Читать онлайн «Энциклопедия заблуждений. Третий рейх». Страница 71

Не упустило советское руководство и кадровый вопрос: квалифицированных специалистов по новым видам боевой техники начали готовить на созданном для этих целей в 1929 году бронетанковом отделении артиллерийского факультета Военно-технической академии имени Дзержинского. В 1930 году при данной академии сформировали новый факультет — механизации и моторизации РККА, а 13 мая 1932 года в Москве открыли Военную академию механизации и моторизации.

Первый опытный механизированный полк, которым командовал один из энтузиастов бронетанковых войск, К. Б. Калиновский, появился летом 1929 года. На базе этого полка в мае 1930 года было создано первое в мировой практике бронетанковое соединение — механизированные бригады в составе танкового и механизированного полков, разведывательного и артиллерийского дивизионов, а также ряда специализированных подразделений. В бригаде имелось 60 танков, 32 танкетки, 17 бронемашин, 264 автомобиля и 17 тракторов.

1 августа 1931 года Совет Труда и Обороны принял так называемую большую танковую программу, в которой подчеркнул, что технические успехи в области строения данной боевой техники в СССР «создали прочные предпосылки к коренному изменению общей оперативно-технической доктрины по применению танков». Поэтому 1931 год можно считать стартом массового советского танкостроения: заводы произвели 847 машин пяти типов. В следующем году они изготовили еще 3032 единицы такой техники. И это было только начало. В соответствии с первой программой выпуска бронетехники к концу 1932 года в Красной Армии должно было быть 5500 танков. В действительности же в 1929–1933 годах появилось около 7500 боевых машин.

Наиболее многочисленными типами бронетехники были тогда легкие танки Т-26 и БТ. Образцом для Т-26, серийный выпуск которого начался в 1931 году, послужил 6-тонный танк «Викторс». Лицензию на производство последнего купили в Великобритании, а затем дополнили конструкцию самостоятельно разработанной технологией. Так получился самый распространенный предвоенный танк — он находился в производстве вплоть до 1941 года. На 22 июня 1941 года в РККА находилось 9998 единиц Т-26. Однако они имели существенные недостатки: относительную тихоходность и очень тонкую броню, способную защитить экипаж только от стрелкового оружия. Другими словами, такие танки могли воевать преимущественно против пехоты.

Значительно лучшими характеристиками обладал танк БТ, технологическая документация и права на производство которого были приобретены у американского конструктора Кристи. Этот танк, предназначенный для стремительных глубоких рейдов по тылам противника, отличался высокой подвижностью. На нем был установлен авиационный двигатель, обеспечивающий большую удельную мощность. Правда, в целях экономии машины зачастую комплектовали не новыми, а уже выработавшими свой ресурс двигателями — по принципу «числом побольше, ценой подешевле». К весне 1940 года Красной Армии было передано более 8000 таких машин. На 22 июня 1941 года на вооружении РККА состояло 7519 танков БТ.

Кроме того, производились плавающие танки и танкетки — Т-37А, Т-38, средний трехбашенный танк Т-28, предназначенный для преодоления сильно укрепленных оборонительных полос противника, а также тяжелый танк Т-35 и некоторые другие виды. В результате невиданной милитаризации Советский Союз к концу второй пятилетки, в 1937 году, имел танковый парк в количестве более 12 000 единиц техники. Когда же в Европе отчетливо запахло войной, процесс создания танковой армады ускорился и к моменту подписания «пакта Молотова-Риббентропа» Сталин располагал уже более чем 21 000 машин.

Конечно же, большая часть танков, выпущенных в начале 30-х годов, к концу десятилетия устарела. Поэтому Красная Армия в 1938–1939 годах начала перевооружаться. Учитывая опыт боев в Испании и появление противотанковой артиллерии, без труда крошившей легкую броню Т-26, ЦК ВКП(б) в августе 1938 года поручил Комитету обороны СССР создать образцы танков с противоснарядным бронированием к июлю 1939 года. К проектированию таких машин приступили одновременно в Харькове и Ленинграде — на Кировском заводе.

Харьковские специалисты создали средний танк Т-34. Почти одновременно с ними группа конструкторов Кировского завода под руководством Ж. Я. Котина разработала тяжелый танк «Клим Ворошилов», более известный под аббревиатурой КВ. Новые модели характеризовались весьма удачным сочетанием основных боевых показателей — по огневой мощи, броневой защите и подвижности они превосходили все зарубежные аналоги.

Т-34, созданный М. Кошкиным, А. Морозовым и Н. Кучеренко, был лучшим средним танком Второй мировой войны. Принципиально новое решение было найдено при разработке конструкции его корпуса и башни. Отказавшись от громоздких колесных редукторов, удалось использовать высвободившийся вес на увеличение толщины брони (до 45 мм), в том числе на дополнительную защиту ходовой части. Благодаря применению широких гусениц машина могла передвигаться по целине и по снегу. По сравнению со всеми немецкими танками данная модель имела лучшую подвижность, проходимость, в несколько раз больший запас хода, а также абсолютное превосходство в броне и вооружении. Это подтвердили и военачальники противника. Генерал-фельдмаршал фон Клейст лаконично назвал «тридцать четверку» самым лучшим танком в мире. А генерал Э. Шнейдер написал: «Танк Т-34 произвел сенсацию. Русские, создав исключительно удачный и совершенно новый тип танка, совершили большой скачок вперед в области танкостроения… Попытка создать танк по образцу русского Т-34 после его тщательной проверки немецкими конструкторами оказалась неосуществимой». Серийное производство этого «чуда» началось в 1940 году.

Тяжелый КВ вообще не брала ни одна пушка. Толщина брони его сварочного корпуса составляла 75 мм, а башни — была доведена до 105 мм к 1941 году! Зафиксированы случаи, когда танк не выходил из боя даже после 200 попаданий в него. Недаром генералы вермахта запрещали своим танкистам вступать в бой с советскими тяжелыми машинами. Для борьбы с «Ворошиловыми» немцы применяли 88-миллиметровые зенитные орудия. К 22 июня 1941 года в войска Красной Армии поступили 1225 Т-34 и 636 КВ. В западных военных округах находилось 967 и 508 этих первоклассных машин соответственно.

Вот именно их-то обычно и называли советские историки, отмечая, что на вооружении РККА было всего лишь 1800 новых моделей танков. Но ведь нельзя же, сравнивая вооружение данной техникой двух армий, вообще не учитывать более 20 000 машин старых типов! Так что по количественным показателям никакого танкового превосходства у вермахта не имелось. Напротив, оно было у Красной Армии. Точные цифры в книгах разных авторов несколько отличаются. По данным, приведенным В. Бешановым, СССР имел накануне войны в общей сложности более 25 000 танков всех видов. В статистическом исследовании «Россия и СССР в войнах XX века. Потери вооруженных сил» под редакцией профессора А. В. Кривошеева обшее количество советских танков определяется в 22 600 машин. Однако этот цифровой разнобой не влияет на общий вывод. Ответ на вопрос: «У кого было больше танков?» очевиден.

Что касается качественной характеристики танков, то, безусловно, по техническим показателям абсолютно все старые модели уступали Т-34 и КВ. Однако это не значит, что они были совершенно непригодны к эксплуатации.

Кроме того, у вермахта также далеко не все машины были только новых модификаций и с конвейера. Серийное производство танков в Германии началось лишь в 1934 году. Первоначально выпускались машины T-I, имевшие только пулеметное вооружение. В ходе военных действий в Испании в 1936 году они показали свою малую результативность. Поэтому немцы ускоренными темпами начали разработку танков с пушечно-пулеметным вооружением и в конце 1936 года приняли на вооружение T-II, а в 1937 году — T-III и T-IV. Год спустя началось их серийное производство. Однако T-I еще долго оставался основной боевой техникой: к началу войны с Польшей 46,6 % танкового парка Германии составлял этот устаревший танк.

Третий рейх достиг пика своего могущества в плане вооружения к лету 1941 года — тогда в вермахте находилось 5675 танков и 377 штурмовых орудий. Правда, все тех же типов. Уверовав в превосходство немецкой техники, фюрер отказался финансировать новые разработки.

Из более чем 4000 танков, выставленных Гитлером для «восточного похода», около половины были не только легкими, но и устаревшими, — модели T-I, T-II, 35 (t) и 38(t). Настоящими «панцирными динозаврами» считались 410 машин T-I. С точки зрения генерала Гальдера, эту «обузу для частей» следовало «отправить в тыл для охраны отечественной территории, охраны побережья, а также в целях боевой подготовки». Танки T-II, которых к 22 июня 1941 года на восточных границах насчитывалось 746 единиц, могли на равных вести бой только с советскими легкими машинами типа Т-37, Т-38 и Т-40. Против Т-26 и БТ-7 пушка немецкого танка была эффективна только на короткой дистанции, в то время как 45-миллиметровые русские пушки могли поразить T-II на значительно большем расстоянии.