Читать онлайн «Энциклопедия заблуждений. Третий рейх». Страница 72

Легкие танки 35(t) и 38(t), доставшиеся Германии после оккупации Чехии, тоже не относились к современной технике. Толщина броневых листов танков 35(t) колебалась от 8 до 25 мм, что делаю их достаточно уязвимыми. Кроме того, они выходили из строя на морозе, поскольку в них замерзала система сжатого воздуха. Все 149 таких машин, входивших в группу армий «Север», были уничтожены к декабрю 1941 года. Подобные недостатки были и у танков 38(t) — их броня была усилена только в поздних моделях, поэтому все 623 машины этого типа, вступившие на территорию СССР, были потеряны, так и не дойдя до Москвы.

По-настоящему боевым танком вермахта можно считать T-III. Он использовался во всех театрах военных действий в Великой Отечественной войне и мог на равных драться с советскими БТ и Т-26, немного уступая лишь Т-28. В то же время при столкновении с Т-34 и КВ германский T-III имел шансы на победу только при благоприятных условиях, таких как засада или близкая дистанция. Ахиллесовой пятой этих танков была ширина гусеничных лент — 380 мм, ориентированная на движение преимущественно по дорогам. В условиях российского бездорожья проходимость такой техники значительно ограничивалась. По признанию немецкого военачальника Гота, дороги мешали продвижению его танковой группы сильнее, чем советские войска. На 22 июня 1941 года в частях германских танковых войск находилось 1440 единиц T-III. Из них для войны с Союзом было выставлено 965 машин.

Самым мощным танком Третьего рейха на момент начала Великой Отечественной войны был 22-тонный T-IV. Его планировалось использовать для прорыва. Против СССР было выставлено 439 таких машин.

Тяжелых танков в распоряжении немецкой армии в 1941 году не было вообще. Самым тяжелым считался уже названный T-IV. Для сравнения отметим, что советские Т-28 и Т-34, которые отечественные историки и мемуаристы называют средними, весили по 27 т. А по-настоящему тяжелым танком Красной Армии был 48-тонный КВ, принятый на вооружение с декабря 1939 года.

Таким образом, проведенное сопоставление техники противников показывает, что накануне Великой Отечественной войны вряд ли всерьез можно было говорить о качественном превосходстве танкового корпуса вермахта над советским. Кстати, генералы и маршалы Красной Армии гордились своей техникой, а немецкая у них никаких восторгов не вызывала. Напомним, в 1941 году с разрешения Гитлера делегации из Советского Союза была продемонстрирована вся новейшая боевая техника вермахта, в том числе и бронетанковая, и впечатления на советских военных она не произвела.

Так что вряд ли корректно говорить и о существенном качественном превосходстве танковых сил вермахта перед началом Великой Отечественной войны.

Другое дело, что далеко не вся советская техника находилась в надлежащем состоянии. Значительная ее часть была неисправна: накануне войны из всех советских танков старых марок 44 % нуждалось в текущем ремонте и 29 % — в капитальном. То есть полностью исправными были лишь около четверти машин. Но это, как говорится, уже другая проблема — отношение к технике, правильная ее эксплуатация и подготовка личного состава. По всем этим показателям германская армия действительно стояла неизмеримо выше, чем РККА. Поэтому речь может идти не столько о количественном и качественном преимуществе одной из сторон в танках, сколько об умении им правильно распоряжаться.

Одно из заблуждений Третьего рейха — это идея о его вековечности и исторической преемственности. Само порядковое числительное — Третий — призвано было подчеркивать, что государственность великого германского народа имеет древние и очень славные корни. На самом же деле Первый и Второй рейх отнюдь не являлись фундаментом для создания гитлеровской империи.

Понятие «Первый рейх» пришло из средних веков. Так иногда называли Священную Римскую империю, с XV века именуемую Священной Римской империей германской нации. Возникла она в 962 году, когда в Риме был коронован германский вождь Оттон Великий, и просуществовала до 1806 года, до уничтожения Наполеоном Бонапартом. Границы империи были неопределенными и неустойчивыми. В ее состав входили множество разноязычных государств, настоящего единства которых никогда не существовало. В то время как в других странах, например во Франции или Англии, происходил процесс создания централизованных держав, Священная Римская империя представляла собой весьма аморфное государственное образование. Уже в середине XIII века от нее отошла Италия, а соответственно, и Рим, так что упоминание в ее названии прилагательного «Римская» было чисто номинальным. В 1648 году, после заключения Вестфальского мира, Германия, занимавшая большую часть Священной Римской империи, окончательно распалась. Без сомнения, даже в этих условиях немецкий народ сумел создать национальную культуру, хорошо известную за пределами собственно Германии. Но эта беспрецедентная гуманитарная мощь сопровождалась полной политической беспомощностью. В силу такого сочетания исторически сложившихся факторов немцы делали акцент на этническом элементе национальной идеологии, а не на географических границах. На первое место ставился «немецкий человек», а не немецкое государство.

В XIX веке разрыв между культурной мощью Германии и ее политической слабостью вызвал стремление объединить страну. Постепенно восхваление государства и «немецкого человека» достигло патологических размеров. И в 1871 году немецкий канцлер Отто фон Бисмарк «железом и кровью» объединил Германию под эгидой Пруссии. После этого возникло стремление подвести под свершившуюся мечту крепкий фундамент. В качестве базиса использовалось появившееся в средние века мистическое учение о трех царствах, главным из которых, конечно же, был так называемый Третий, или «тысячелетний», рейх.

Но пока германский народ построил только Второй рейх. Это государство просуществовало до 1918 года, до конца правления династии Гогенцоллернов. Как известно, последний германский монарх — кайзер Вильгельм II — был одним из главных разжигателей Первой мировой войны и с позором ее проиграл. История Второго рейха, как и Первого, завершилась подписанием унизительного для Германии и ее народа соглашения — на этот раз Версальского мирного договора.

В 1923 году немецкий писатель-националист Артур Меллер ван дер Брук использовал термин «Третий рейх» для названия книги. Гитлер с воодушевлением воспринял это название для обозначения империи, о создании которой он мечтал. Фашизм объявлялся «завершающей», «высшей» стадией социального развития германского общества. Но стоит ли напоминать, что конец Третьего рейха оказался еще более трагичным, нежели распад Священной Римской империи и крушение кайзеровской Германии?

Политическая сила Гитлера пришла к власти, эксплуатируя идею нового государства, отрицающего веймарские устои и вернувшегося к национальным ценностям. Трудно указать общие черты Третьего рейха с первыми двумя: с империей Фридриха Барбароссы его сближала только подвижность границ, определявшаяся военными успехами, а с империей Вильгельма Второго — националистический угар и вера в безграничность германской мощи. Нацистское государство на самом деле было не более чем искусственной конструкцией. Известный американский журналист Уильям Ширер считает, что историческая легитимация власти была уместна на пороге абсолютизма, но не в XX веке, когда человечество уже выработало более совершенные механизмы ее формирования. Вопрос о том, почему они не сработали в Германии начала 30-х годов, остается и по сей день полем научных дискуссий и многочисленных заблуждений.

Относительно фамилии создателя Третьего рейха существует заблуждение, гласящее, что сначала он был Шикльгрубером и только потом стал Гитлером. В последнее время некоторые исследователи Адольфа называли не иначе как Шикльгрубер, или Гитлер (с обязательным примечанием: «настоящая фамилия — Шикльгрубер»). Например, историк Дэвид Льюис в книге «Человек, который создал Гитлера» пишет: «Будущий фюрер, тогда еще просто ефрейтор Шикльгрубер, попал в 1918 году в военный госпиталь в очень тяжелом состоянии…»

На самом деле Гитлер никогда не был Шикльгрубером. Однако считать, что он к этой фамилии не имеет никакого отношения, тоже не следует. Дело в том, что Шикльгрубером был отец Адольфа — Алоис. Он являлся незаконнорожденным сыном Иоганна Георга Гитлера, работавшего наемным рабочим на мельнице, и крестьянской девицы Анны-Марии Шикльгрубер. Кстати, фамилия матери на тирольском диалекте означает «безземельный крестьянин». Этим мало кому известным архаичным термином когда-то называли нищих.