Читать онлайн «Командир. Трилогия». Страница 272

   Теперь самая пора пояснить способы уничтожения пары башен, да рубки у ворот и в задвинских посадах. Сложившаяся к этому времени сложная социально-политическая и финансово-экономическая обстановка в Великом княжестве Литовском (конфедерация 1562 года за унию с Польшей и обрушение денежного обращения, засыпанного фальшивыми литовскими грошами), отражалась и в Полоцке. Часть его православных горожан и жителей полоцкого повета, в основном, не богатые или безземельные шляхтичи-бояре, беднота городских посадов, мелкие ремесленники с торговцами и окрестное крестьянство, поддерживали идею сближения с православным Московским царством. Кроме того, в случае взятия Полоцка, Московский царь мог рассчитывать обрести союзников в среде солидного по численности православного духовенства, имевшего более двух десятков церквей и монастырей, епископии, тем более, что часть православных приходских пресвитером с монахами, уже сейчас высказывались за единения с братьями по вере.

   Другое дело католическое духовенство, которое выступало, как за унию с Польшей, так и против Москвы, как оплота православия. Вот с ними Иван IV ни за что мириться не станет, да и протестантские проповедники, кальвинистского и лютеранского толка едва ли тоже вызовут приязнь царя, да и они не питали к нему любви. Впрочем и то и другое и третье духовенство схизматиков едва ли что решало в городе и округе, по причине своего не великого количества и немногочисленным прихожан, из всех храмов города, католикам принадлежал лишь один бернардинский костел. В антимосковскую партию так же входили польский гарнизон города, местная не православная или богатая полоцкая шляхта и верхушка посадов. Полоцкая шляхта вместе с поляками обороняет город и бьется до последней крайности. Посадские же богачи рисковали в случае падения Полоцка потерять все свое состояние, конфискованного московским царем, как у иноверцев или противников его устремлениям в объединении русских земель. В подобной ситуации, всерьез опасавшиеся наступления Москвы, богатые жители ливонских городов, просто-напросто отправляли свое имущество в Пруссию. Однако, неожиданно стремительное продвижение русских войск к Полоцку, не позволило местным куркулям прибегнут к такому полезному опыту соседей.

   В связи с выше изложенным, очевидно, что менее состоятельные посадские люди, не стремясь, в случае войны и осады Полоцка, подставлять свои головы и головы родных, под русские ядра, поддерживали стремление царя в укреплении православия и на них то и опиралась разведгруппа во главе с Брусиловым, проникшая в Полоцк и легализовавшаяся в нем в марте прошлого года. За это время удалось раскинуть в городе и в повете разветвлённую разведывательную сеть, проникшую во все городские структуры и слои населения. Так, что сильного 'тумана войны' по Полоцку с округой, через Черного, для русского командования не было.

   Осада города царскими войсками послужила активатором для большей части участников резидентура Брусилова. Принесенный в город вместе с тонной пироксилина, парой бочонком 'коктейля Молотова', радиопередатчик, установленный в подвале самого Софийского собора, исправно поддерживал обоюдную связь с товарищами. 6 февраля поступила команда подготовиться к генеральному штурму города. Брусилов, действующий в городе в роли сторожа Софийского собора, проверил обе закладки мин, под второй от берега Двины башни на восточной стене Нижнего замка, на которую бухнули большую часть принесенной взрывчатки и воротную башню Верхнего замка. Все мины, заложенные летом прошлого года при их ремонте плотницкой городской артелью, на сто процентов состоящей из приверженцев Москвы и православия, были в порядке, провода не обнаружены и их концы были выведены подальше от мин и замаскированы. Первый общий сбор командиров боевых отрядов, подтвердил мотивированность людей выйти с оружием в руках против проклятых католиков и протестантов, для защиты веры православной. Оружие имелось у всех и повстанцы были хорошо вооружены, на вооружении были даже привезенные контрабандой от Тищенко с Ямм-на-Желче 'сакмарочки' с большим запасом боеприпасов. Все прошли обучения по владению 'сакмарочками', копьями, но в основном бердышами, так же полученных от Тишенко. Большинство в подпольных отрядах были простые посадские и крестьяне и им намного сподручней научиться владеть большим, но привычным топором-бердышом или копьем, практически таже охотничья рогатина, чем непривычной саблей или мечем. С оружием все было в порядке, вот с броней дело откровенно было плохо, практически у каждого второго повстанца вообще не было хоть какого-то доспеха, особенно с защитой было отвратительно в задвинских отрядах, у бойцов почти поголовно не было ни какой брони. Обговорив с командирами задвинских отрядов об этом, Валерий посоветовал защититься хотя бы матерчатым самодельным доспехом на соли, назвал дату и время начала восстания, взрыв второй от Двины башни на восточной стене правобережного посада. По окончанию инструктажа Брусилов вернулся в Верхний замок, к себе в каморку в подвале собора, откуда, под охраной пары соборных служек, диверсантов из его группы, передал о готовности к проведению диверсии и началу восстания утром 8 сентября 1563 года.

   С утра восьмого, русская артиллерия и не думала смолкать, даже, как будто, так определялось на звук, интенсивность пальбы по восточной стене Великого посада даже увеличилась. Валерий вышел на связь, передал радио о готовности, получил 'квитанцию' подтверждения приема его сообщения и не измености планов. Замаскировав аппаратуру и пошел к месту сбора подпольного отряда Великого посада. Кроме семи десятков посадских и трех десятков крестьян, якобы укрывшихся за городскими стенами от 'злобных московитов', основной ударной силой отряда были два десятка немцев наемников из германской роты наемной пехоты, этих просто перекупили и пока они не знали зачем собрались, думали, как всегда ограбить кое-кого. Ранее их использовали для силовых акций по ликвидации либо похищению врагов, замаскированных под обычное разбойное нападения малоуправляемых чужеземных наемников. Другая часть 'ударников', состояла из десятка православных, не богатые или вообще безземельные местных шляхтичей-бояр с их вооруженными военными слугами, что давало почти три десятка не плохих рубак. Этих привлекли, как одной верой, так, и это главное, обещанием после захвата города Московским царем, переселить шляхтичей с семьями и их слугами с крестьянами и не только со своими, на восток Московского царстве, где царь пожалует им большие поместья. Для подтверждения этих слов и поддержки штанов, реально, чтобы часть из них просто не умерла бы с голода до часа атаки, им ежемесячно выплачивалось по пяти серебряных гульдинерам Священной Римской империи германской нации, что для большинства их составляла огромную сумму, за исключением пана Федора Яновича Зиновьевича-Корсакова, из семьи крупнейших светских землевладельцев Полоцка и его округи, Зиновьевичей- Корсаковых, представителей младшей ветви рода Корсаков. Вот он, действительно рисковал только за веру православную. Теперь настала пора открывать перед 'ударниками', да и остальными отрядниками карты. Людей из свой группы Валерий распределил у окон и двери дома, где собрался весь отряд, с взведенными курками минимум трех пар пистолетов. Брусилов представился перед отрядниками, как московских боярин Брус, раздал наемникам аванс и пояснил, зачем они здесь собрались и что они должны сделать. А предстояло им не много не мало, как захватить воротную башню в восточной стене Великого посада и отрыть ворота перед воинами Государева полка Московского царя. Вопрос -кто не хочет идти в бой? Остался без ответа, ибо дураков отказываться не было. Заодно на 'брифинге' появилось дополнение, поджечь угловую наддвиннскую башню восточной стены, которую 6 числа захватывали стрельцы и немного подкоптили. Сказано, сделано. Инициатива наказуема исполнением, вот предложившему и поручили выполнить своё предложение. Благо на этой явке, в подвале хранились пара бочонков с 'коктейлем Молотова', а разлить его в находящиеся там же, под видом товара, бутылки тонкого стекла, заткнув горлышки тряпьём, заняло буквально десять-пятнадцать минут. Нагруженная бутылками пятерка 'метателей огня' ушла к цели своей диверсии. 'Метатели' должны были начинать первыми. Перед уходам им и другим бойцам, раздали куски красной материи, пояснив, что при начале их нападения на противника они обязаны повязать больший кусок на шлем или голову, а меньший на предплечья правой руки, чтобы по ошибке не убить своего и чтобы штурмующие русские воины отличили их от, так же находящихся на стене, литвинов.

   И вот отряд малыми смешанными группами, под видом подкрепления проник в башню, на стену, по обеим сторонам от ворот, даже постреливали из принесенных мушкетов в сторону русских полков. Ожидая оговоренных сигналов для начала действий.