Читать онлайн «РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ И ЕЁ ВРАГИ». Страница 16

Трудно предугадать, как бы развилась германская модель в случае победы в войне 1914-1918 годов и установления немецкой гегемонии в Европе, Победа могла бы поощрить высокомерное отношение немцев к славянам и латинянам. Популизм и национализм окрепли бы, по крайней мере на короткое время, С другой стороны, цена победы и задача фактического управления многими народами Восточной и Центральной Европы могли отрезвить и смягчить Гогенцоллернов, как когда-то отрезвили и смягчили режим Габсбургов, Чтобы сохранить такую империю стабильной, процветающей и безопасной, потребовалось бы нечто большее, чем высокомерие и военное могущество, Европа могла бы объединиться на немецких условиях, и при этом она почти наверняка смогла бы избежать таких отвратительных явлений, как Гитлер и Сталин. Возможно, мы могли бы стать свидетелями триумфа «азиатского капитализма» (хотя и с сильным милитаристским уклоном) на два утверждал, что до тех пор пока Германия не создаст современную индустрию и не введет протекционистские тарифы, она будет обречена на все большее отставание от Британии как в экономике, так и в военной силе. Задолго до этого похожее заявление сделал Александр Гамильтон относительно Соединенных Штатов, а позже ту же доктрину поддержали русские государственные деятели. В последней четверти девятнадцатого века как индустриальный, так и сельскохозяйственный протекционизм были нормой во многих великих державах. Протекционизм и автаркия неизбежно вели к усилению значения непосредственного контроля над максимальной территорией и сырьем, а значит, соперникам нужно было всячески препятствовать в приобретении колонии и вытеснять их со своих рынков. К концу девятнадцатого века было широко распространено мнение, что колонии являются определяющим источником благосостояния в настоящем и столь же определяющим источником мощи в будущем. Французский империалист Поль Леруа-Болье был вовсе не оригинален, когда говорил, что «государство, имеющее наибольшее количество колоний, является господствующим; если оно не является таковым сегодня, оно будет им завтра». Джозеф Чемберленйь в Британии, Гейнрих фон Трейчке в Германии и Альфред Мэхэн в Соединенных Штатах могли бы согласиться, что европейская держава, не имеющая колоний, в двадцатом веке обречена утратить свое значение. Еще в первых декадах девятнадцатого века де Токвиль и Лист пророчили, что сто лет спустя континентальные размеры США и России превратят их в сверхдержавы. Как сказал Лист в 1828 году, «Россия и Соединенные Штаты через сто лет окажутся самыми населенными империями на земле и будут отстаивать крайне противоположные империалистические идеологии».

Леруа-Больё Пьер-Поль (1843-1916) - французский экономист, член-корреспондент по разряду историко-политических наук историко-филологического отделения Российской академии наук. Чемберлен Джозеф (1836-1914) - государственный деятель Великобритании. Б 1880-1885-х и 1886 году входил в кабинеты У. Гладстона. В 1895-1903 годах министр колоний в консервативных кабинетах, В период англо-бурской войны 1899-1902 годов - один из главных вдохновителей и организаторов британской экспансионистской политики- С 1903 года Чемберлен развернул широкую кампанию за переход к протекционизму, которым он стремился заменить не отвечавшую интересам монополий политику свободной торговли. Трейчке Генрих фон (1834-1896) - немецкий историк. Во время войны 1866 года стал прусским подданным, Преподавал в Гейдельберге, в 1874 году стал профессором истории Берлинского университета. В 1871 году был избран в германский рейхстаг от Национал-либеральной партии. Известен как противник либерализмал идеолог «прусского духа» и поклонник Бисмарка.

Мэхэн Альфред Тайер (1840-1914) - американский военный морской теоретик и историк, контр-адмирал (1906), Создал и обосновал одновременно с английским теоретиком Ф. X. Коломбом так называемую теорию морской силы, которая оказала большое влияние на развитие военно-морской мысли США и других империалистических держав,

Токвиль Алексис де (1805-1859) - выдающийся французский государственный деятель, историк и литератор, автор знаменитого произведения «Демократия в Америке».

Барон фон Лютвиц - в начале XX века германский военный атташе в России, предположительно агент японской разведки.

Лист Фридрих (1789-1846) - немецкий экономист, представитель вульгарной политической экономии, выразитель интересов германской промышленной буржуазии был главным пророком империализма и Великобритании. Но и он сознавал уязвимость империй: «когда государство выходит за пределы своих национальных границ, его власть становится шаткой и противоестественной».

поколения раньше, чем преимущества азиатского капитализма были подняты на щит лидерами Сингапура и Малайзии в 1980-х годах. Здесь, другими словами, была возможность для образования современного мирового капитализма, более авторитарного и упорядоченного, чем американский вариант, победивший в двадцатом веке, и менее толерантного к индивидуализму или культурному и сексуальному плюрализму, чем этот вариант в конце века обернулся. Однако с точки зрения истории империй необходимо отметить, что германская «азиатская модель» потерпела поражение не потому, что была менее современна или экономически менее эффективна, чем американская. Это было результатом военного поражения, вызванного прежде всего американским вмешательством в борьбу за влияние в Европе.

Проблемы современной империи

ЕВРОПЕЙСКАЯ ЭКСПАНСИЯ НА ДРУГИЕ КОНТИНЕНТЫ началась в шестнадцатом веке. Исламский враг, блокировавший прямую экспансию на юг, был обойден с фланга европейскими морскими державами. Целый мир был вовлечен в единую коммерческую сеть. Поскольку сама Европа была разделена, не могло быть и речи о единой европейской заморской империи. Европейские метрополии накладывали каждая свой отпечаток на покоренные земли. То же самое, однако, делали и местные условия. Колонии могут иметь богатые шахты или плодородные земли с большим коренным населением, чтобы обрабатывать их. Колонии могут иметь обширные земли в умеренном климате, где труд туземцев не слишком эффективен. Они могут быть заселены мелкими фермерами - белыми поселенцами или завезенными африканскими рабами. Территориально они могут представлять собой небольшие и по существу коммерческие предприятия, которые, в свою очередь, могут впоследствии разрастись (а могут и не разрастись) в огромные территориальные империи. Эти колонии могут управляться от имени короля губернаторами или военными, присланными из Европы. Они могут иметь относительно демократически избранные парламенты или управляться узким кругом креольской элиты. Но что бы они собой ни представляли, все эти колонии утверждали окончательное господство Европы над всем миром и были так или иначе отобраны у коренного населения Америки и Австралии или иногда у африканцев и азиатов.

Этот процесс развивался постепенно. Но если обе Америки были завоеваны и колонизированы довольно быстро, то даже в 1700 году европейские торговцы и послы держались очень скромно при дворе Великого Могола, не говоря уже о владениях китайского императора или японского сегуна. В восемнадцатом веке военная и экономическая мощь Европы заметно выросла, но Япония и Китай до известных пределов были еще в состоянии держаться в стороне. Однако индустриальная революция нарушила существующий между Европой и остальным миром баланс силы и благосостояния. Одним из результатов этого явилось поразительное культурное высокомерие по отношению к иным расам и цивилизациям, доминировавшее в европейском сознании перед 1914 годом. Другим результатом явилось нарастание территориальных аннексий, которое достигло своей верхней точки между 1876 и 1915 годами. За это время четверть поверхности земного шара перешла из рук в руки.

Аннексия сама по себе не была в новинку для великих европейских держав. Они всегда были готовы при первой возможности отхватить дополнительный кусок территории и в Европе. Исчезновение Польши с европейской карты - тому наглядный пример. Но аннексии внутри Европы были сопряжены с трудностями. Все государства очень ревниво следили за любыми территориальными приобретениями соседей. Чтобы противостоять им.

Великие Моголы -династия правителей в Индии (1526-1858). Наибольшего расцвета государство Великих Моголов достигло при Шах-Джахане. В XVII веке оно включало всю Индию (кроме крайнего юга) и Кабул,

Сёгун - дословно: великий полководец, покоряющий варваров. Так называли управлявших страной от имени императора военно-феодальных правителей Японии из феодальных династий Минамото (1192-1333), Асикага [1335(1338)-1573], Токугава (1603-1867). Последним сегуном был Токугава Ёсинобу (Кэйки), свергнутый в результате незавершенной буржуазной революции 1867-1868 годов.

Создание мировой империи рассматривалось как единственное средство закрепиться в американо-российской лиге. Отсюда повышенное внимание к военно-морскому флоту, который был так необходим в борьбе за первенство в захвате и удержании земель, отделенных от Европы океанами. В 1897 году капитан барон фон Лютвицзи из прусского Генерального штаба писал: «В прошлом веке мы опоздали к разделу территорий. Но грядет второй раздел. Достаточно только обратить внимание на развал Османской империи, изоляцию Китая и нестабильное положение во многих южноамериканских странах, чтобы понять, какие богатые перспективы открываются перед нами... Чтобы снова не упустить свои возможности, мы должны иметь флот». Геополитические реалии в конце девятнадцатого века, таким образом, указывали на будущее, в котором мир будет поделен между небольшой группой мощных империй. Но в этом пророчестве было слабое место. Современная Европа, которая породила гонку за заморскими колониями, породила также их отмщение империям в виде национальных государств. В поздневикторианскои Англии сэр Джон Сили могли организовываться коалиции; которые при ограниченном пространстве Европы и относительно равных силах ее лидирующих государств, как правило, были в состоянии помешать аннексии. Понадобился уникальный политический талант Бисмарка, чтобы объединить Германию в двух успешных войнах и обойтись при этом без антипрусской европейской коалиции.