Читать онлайн «Историческая библиотека». Страница 150

(6) Позже этих событий Фрасидей, сын Терона, руководил городом Гимера более сурово, чем положено, и результатом стало то, что гимерцы отвернулись от него. (7) Тогда они отказались от мысли отправиться к его отцу и выступить с обвинением перед ним, так как не верили, что найдут в его лице справедливого слушателя; но они отправили к Гиерону послов, которые представили жалобы на Фрасидея и предложили Гиерону помощь со стороны Гимеры и обещали присоединиться к нему в нападении на Терона. (8) Гиерон, однако, решив сохранить мир с Тероном, предал гимерцев и тайно открыл их планы. В результате Терон, проверив заговор, о котором сообщалось, и выяснив, что сообщение верно, уладил свои разногласия с Гиероном и вернул Полизелу почет, которым он ранее пользовался, а потом арестовал своих противников, которых было много среди гимерцев и приговорил их к смертной казни.

49. Гиерон изгнал народы Наксоса[10] и Катаны из их городов, а послал туда выбранных им самим поселенцев, набрав пять тысяч из Пелопоннеса и добавив равное количество из Сиракуз, а название Катаны он изменил на Этны, и не только земли Катаны, но и многое соседние поля, которые он добавил к ним, он разделил на наделы, равные по численности общей сумме поселенцев - десять тысяч. (2) Это он сделал из желания не только, чтобы иметь существенную помощь под рукой для любых потребностей, которые могли возникнуть, но также, чтобы от десяти тысяч человек из недавно основанных полисов он мог бы получить почитание, полагающееся герою. А наксосцев и катанцев, которых он изгнал из родного полиса, он переместил в Леонтины и приказал им построить себе дома в этом городе вместе с местными жителями. (3) И Терон, видя, что после убийства гимерцев, город нуждается в поселенцах, создал там разноплеменные толпы, зачислив в граждан как дорийцев, так всех прочих, кто пожелает. (4) Эти граждане жили в благоустроенном государстве пятьдесят восемь лет, но по истечении этого срока город был завоеван и разрушен до основания карфагенянами[11] и остается без жителей по сей день.

50. Когда Дромоклеид был архонтом в Афинах, римляне избрали консулами Марка Фабия и Гнея Манлия. В этом году лакедемоняне, когда из-за неприятных причин потеряли господство на море, были возмущены; в результате, они были разгневаны на греков, которые отпали от них, и постоянно угрожали им соответствующим наказанием. (2) И когда прошло совещание Герусии[12], они постановили начать войну против афинян ради восстановления главенства на море. (3) Схожим образом, когда было созвано общее собрание, юноши и большинство других стремились восстановить владычество, полагая, что, если они смогут обеспечить это, то будут пользоваться большим богатством, Спарта в целом будет более великой и более мощной, и поместья ее частных граждан получат значительное увеличение благосостояния. (4) Они припомнили также древний оракул, в котором бог велел им остерегаться, как бы их превосходство не было "хромым", и оракул, они настаивали на этом, означал не что иное как настоящее, ибо "хромым" в самом деле было их руководство, если, имея два преимущества[13], они должны потерять одно из них.

(5) Так как практически все граждане были готовы к такому направлению действий и Герусия на заседании рассмотрела эти вопросы, никто не питал надежд, что какой-либо человек осмелится предложить какой-нибудь другой курс. (6) Но член Герусии, по имени Гетэмарид (Hetoemaridas), который был прямым потомком Геракла и пользовался известностью среди граждан из-за своих качеств, выступил с советом, чтобы оставить афинянам их верховенство, поскольку это не в интересах Спарты, заявил он, претендовать на море. Он был в состоянии привести соответствующие доводы в поддержку своего удивительного предложения, так что, против всеобщего ожидания, он убедил как Герусию, так и народ. (7) И в конце концов лакедемоняне решили, что мнение Гетэмарида было им на пользу и отказались от своей склонности к войне против афинян. (8) Что касается афинян, сначала они ожидали большую войну с лакедемонянами ради господства на море, и по этой причине построили дополнительные триремы, собрав большую сумму денег, ведя дела честно со своими союзниками; но когда они узнали о решении лакедемонян, они избавились от страха перед войной и приступили к увеличению мощи своего города.

51. Когда Акесторид был архонтом в Афинах, в Риме Каесо Фабий и Тит Вергиний получили консульство. И в этом году Гиерон, царь сиракузян, когда прибыли к нему послы из Кум в Италии и просили его помощи в войне, которую тиррены, бывшие в то время хозяевами морей, вели против них, направил к ним на помощь значительное число трирем. (2) И после того как командиры привели флот в Кумы, соединившись с людьми этой области, они сражались в морской битве с тирренами и, уничтожив множество кораблей, и завоевав победу в большой морской битве, они усмирили тирренов и избавили кимейцев от их страхов, после чего отплыли обратно в Сиракузы.

52. Когда Менон был архонтом в Афинах, римляне выбрали консулами Луция Эмилий Мамерка и Гая Корнелия Лентула, в Италии разразилась война между тарентинцами и япигами. (2) Эти народы, оспаривая друг у друга некоторые пограничные земли, в течение нескольких лет занимались стычками и набегами на владения друг друга, и так как разногласия между ними постоянно возрастали и часто приводили к смерти, они, наконец, ринулись с головой в бескомпромисную схватку. (3) Тогда япиги привели в готовность не только армию из собственных воинов, но они также добавили к ним вспомогательные отряды из более чем двадцати тысяч солдат, а тарентинцы, узнав о большой численности армии, собранной против них, призвали как солдат своего полиса, так и добавили к ним еще много регийцев, которые были их союзниками. (4) Произошло ожесточенное сражение, и многие пали с обеих стороны, но в конце концов япиги одержали победу. Когда разбитая армия разделилась в бегстве на два отряда, один отступая к Таренту, а другой убегая в Регий, япиги, следуя их примеру, также разделились. (5) Те, кто преследовали тарентинцев, на коротком расстоянии убили много врагов, но те, кто теснили регийцев, были так стремительны, что ворвались в Регий вместе с беглецами и завладели городом.

53. В следующем году Харес был архонтом в Афинах, а в Риме консулами были избраны Тит Менений и Гай Гораций Пулвиллий и элийцы отмечали семьдесят седьмую Олимпиаду, в которой Дандес из Аргоса выиграл "стадию". В этом году на Сицилии умер Терон, деспот Акраганта, процарствовав шестнадцать лет, и его сын Фрасидей вступил на престол. (2) Тогда Терон, поскольку он исполнял свою должность справедливо, не только при жизни пользовался большим почетом среди своих соотечественников, но и после смерти был удостоен почестей, которые полагаются героям; но его сын, даже в то время как его отец был еще жив, был жесток и кровожаден, а после смерти отца управлял родным городом без уважения к законам и как тиран. (3) В результате он быстро потерял доверие своих подданных и был постоянным объектом заговоров, живя жизнью проклятого; и поэтому он вскоре пришел к кончине, подобающей его необузданности. Ибо Фрасидей после смерти своего отца Терона собрал много наемных солдат и призвал также граждан Акраганта и Гимеры, и таким образом собрал всего более 20 тысяч конницы и пехоты. (4) И так как он готовился к войне с этими войсками против сиракузян, царь Гиерон привел в готовность грозную армию и двинулся на Акрагант. Состоялось ожесточенное сражение, и было много павших, так как греки встали против греков. (5) Тогда бой выиграли сиракузяне, которые потеряли около двух тысяч человек против более четырех тысяч своих противников. В этой связи Фрасидей, будучи унижен, был изгнан со своего поста, и бежав в так называемые Нисаенские (Nisaean) Мегары[14], был там осужден на смерть и встретил свой конец, и акрагантяне, теперь вновь обретя демократическую форму правления, отправили послов к Гиерону и обеспечили мир.

(6) В Италии разразилась война между римлянами и вейянами и крупная битва произошла на месте под названием Кремера[15]. Римляне потерпели поражение, и многие из них погибли, в их числе, по мнению некоторых историков, триста Фабиев, которые были одного и того же рода и, следовательно, были включены в списки под одним именем.[16]

Таковы события этого года.

54. Когда Праксигер был архонтом в Афинах, римляне избрали консулами Авла Вергиния Трикоста и Гая Сервилия Структия. В это время элейцы, которые жили во многих малых городах, объединились в одно государство, которое известно как Элида. (2) И лакедемоняне, видя, что Спарта была в униженном состоянии из-за измены их стратега Павсания, в то время как афиняне имели хорошую репутацию, потому что никто из их граждан не был признан виновным в государственной измене, стремились впутать Афины в подобные позорные обвинения. (3) Поэтому, так как Фемистокл очень почитался афинянами и пользовался наивысшим почетом за свои высокие качества, они обвинили его в измене, утверждая, что он был близким другом Павсания и договорился с ним, что они вместе предадут Грецию Ксерксу. (4) Кроме того, они вели разговоры с врагами Фемистокла, подстрекая их предъявить обвинения против него, и дали им денег; и те объяснили, что, когда Павсаний решил предать греков, он раскрыл план Фемистоклу и убедил его принять участие в замысле, и что Фемистокл не только согласился с просьбой, но и решил, что его долг не обвинять человека, который был его другом. (5) Во всяком случае, обвинение было выдвинуто против Фемистокла, но в то время он не был признан виновным в государственной измене. С этих пор, поначалу, после того как он был оправдан, он стоял высоко во мнении афинян, потому что его сограждане чрезвычайно доверяли ему в связи с его заслугами. Но потом те, кто боялся высокого положения, которым он пользовался, и прочие, которые завидовали его славе, забыли его заслуги перед государством, и сами начали из кожи лезть вон, чтобы ослабить его власть и умалить его безнаказанность.