Читать онлайн «Оглавление». Страница 77

В этом заявлении указано на самый существенный элемент не только российской, но и мировой ситуации. Вложения в общественное воспроизводство являются ничтожно малыми по отношению к необходимым. Как результат - в настоящее время в мире не обеспечивается даже простого воспроизводства, наблюдается устойчивая деградация, упадокliii[viii].

При этом в качестве главного показателя ситуации и благосостояния миру демонстрируются кривые так называемого экономического роста - в общем-то, пустого и неэффективного для управления представления. А реальные и абсолютные показатели фактического качества и уровня жизни пропадают за арифметической казуистикой роста или рецессии.

Для математики нет ничего странного в том, что в мире в целом, среднеарифметически, и, особенно, в отдельных развитых странах наблюдается экономический рост, а у отдельных людей, регионов, стран, континентов происходит фактический спад.

И для экономики тоже выходит вполне нормальным, когда она растёт-растёт, а реальная жизнь падает.

К сожалению, соединение экономики с математикой привели не только и не столько к выдающимся научным результатам, но и к появлению <экономикс>, которая на практике выступила удобным инструментом замещения реальных процессов желаемой отчетностью, в чистом виде средством массовой информации, призванном не производить стоимость и накапливать всеобщее богатство, а сообщать разные сведения разным категориям мирового населенияliii[ix].

Таким образом, с изобретением <экономикс> обозначилась сила, которая оказалась неспособной осуществлять или, скажем еще жестче, даже производить мировое воспроизводство и поэтому сделавшей ставку исключительно на собственное воспроизводство за счёт других стран, людей и природы.

Отсюда сегодня в мире может быть только две <партии>: партия воспроизводства человечности и человечества - и партия закрытого, устроенного по принципу касты, элитарного клуба, использующего существующие ресурсы и механизмы для обеспечения собственного воспроизводства (подробнее см. мою работу <Как Россия сможет предотвратить Пятую мировую войну>).

При этом вторая партия не может рассматриваться в качестве политической, в качестве субъекта мировой политики, поскольку она не преобразует мир в целях обеспечения всеобщего, для всех и для каждого блага, а приспособляет существующий мир к своим потребностям и привычкам и, следовательно, вынуждена отгораживаться от мира, строить разного рода санитарные кордоны и во много раз более мощные советский <железные занавесы>.

Проблема эксплуатации и извлечения в свою пользу прибавочного продукта уступает в настоящее время место проблеме организации производства прибавочного продукта в достаточном количестве для воспроизводства человечности.

С этой точки зрения, глобальным финансовым спекулянтам можно предъявить претензию (и даже выставить счет, сформулировать внятный иск) не в том, что они богатые и своими переорганизациями финансовых потоков, своекорыстными переливами капиталов уничтожают экономику и даже жизнь региона или, как теперь это уже нередко оказывается, и целых стран и цивилизаций - но в том, что держатели финансового капитала, находясь в более благоприятной ситуации, чем другие представители человечества отказываются от ответственности за организацию мирового развития и общественного воспроизводства.

Это снятие ответственности за организацию получения прибавочного продукта в общечеловеческом масштабе и есть путь к уничтожению человечества. Это явление фактически и является основой того, что сегодня называется глобализацией.

Из данного положения вовсе не следует, что надо теперь присоединяться к <антиглобалистам> и <искоренять тех, кто отказывается от труда в пользу человечества.

Нет. Из этого следует только то, что ситуация на несколько порядков катастрофичнее и безысходнее, чем мы себе представляем.

Ситуация сегодня состоит в том, что процессы мирового развития сегодня являются исключительно предметом возможного, они никем не организуются и даже не программируются. Другими словами, сегодня в мире отсутствует субъект, который бы хотел и был в состоянии, был бы способен производить достаточный для воспроизводства и производства прибавочный продукт в масштабах всего человечества.

Наказав <глобалистов> мы никак не приблизимся к тому, чтобы у человечества появился субъект организации его воспроизводства и мирового развития.

Оставив всё так, как есть, дав волю <глобализации> - весь мир также окажется у разбитого корыта.

В этой ситуации нельзя надеяться на появление одного большого субъекта, который примет на себя заботы всего человечества.

Целенаправленное планирование и производство воспроизводства и развития должны стать сквозными политиками на всех уровнях власти и жизни.

В условиях реальной и чрезвычайно жесткой глобализации для России с ее историей и тысячелетней традицией невозможно выступать конкурентоспособной державой на основе экономизма и без обеспечения систем воспроизводства и развития. Как неоднократно отмечал в своих работах замечательный российский экономист М. Голанский, у России есть достойные шансы в мировом соревновании только в том случае, если Россия избежит экономического способа мирового движения в виде обустройства среды и сделает ставку на внеэкономические способы мирового движения в форме задачи обживания среды или мираliii[x].

И категория качества жизни оказывается здесь современной формой организации воспроизводства.

С одной стороны, качество жизни, представленное в показателях и индексах, определённое правовым образом в стандартах качества жизни, является прямым инструментом экономики.

С другой стороны, в отличие от <экономикс>, качество жизни задается не столько уровнем жизни и понятиями монетарной экономики, сколько сложностью и цветением разнообразных форм организации жизни и труда, развивающими формами общения.

С третьей стороны, использование категории качества жизни позволяет принять новую парадигму цивилизационного освоения жизни на территориях - парадигму обживания на территориях вместо более неприемлемой завоевательной и освоенческой парадигмы (<освоение территорий>).

Для этого надо проектировать системы полного жизнеобеспечения, продвигаясь к освоению экстремальных условий хозяйствования и жизни и, тем самым, раздвигая представления о возможностях человека и, через производство необходимого качества жизни, восстанавливая саму свободу человека.

Тотальная включение всего населения - сверху донизу - в работу по улучшению собственного качества жизни, по новому освоению и переосвоению или реколонизации страны - вот новый российский курс и российская внутренняя геополитика.

Определение курса на качество жизни российского населения как основу его промышленной и хозяйственной политики позволяет подойти к решению проблемы того, как России преодолевать отсталость страны и набирать в ближайшие десятилетия необходимую для мировой державы экономическую мощь.

Мы впервые тут имеем возможность развивать производство и промышленность не за счёт населения, а, наоборот, напрямую для улучшения жизни всего населения.

Здесь очень важно не идти на поводу у модных теорий деиндустриализации и преодоления <устаревшей> индустриализации. То, что известное нам по СССР 30 - 70-х гг. <индустриальное общество> сегодня уже не отвечает требованиям времени, очевидно. Но новое - более мощное общество - может быть создано, следует понимать, не за счёт отказа от индустриализации, а, наоборот, за счёт сверхиндустриализации и реализации программы такой сверхиндустриализации.

В современном научно-аналитическом языке сверхиндустриализация означает, как правило, большую долю промышленности в производстве ВВП.

<Сверхиндустриализация> была характерна не только для экономики позднего СССР, но и является сегодня всё ещё пока характерной, как указывается во всех учебниках экономической географии, для экономики той же Германии, поскольку её признанной специализацией в мировой экономике является производство промышленной и особенно машиностроительной продукции. На сегодня в мире только Япония и Ирландия являются в большей степени индустриальными, чем ФРГ.

И разве может быть что-то зазорного в том, чтобы России с её исконно трудовыми, а не ростовщическо-спекулятивными традициями, быть среди Германии и Японии?

Очень интересно понимает сверхиндустриализацию известный экономист, один из авторов нашумевшей в 70-е годы книги <Экономика услуг> сотрудник Гудзоновского института Ирвинг Левесон: <Под сверхиндустриальным обществом я понимаю окружающую среду с высокоэнергетическим и мощностным обеспечением, в котором базовые черты индустриальной Революции специальным образом усилены и продолжены двумя долгосрочными стратегиями: всё более автоматизируемыми фабриками и заводами и модернизацией услуговых индустрий. В технологиях, капитале, трудовой квалификации и управлении будут достигаться новые уровни усложнения и развития систем деятельности. Получат широкое распространение комплексные системы компьютеризации и связи, применение интеллектуальных систем и иных технологических завоеваний. Будет осуществляться быстрый рост традиционного бизнеса услуг и услуг на основе персональных бизнесов - финансовых, медицинских, коммуникационных и т.д. Всё это находится в разительном контрасте с тем акцентом на досуг и удовольствие, который составляет понятия постиндустриального общества>liii[xi].