Читать онлайн «Историческая библиотека». Страница 230

(4) После сражения диктатор, прослышал, что Бола осаждена экуланами (Aeculani)[8], которые ныне называются эквиколы (Aequicoli), привел свои войска и перебил большую часть осаждающей армии. Отсюда он пошел к Сутриям, римской колонии, которую силою захватили тиррены. Напав неожиданно на тирренов, он убил многих из них, и вернул город народу Сутрий.

(5) Галлы на пути из Рима осадили город Весций (Veascium), который был в союзе с Римом. Диктатор напал на них, убил большое число, и завладел обозом, содержащим золото, которое они получили за Рим и, практически, всю добычу, которую они собрали при захвате города. (6) Не смотря на свершение столь великих подвигов, зависть части трибунов воспрепятствовала празднованию триумфа. Однако есть некоторые, кто утверждает, что он отпраздновал триумф за победу над тусками в колеснице, запряженной четверкой белых коней, за что спустя два года народ оштрафовал его на крупную сумму. Но мы обратимся к этому в надлежащее время[9]. (7) Те кельты, которые пошли на Япигию, вернулись через римские владения; но вскоре после этого керии устроили коварное ночное нападение и изрубили их на куски на Травсинской равнине[10].

(8) Историк Каллисфен[11] начал свою историю с этого года, с мира между греками и Артаксерксом, царем персов. Его отчет охватывает период в тридцать лет в десяти книгах, и он заканчивает последнюю книгу своей истории захватом Храма в Дельфах Филомелом фокейцем. (9) Но с нашей стороны, поскольку мы дошли до мира между греками и Артаксерксом, и угрозы Риму со стороны галлов, мы должны закончить эту книгу, как мы предполагали в начале[12].

[1] Существует два других пространных описания галльского нашествия на Рим: Ливий 5.34–39, и Плутарх, Камилл 16–29. Рассказ Диодора значительно более достоверный.

[2] Троих. Все из рода Фабиев.

[3] Квинт Фабий Амбуст.

[4]Пример знаменитой provocatio ad populum.

[5] Диодор единственный античный писатель, который помещает битву при Аллии на правый, но не на левый берег реки Тибр.

[6] См. Диодор 5.29.4–5.

[7] Знаменитый Марк Фурий Камилл. Имя его начальника конницы Сервилия Ахала (Ливий, 6.2.5–6) исчезло из текста.

[8] Иначе эквами.

[9] Далее нет упоминания об этой истории.

[10] Место неизвестное.

[11] Каллисфен из Олинфа — наиболее известный историк Александра Великого, который сопровождал его в походе пока не утратил царское благоволение и был казнен после 327 г. до н.э.

[12] См. глав. 2.4.

Переводчик: Мещанский Д.В. Agnostik.

Как персы воевали против Эвагора на Кипре (главы 2-4, 8-9).

Как лакедемоняне, вопреки общим соглашениям, изгнали мантинейцев с родной земли (главы 5, 12).

О поэзии тирана Дионисия (главы 6-7).

Об аресте Тирибаза и его оправдание (главы 8, 10-11).

О смерти Глоса и приговоре Оронту (главы 11, 18).

Как Аминта и лакедемоняне пошли войной на олинфян (гл.19, 21-23).

Как лакедемоняне захватили Кадмею (глава 20).

Как они поработили греческие города вопреки договоренностям (глава 23).

Урегулирование на острове Фарос в Адриатическом море (глава 13).

Поход Дионисия против Тиррении и разграбление храма (глава 14).

Поход Дионисия против карфагенян, его победы и поражения (главы 15-17).

Как фиванцы вернули Кадмею (главы 25-27).

Как карфагеняне подверглись опасности, когда они страдали от чумы (глава 24).

О Беотийской войне и событиях, связанных с ней (главы 28-35).

Поход трибаллов против Абдеры (глава 36).

Поход персов против Египта (главы 41-43).

Как фиванцы победили лакедемонян в самой знаменитой битве при Левктрах и претендовали на верховенство в Греции (главы 50-56).

Успехи фиванцев во время их вторжения в Пелопоннес (гл. 62-66, 69, 75, 82-88 повсюду).

О системе обучения Ификрата и его открытиях в военном деле (глава 44).

Поход лакедемонян против Коркиры (главы 46-47).

О землетрясении и наводнении, которые имели место в Пелопоннесе и факеле, который появился на небесах (главы 48-50).

Как произошла среди аргивян большая резня, которая была названа палочным правом (скитализм) (главы 57-58).

О Ясоне, тиране Фер, и его преемниках (главы 57, 60, 80, 95).

О синойкизме в Мессении, устроенном фиванцами (главы 66-67).

Поход беотийцев против Фессалии (глава 67).

1. (1) На протяжении всего нашего трактата нашей практикой было употребление привычной свободы слова, которою пользуется история, и мы добавляли только похвалу благородным людям за их справедливые дела, и выносили справедливые порицания людям подлым, всякий раз когда они совершали преступления. Такими средствами, как мы полагаем, мы должны вести людей, чья натура к счастью располагает их к добродетели, браться, потому что бессмертная слава им предоставляется, за самые справедливые деяния, в то время как соответствующее поругание мы обращаем на людей противоположного характера, из-за их влечения ко злу. (2) Следовательно, так как мы довели наше сочинение до периода, когда лакедемоняне впали в глубокую скорбь из-за неожиданного поражения при Левктрах, и опять-таки из-за непредвиденного разгрома при Мантинее потеряли превосходство над греками, мы считаем, что должны придерживаться принципа, установленного в нашем сочинении, и высказать соответствующее порицание лакедемонянам.

(3) Ибо кто не осудит людей, заслуживающих обвинения, которые получили от своих предков верховную власть с таким крепким основанием, что даже сохраняли высокий дух своих предков более пятисот лет, и теперь видит, как лакедемоняне этого времени были свергнуты благодаря собственной глупости? И это легко понять. Ибо мужи, которые жили до них, добились славы многими трудами и великими битвами, обращаясь со своими подданными, кроме того, справедливо и человеколюбиво; но их преемники обращались с союзниками грубо и жестоко, разжигая, помимо всего прочего, несправедливые и дерзкие войны против греков, и поэтому вполне понятно, что они потеряли свою власть из-за собственных безрассудных деяний. (4) Ибо ненависть тех, кого они обидели, нашла в своих бедствиях возможность принять ответные меры к агрессорам, и с теми, кто не был покорен со времен своих предков, теперь обращались с таким презрением, как, это само собой разумеется, должно случиться с тем, кто уничтожил достоинства, характеризующие их предков. (5) Это объясняет, почему фиванцы, которые на протяжении многих поколений были подданными своих повелителей, когда они победили их к всеобщему удивлению, стали главенствовать среди греков, но лакедемоняне, когда однажды они потеряли верховенство, никогда более не смогли восстановить высокое положение, которым наслаждались их предки.

(6) Теперь, когда мы достаточно осудили лакедемонян, мы, в свою очередь, должны передать дальнейший ход нашей истории, после того как мы сначала установим сроки этого раздела. Предыдущая книга, которая является четырнадцатой нашего сочинения, заканчивается событиями, связанными с порабощением регийцев Дионисием и захвата Рима галлами, которые состоялись в год, предшествующий походу персов на Кипр против царя Эвагора. Эту книгу мы начнем с той войны и закончим годом, предшествующим воцарению Филиппа, сына Аминты[1].

2. (1) Когда Мистихид был архонтом в Афинах, римляне избирали вместо консулов трех военных трибунов: Марка Фурия, Гая и Эмилия. В этом году Артаксеркс, царь персов, пошел войной на Эвагора, царя Кипра. Он долго занимался подготовкой к войне и собрал большие вооружения, как морские, так и сухопутные; его сухопутные войска состояли из трехсот тысяч человек, включая кавалерию, и он снарядил более трехсот трирем. (2) Главнокомандующим сухопутных сил он выбрал своего шурина Оронта, а морских - Тирибаза, человека, который пользовался большим почетом у персов. Эти командиры приняли вооруженные силы в Фокее и Киме, отправились в Киликию и переправились на Кипр, где они энергично развили военные действия.

(3) Эвагор заключил союз с Акорисом[2], царем египтян, который был врагом персов, и получил сильное войско от него, а от Гекатомна, повелителя Карии, который тайно сотрудничал с ним, он получил крупную сумму денег на содержание наемных войск. Также он побуждал других, кто был в ссоре с персами, присоединиться к войне с Персией либо тайно, либо явно. (4) Он был хозяином практически всех городов Кипра, также Тира и некоторых других финикийских городов. Он также имел девяносто триер, из которых двадцать были тирийские, а семьдесят были киприйские, шесть тысяч солдат из своих подданных, и много больше этого числа от своих союзников. В дополнение к этому он призвал множество наемников, так как средств у него было в изобилии. И немало солдат были отправлены к нему царем арабов и некоторыми другими из тех, кому царь персов не доверял.