaux-Rungis. «Отмытое» таким образом за несколько перепродаж и перевалок мясо было продано российским компаниям, среди которых: петербургские — CIAF и «Оргхим-Экология», московские — ASTEP, SKS и Черкизовский мясокомбинат. Почти 42 из 723 тонн ушли неизвестному адресату.

«С самого начала, как только в Западной Европе была запрещена торговля британским мясом, мы предупреждали московские ведомства, что вероятность попадания его в Россию становится достаточно большой, — заявил старший советник Постпредства РФ при Евросоюзе Александр Николаев. — Множество мелких российских внешнеторговых операторов действует на европейском рынке. Попадаются среди них и нечистоплотные люди, большинство же — просто неопытные, которых легко могут подцепить на крючок местные жулики, поднаторевшие в подлоге и контрабанде куда больше, чем пресловутая «русская мафия».

Вольная миграция рыб и птиц сильно отличается от законной эмиграции кошек, собак, попугаев и прочей живности.

Первые, скорее, напоминают «челноков»: туда-сюда, туда-сюда, Африка—Малаховка, Саргассово море —Рижский залив... Никаких виз, осмотров и прививок.

Отъезд домашних животных на постоянное место жительства в другие страны — это отдельная всякий раз история.

Правда, собаки валюту не везут и антиквариата у них нет — в лучшем случае ошейник с медалями за экстерьер, поэтому с таможенниками у них отношения индифферентные.

Хотя, как поведала одна мнительная эмигрантка Эльза. Федоровна, она перед самым вылетом в Австрию дала своей Джесси в фарше несколько уникальных жемчужин, ей кто-то доброжелательно втолковал, что могут отобрать. И что якобы некто Борис Семенович таким собачьим образом провез бриллианты, в общей сложности на 25 каратов. (Обычно бриллианты в таких историях имеют тенденцию созревать, как «вишни в саду у дяди Вани».)

Но одно дело бриллианты, другое — жемчуг. Желудочный сок собаки и его кислотно-щелочной баланс — вещи суровые. В результате жемчужины, конечно, нашли естественный выход в Вене. Но в каком виде!..

Впрочем, животных никто перед выездом не просвечивает. Пес может даже облаять таможенника, и тот пропустит мимо ушей — «собака лает»...

В этом плане характерен эпизод, рассказанный Ириной Николаевной Бугримовой. Когда ее группа закончила гастроли в Иране и собиралась назад, то служитель Паша хотел вывезти несколько кусков кожи на предмет пошития модного в то время кожаного пиджака. А кожу иранские таможенники не пропускали, только готовые изделия. Тогда Паша приспособил к стенке львиной клетки фанерный щит и за ним спрятал кожу. Пожалуйста, господа, не желаете ли и тут произвести шмон?

Но это все редкие, как те жемчужины, эпизоды.

— Животных мы пропускаем беспрепятственно, — сказали в таможенном комитете, — надо лишь указать их в декларации и приложить сертификат ветеринарной службы. Это, кстати, и в интересах самих хозяев. Если здесь выпустить без такового, то не впустят там. Поверьте, разговоры, что наши таможенники суровы, а там — либеральны, досужая болтовня. Когда животные приезжают к нам «на постоянное жительство», по приглашению или на гастроли, мы тоже тщательно проверяем наличие медицинских документов. Конечно, в Шереметьево уследить за убывающей и прибывающей фауной легче, и контрабанда практически исключена... Но вы бывали на Птичьем рынке?.. Не уверен, что все экзотическое изобилие, представленное там, прошло ветеринарный контроль и каждый попугай здоров, как бык... Провезти живность на теплоходе и особенно на машине много проще.

Итак, основная сложность в отъезде животных — состояние здоровья. Работник Московского погранично-

го контрольного ветеринарного пункта Александр Фролов любезно ответил на все вопросы.

— Ввозят и вывозят всех животных, которые разрешены к ввозу и вывозу, — объяснил он. — Больше всего ограничений выпадает на долю обезьян, поскольку букет их заболеваний велик и схож с человеческим.

Что касается эмигрантов, то, конечно же, везут, как правило, кошек, собак, птиц... Они должны пройти тщательное освидетельствование в ветеринарной клинике по месту жительства, и затем мы меняем полученную там справку на международный сертификат ветеринарного контроля.

— Как дорого это стоит?

— Оформление сертификата стоит 50 тысяч рублей. Плюс осмотр нами мелкого животного или птицы 1— 2 тысячи, крупного — до 5 тысяч.

— А какие градации в понятиях «мелкий» и «крупный»? Это, допустим, левретка и сенбернар?

— Нет, оба пса усредненно сходят за мелких. То же и в отношении элитности: что подмосковная жучка, что кобель с родословной до псарни Малюты Скуратова в нашем ведомстве имеют одинаковые «гражданские» права.

— А что крупные?

— Крупные — это, скажем, лошади.

— Что, и лошадей вывозят?!

— Да. Недавно один англичанин купил пару прекрасных лошадей и вывез. Что касается птиц, то сертификат — 50 тысяч и за осмотр каждой сотни птиц — от одной до трех тысяч рублей.

— Кто ж это сотнями птиц вывозит?

— Ну как же! Сотнями не сотнями, но десятками нередко. Везут на выставки и конкурсы певчих птиц...

— Понятно. Такое, образно говоря, пернатое Сан-Ремо.

— Однако не каждая страна принимает эмигрантов животного мира с объятиями, требуется предварительное согласование. Например, Австралия очень жестко регламентирует ввоз. А в Финляндии даже с нашим сертификатом животное проходит карантин до 4 месяцев.

В общем, достаточно тернист путь за рубеж наших жучек и васек. Как рассказала стюардесса по имени Ольга, летающая на международных линиях, в самолете животное обязано сидеть в клетке и, как правило, в багажном отделении. С одной стороны, это правильно — некоторых пассажиров салона не устраивает общество кошек, собак и прочих Божьих тварей.

— Моя наивная ссылка на старика Ноя, на его ковчег и мирное там сосуществование, — проиллюстрировала Оля, — воспринимается такими пассажирами скептически. Мне недавно на этот нехитрый ход пассажир заявил: «Фрейлейн! Ной имел экстремальный ситуацьон — айн гроссе потоп унд указание свыше. Я есть не Ной, я есть repp Кирхенштайн, представитель концерн, платить 327 марка бизнес-класс и не желайт ехать мит собачонка. Она лаять, кода я дремать. А вы приносить мне цвай баночка бир, битте!..» А с другой стороны — жалко животных сажать в багажное отделение, им страшно, собачье сердце не готово к таким достижениям цивилизации, как самолет, и порой не выдерживает. Так что, исходя из «ситуацьон», идешь на мелкие нарушения и разрешаешь небольшие клетки или корзины брать в салон, если, конечно, нет таких педантичных представителей концернов. Большинство умиляется, совершает экскурс по салону, чтобы посмотреть на киску или щенка, посочувствовать и, конечно же, рассказать и про своего спаниеля — редкой души существо.

Да, видно, умное, образованное, талантливое и одновременно педантичное, стяжательное и неискреннее человеческое общество остро нуждается в постоянном контакте с меньшими братьями для подпитки любовью. Верно сказано: «Создавший их Бог вознаградил в них недостаток Разума избытком чувств».

Поэтому многолетних друзей и коллег оставляют здесь, справив шикарную отходную, а кошек и собак берут с собой.

Исключительно необычное заявление поступило летом 1992 года в Ростовское управление Министерства безопасности России. В нем группа сотрудников местного зоопарка обвинила своих же коллег в нелегальном вывозе за рубеж потомства ценных пород крокодилов.

Как утверждают заявители, для этих целей было похищено 5 только что вылупившихся сиамских зубастых рептилий. Экстравагантный живой груз был тайно переправлен через Польшу в Германию. Подозреваемая сторона, в свою очередь, настаивает на том, что крокодильчики никак не могли поменять место жительства, поскольку они скончались, так и не вылупившись из яиц.

По мнению сотрудников Ростовского управления Министерства безопасности, это первое в области дело о живой контрабанде наверняка не окажется последним. Если у нас тот же сиамский крокодильчик стоит около 5 тысяч рублей, то в Германии дают за него до 7 тысяч долларов. Так что перспективы у ростовских первопроходцев весьма заманчивы, особенно если учесть, что треть из 560 видов животных, содержащихся в местном зоопарке, занесены в Красную книгу.