Читать онлайн «100 великих диктаторов». Страница 227

Данные о потерях Ирака за шесть недель проведения операции «Буря в пустыне» тщательно скрываются и до сих пор не опубликованы, однако, по разным оценкам, они не только сопоставимы с ущербом, понесенным Багдадом за 8 лет войны с Ираном, но, по-видимому, по многим параметрам превосходят их.

«Победой иракцев над дьяволом Америкой» назвала местная печать последнее соглашение Ирака с ООН. В Багдаде привычно величают любые поражения и капитуляции Саддама триумфами. Но на этот раз у багдадского диктатора есть больше оснований для самодовольства. Авторитет у Саддама Хусейна в арабском и мусульманском мире вырос. Ему в 1998 году удалось подорвать единство антииракской коалиции. США в этом году не удалось сплотить под сенью своего флага большое число стран. Даже не все члены НАТО поддержали Америку. В бой рвались лишь те из стран, которые желают вступить в Североатлантический блок.

Страны Персидского залива ограничились молчанием. И Саддам им ненавистен, и американское военное присутствие нежелательно.

Но как бы то ни было, «кризисная дипломатия» Саддама Хусейна сработала. Физически избавиться от диктатора не представляется возможным. За его передвижениями невозможно уследить; он никогда не ночует в одном месте, часто пересаживается из машины в машину, то и дело меняет костюмы и, зачастую, в стиле Гарун-Аль-Рашида растворяется в обличий бедуина в многоликой багдадской толпе…

Как сказал один арабский дипломат, «американцы могут убить много людей, разрушить огромное количество зданий, но они не доберутся до Саддама. А все эти жертвы и разрушения будут ему только на руку».

Экономические санкции и англо-американские бомбежки нанесли инфраструктуре рака катастрофический ущерб. Безработица. Инфляция Обнищание населения и резкий рост преступности. Сельское хозяйство в кризисе. Канадский парламентарий Свед Робинсон, побывавший в Ираке, сказал: «Президент Ирака Саддам Хусейн, безусловно, виновен в жестоких репрессиях против своего народа, в том числе в применении газов против курдских общин, и в вопиющих нарушениях гражданских и политических прав. Но Хусейну и его окружению введенные санкции не причиняют никакого вреда».

Мануэль Антонио Норьега родился 11 февраля 1938 года. Будучи плодом внебрачной связи, он рано лишился матери. Отец, мелкий клерк, воспитанием сына почти не занимался. В результате Норьега не приобрел хороших манер. С образованием Мануэлю повезло больше. Сумев преодолеть ограничения, наложенные на него низким социальным происхождением, он после окончания средней школы сумел поступить на медицинский факультет Панамского университета. Профессия врача Норьегу не увлекла, поэтому, получив университетский диплом, он отправился в Чили, в военное училище «Чорильос». Оттуда началась его карьера и продвижение наверх. Именно тогда, в пятидесятые годы, он впервые установил связь с американской разведкой.

По словам самого Норьеги, ЦРУ США завербовало его в 1958 году. И примерно с того же времени он начал получать различные «дары, премии, стипендии, субсидии», а потом и жалованье от этого ведомства.

В 1962 году Норьега закончил училище. Вернувшись домой, младший лейтенант начал службу в Национальной гвардии. Через шесть лет он стал старшим лейтенантом и его направили для дальнейшего прохождения службы в провинцию Чирики на границе с Коста-Рикой. Здесь Норьега занимался слежкой за рабочими банановых плантаций, «чтобы воспрепятствовать проникновению коммунизма в их ряды».

Он сблизился со многими офицерами, поддерживавшими командующего Национальной гвардией Панамы генерала Омара Торрихоса Эрреру. Норьега принял активное участие в военном перевороте 1968 года, в котором ЦРУ играло не последнюю роль. После прихода генерала Торрихоса к власти Норьега получил возможность стремительной карьеры в Национальной гвардии. Но особое расположение и покровительство генерала Норьега завоевал в декабре 1969 года, когда во многом благодаря его усилиям была сорвана попытка государственного переворота, направленного против Торрихоса.

После переворота Норьегу произвели в подполковники и назначили главой Панамской военной разведки и контрразведки Джи-2. В результате Норьега стал фактически вторым человеком в Панамском государстве.

В течение одиннадцати лет он был начальником Джи-2, ведомства, внушавшего страх панамцам и напоминавшего по своей сути румынскую Секуритате и другие подобного рода репрессивные учреждения. Одновременно Норьега активно сотрудничал с ЦРУ, от которого регулярно получает деньги. Пост руководителя секретных служб открывал перед честолюбивым полковником неограниченные возможности для самой разнообразной деятельности, в том числе и не связанной с его прямыми служебными обязанностями — торговлей оружием, наркотиками и т. д.

ЦРУ остановило свой выбор на Норьеге в качестве альтернативы Торрихосу, который сблизился с Фиделем Кастро. И не ошиблось в выборе. Постепенно Норьега начал снабжать США информацией о содержании встреч Торрихоса с кубинским лидером.

31 июля 1981 года при загадочных обстоятельствах генерал Омар Торрихос погиб в авиационной катастрофе. А незадолго до этого в печати вдруг начали усиленно распускаться слухи о том, что с территории Панамы поступает оружие для колумбийской повстанческой группировки Д-19. 26 марта 1981 года в Колумбию срочно вылетел министр внутренних дел Панамы Хорхе Риттер. Его сопровождал начальник госбезопасности подполковник Норьега, организовавший указанную поставку оружия.

В то время как Торрихос пытался претворить в жизнь свои националистические и реформистские проекты, начальник секретных служб все больше и больше внимания уделял своим личным делам, потихоньку наращивая капитал на торговле оружием, наркотиками, секретной информацией и не брезгуя при этом никакими средствами для увеличения богатства.

После гибели Торрихоса на пути Норьеги к вершине власти оставалось всего три старших по чину офицера — полковники Флоренсио Флорес, Рубен Дорис Паредес, А. Контрерас. Норьеге потребовалось всего два года, чтобы обойти соперников и возглавить Национальную гвардию Панамы. Когда полковник Флорес вступил в должность главнокомандующего Национальной гвардией и поклялся продолжить дело покойного генерала Торрихоса, в казармах уже развернулась борьба за власть. 3 марта 1982 года Флорес ушел в отставку. Ближайшие соратники Торрихоса Паредес, Эррера и Норьега заключили соглашение, призванное мирным путем решить исход начавшейся борьбы: Паредес занимает пост командующего Национальной гвардией и выходит в отставку в августе 1983 года, позволив Норьеге сменить его на этом посту. Диас Эррера занимает пост заместителя начальника Генерального штаба.

Уже в июле 1982 года Национальная гвардия сместила президента страны Аристидеса Ройо. Его сменил вице-президент Рикардо де Эспералья Одновременно с чисткой правительства военные начали оказывать сильный нажим на руководство правящей Революционно-демократической партии (РДП). 10 ноября 1982 года критиковавший позицию Национальной гвардии и стремившийся проводить независимый от нее курс генеральный секретарь РДП Эрнесто Перес Бальярдо подал в отставку. За месяц до этого он иронически заметил, что начавшееся в Панаме оживление политической деятельности внешне имеет облик демократии, но на самом деле направлено на то, чтобы замаскировать личные интересы.

Эти слова относились, прежде всего, к Норьеге. Когда Паредес уступил пост главнокомандующего Национальной гвардией Норьеге и выставил свою кандидатуру на президентских выборах, между союзниками уже не было согласия. В прессе Паредеса все чаще называли продажным ставленником США, желающим узурпировать власть и продать свою страну американским монополиям. В конечном итоге его вынудили сняться с выборов.

Генерал не сдался. Он баллотировался от ряда оппозиционных партий. В ответ полковник Диас Эррера 26 декабря 1983 года заявил: «Кандидатура Паредеса не пользуется поддержкой военных, и в случае, если он наберет значительное число голосов, вооруженные силы проявят неуважение к национальной конституции». Это было уже прямой угрозой. Армия начала открыто демонстрировать свою силу.

Эррера, целиком и полностью поддерживавший Норьегу в его борьбе против Паредеса, через несколько лет сам стал жертвой произвола командующего Национальной гвардией Норьега всеми силами стремился усилить позиции Национальной гвардии и сохранить контроль над ней.

Устранение Паредеса показало, что у Норьеги нет недостатка в политической ловкости, интригах и маневрировании. Его даже называли махинатором, действующим в стиле Макиавелли.