Читать онлайн «Справочник восточной медицины». Страница 104

Несмотря на некоторую наивность предположения, что эмоция – ощущение телесных изменений, именно данная аргументация достаточно тонко отметила взаимосвязь эмоциональных ощущений и их внешнего выражения.

Позволим повториться, что мышечное напряжение – это соматический компонент любой отрицательной эмоции. Это условие подтверждается физиологическими наблюдениями, которые осуществляются вместе с регистрацией вегетативных, биохимических и моторных изменений в ответ на какой-либо эмоциональный раздражитель. Данное утверждение является основой релаксаций. И за счет исследований было доказано, что любое эмоциональное состояние, имеется в виду негативное, всегда сопровождается активацией поперечно-полосатой мускулатуры, а положительные эмоции представлены расслаблением мышц. Это разъясняет физиологический смысл волевого расслабления мышц, а также смысл тренировочного процесса.

Павлов являлся основателем собственной школы, внес огромный вклад в понимание механизмов внушения и самовнушения. Его работой является изучение фазовых состояний между сном и бодрствованием, которые имеют отличия в степени выраженности и интенсивности процессов торможения функций. Наибольшее значение для психотерапии имеет та особенность, что при данном фазовом состоянии открывается установленная возможность, при которой может осуществляться воздействие на определенные психические и физиологические функции, несмотря на сознательный контроль. То есть при достижении определенного состояния, при котором человек будет находиться и не в состоянии сна, и не в состоянии бодрствования, а в «промежуточном положении», он очень хорошо подвержен процессу внушения. И. П. Павлов считал, что «сила самовнушения определяется наличием концентрированного раздражения определенного участка коры, сопровождающегося сильнейшим затормаживанием остальных отделов коры, представляющих, так сказать, коренные интересы всего организма, его целостности, его существования». В случае достижения данного состояния создаются условия, при которых знаковые или второсигнальные процессы преобладают над реальными ощущениями.

На основании работ Н. Е. Введенского и И. П. Павлова еще один русский ученый заинтересовался и углубил их познания. Этим ученым являлся А. А. Ухтомский, который сформулировал свои представления о доминанте, только под ней он понимал немного другое. В отличие от своих коллег он считал, что существует определенный очаг возбуждения, который предопределяет характер реакции центров в определенный момент. Также он считал, что принцип доминанты есть физиологическая основа таких актов, как внимание и предметное мышление.

Значительное влияние на современную теорию построения познания в медицине и в психологии оказали работы достаточно известного психолога Л. С. Выгодского, который заложил основу исторического подхода к изменениям и к изучению психики человека. В своих учениях он отразил сразу две стороны исследуемой им проблемы, что выразилось в двух гипотезах. Одна из них заключалась в изучении опосредованного характера психической деятельности человека, а другая – в изучении происхождения внутренних психических процессов из внешних.

Все вышеперечисленные обоснования и предположения по поводу определения физиологических механизмов аутогенной тренировки и одновременно с этим по поводу определения психотерапии в целом не содержали той самой полноты, которая добавила им одна из наиглавнейших теорий – теория функциональных систем, которая была предложена П. К. Анохиным. Конечно, данная теория объясняет и определяет дальнейшее развитие основного положения физиологического учения И. П. Павлова, но именно данная теория вводит абсолютно новые определения по поводу специфических механизмов динамической организации активности в целостную систему поведенческого акта.

И. П. Павлов на первых стадиях своих исследований предполагал, что психические и физиологические процессы сопоставлялись с условно-рефлекторными процессами. Но уже при дальнейшем изучении данных процессов в их взаимосвязи. И. П. Павлов отметил, что результаты всех его исследований исключили из своего круга психологические понятия. Это произошло за счет того, что человеческий мозг производит как бы отражение всей объективной действительности в пределах условно-рефлекторной теории, и данное отражение затрагивает лишь физиологические процессы и определенные поведенческие реакции.

В итоге анализа данного учения и его результатов хотелось бы отметить, что учение И. П. Павлова о высшей нервной деятельности являлось только определенной предпосылкой к изучению механизмов поведения человека и функционирования определенных процессов. Также данное учение наряду с собственными экспериментальными исследованиями послужило основой для работ П. К. Анохина. Он является автором собственной теории, которая была названа теорией функциональных систем. В ее основе лежат результаты его исследований, которые заключались в том, что немногие периферические эффекты в условиях целостного организма могут быть объяснены на основании причинно-следственных связей, чтобы учитывался их стимул. Одновременно с этим Анохин пробует объяснить поведенческий акт. Ученый смог определить, что совокупность отдельных эффекторных проявлений или же их различные сочетания не способствуют образованию целостного поведенческого акта, а только их четкая согласованность в интегративной действительности головного мозга может определять суммированное выражение и непосредственно сам процесс поведенческого акта. То есть в своей теории Анохин вместо уже привычного представления о характерных стимулах и определенных реакциях выставил другое положение, которое заключалось в единой и целостной организации процесса поведенческого акта и его интеграции из частных свойственных механизмов.

Но на этом исследования не заканчивались. Уже чуть позже, когда были накоплены нужные факты, П. К. Анохиным вместе со своими учениками, которые также принимали непосредственное участие в исследовательских работах, было сформулировано и показано на практике следующее положение. Он считал, что сам поведенческий акт способен к осущуствле-нию не предшествующими и запускающими его стимулами, а только конкретным результатом, ориентированным на достижение чего-то определенного самим этим актом. Другими словами, в самой структуре этого поведенческого акта появлялась четкая цель, без которой объяснение всей адаптивной деятельности человека просто невозможно. Данная цель имеет огромное значение в самой аутогенной тренировке, а именно, каждый пациент, приходящий на лечение, с помощью аутогенных упражнений должен не только поставить перед собой цель наибыстрейшего и наилучшего выздоровления, но и осознать ее. Только в том случае, если все эти необходимые требования выполняются, пациент просто «обречен» на успех. Таким образом, хорошо поставленная и осознанная цель является обязательным звеном аутогенной тренировки и залогом успешности психотерапевтического воздействия.

В нынешнее время стало открываться много каких-либо определенных путей, основанных на четких количественных оценках некоторых параметров организованности, а как следствие из этого, и саморегуляции системы. Эти данные позволили сделать возможной экспериментальную проверку всех теоретических положений, выдвинутых П. К. Анохиным. Если все эти теории рассматривать со стороны психотерапии, то для нее в работах П. К. Анохина является важным четкое объединение мотива-ционных установок и целеполагание в определенный единый континуум с характерными физиологическими приспособительными реакциями, которые осуществляются за счет интег-ративной деятельности головного мозга и за счет функционирования всего организма человека как единого целостного механизма. Для того чтобы наиболее четко рассмотреть все вышеперечисленные принципы и попробовать хоть немного разобраться в причинах их возникновения и механизмах, можно привести следующий пример четкого взаимного обусловливания физиологических и поведенческих реакций, который также был дан самим П. К. Анохиным для того, чтобы продемонстрировать характерные внешние и внутренние циклы физиологической деятельности организма в целом:

1) при различных потерях определенного количества крови, и как следствие, при обеднении организма кровью, а крови водой происходит резкое повышение осмотического давления крови;

2) происходит определенная генерализация возбуждения, которая заключается в том, что гипертоническая кровь раздражает определенные центры головного мозга, а именно, центры гипоталамуса, что способствует возбуждению подкорковых и корковых структур головного мозга. И эта генерализация возбуждения производит формирование субъективного ощущения человеком жажды;