Читать онлайн «Генерал Кононов. Том I». Страница 11

И, действительно, думалось мне, сколько крови было пролито казаками в борьбе за свободу этой степи… Какой ценой отстаивалась ими эта свобода!

Царская власть, спекулируя именем Христа, не раз водила на Дон против «воров» и «антихристов» обманутую темную мужицкую Русь подавлять очаг свободы. Не раз скрещивались казачьи шашки с царско-боярскими войсками. Много было пролито казачьей Крови; за то не знало казачество позорного крепостного права; за то полной грудью дышали казаки, поливая своею кровью родную степь.

Красный царь, Сталин прикрывается идеей Маркса думал я, в революцию 1917 г. большевики спекулируя этой идеей бросили против казачества миллионные армии вновь обманутых рабов. Смяли и подавили казачество. И вот уже 25 лет пытками к расстрелами выкорчевывают дух казачий. Поредели ряды казачьи, но дух у нас не угас. И выявился он при первом же случае. Поднялись и взялись за оружие казаки. Дон отдает своих последних сынов на борьбу за свободу родных степей; на борьбу в ужасных обстоятельствах — в союзе с не менее жестоким врагом. Но замахнувшись на одного врага, думалось мне, нужно рубить до конца, а потом посмотрим…

В конце сентября наша сотня двинулась вслед за немецкими войсками. Сотню вел старый немецкий ротмистр — Шеллер, сменивший старшего лейтенанта барона фон Волькенхаузе, отозванного куда-то командованием.

В Ростове, перейдя на правую сторону Дона, мы двинулись черед Кубань на Кавказ. В это время немецкие войска достигли Северного Кавказа и бои шли где-то под перевалами у Красной Поляны и под Туапсе. Немцы прошли через Кубань по главным дорогам и многие казачьи станицы и иногородние села, отдаленные от главных дорог, и в глаза не видали немцев.

Наша сотня не спеша продвигалась параллельно главной дороге и заходила во многие глухие станицы. Жители Кубани, после бегства советских властей, растащили колхозное имущество и устраивали свое хозяйство как кто хотел — по своему. В больших станицах, где останавливались немцы, уже успели организоваться вооруженные казачьи отряды, которые несли полицейскую службу по охране станиц. Немецкие фронтовые части хорошо относились к кубанцам и поощряли их организацию. Кубанцы особенно приветливо встречали нашу сотню. Слух о нас далеко уходил вперед, причем страшно преувеличивалось наше количество. «Донцы идут, старший брат на подмогу идет, — разобьем, станичники, большевиков», — восторженно говорили кубанцы.

Обыкновенно при нашем приближении к станицам отряды вооруженных казаков, одетых кто во что горазд — кто в штатском, кто, Бог весть каким образом в сохранившейся черкесске, поджидали нас у въезда в станицу. Женщины и дети, сгорая от любопытства, толпились позади них. Встреча с кубанцами всегда сопровождалась радостными приветственными выкриками и веселыми шутками. Помню, сотенный балагур и весельчак, казак Иван Сусоев, подъезжая к толпе встречавших нас жителей станиц, спрашивал у толпившихся казачек:

«А что, бабоньки, далеколь отсель до советский власти?»

«А покатилась советская власть к такой-то матери!», «В Москву за песнями поехала советская власть» — отвечали какие-нибудь задорные казачки.

Смех и хохот сопровождали подобные шутки.

Останавливаясь на отдых, мы находили в каждой станице заботливый уход и полную чашу. Вечерами можно было слышать как захлебывались двухрядки, как разливались старинные казачьи песни, рассказывающие о казачьей вольнице, ее боевых делах и подвигах, о казачьей славе. Можно было повсюду видеть лихо пляшущих казаков и казачек. Воскресала Кубань, воскресала красавица из мертвых. Да, именно, из мертвых. Раздавленные гражданской войной 1918-20 г.г., а затем на протяжении многих лет систематически уничтожаемое Сталиным кубанское казачество в конце 1929 г. нашло еще в себе силы подняться на восстание против этого изверга. Восстание началось па Дону. Казаки станиц Кривлянской, Каргальской, Великокняжеской, Платовской и многих других, безоружные, только с вилами и топорами, поднялись на борьбу. Кубанцы также поднялись и в марте 1930 г., объединились с восставшими горцами Северного Кавказа, захватившими Моздок, Железноводск, Минеральные Воды, Майкоп и др. пункты. Перепуганный насмерть Сталин направил против восставших внутренние войска НКВД. Помимо этих войск на подавление восстания были брошены почти все части Северо-Кавказского военного округа. В подавлении восстания были использованы авиация и танки. Восстание было жестоко подавлено в океане крови. Повстанцев, вместе с их семьями, колоннами гнали по снежным дорогам раздетыми и босыми энкаведисты с собаками. Сгоняли к железнодорожным станциям, где стояли заранее поданные эшелоны из товарных вагонов без воды, печей, уборных. По 70-100 человек загоняли в вагоны, закрывали на замки и пломбировали. Окна в вагонах были забиты досками и сверху обтянуты колючей проволокой. Эшелоны мчали несчастных казаков в Сибирь, на Дальний Север. Кошмарный ужас творился в вагонах: холод, голод, плач детей и матерей, самоубийства, болезни и смерть. Оставшихся в живых выбросили в сибирском лесу и заставили строить бараки и землянки. Дети, женщины, старики без одежды и питания, падали и умирали, как мухи. Утром можно было видеть целыми семьями повесившихся на деревьях людей.

После расправы за восстание Кубань и Северный Кавказ так-же как и Дон — омертвели. Дикой травой заросли казачьи станицы. Мертвой тишиной и безлюдьем веяло от опустевших станиц. Сталин пополнил казачьи станицы переселенцами из центральной России. Жалкие остатки казаков, вместе с прибывшим народом, стали молчаливо влачить свое голодное и жалкое существование и колхозах.

Вот почему, глядя на пробуждающуюся вновь жизнь, на песни и пляски казаков, можно было с полным правом назвать Кубань воскресшей из мертвых. Казачьи старинные песни, былины, рассказываемые старыми казаками, все больше и больше напитывали молодых казаков казачьим духом, казачьей нержавеющей кровью и делали из них таких-же казаков, какими были их отцы и деды — непримиримыми ни с каким насилием, ни с какой неволей, безгранично любящими свободу, на которой зиждилось и создалось казачество.

Веселилась Кубань. О советской власти никто и не думал… Омрачение наступило позже, — после прихода гитлеровской администрации. Правда, последняя относилась к населению казачьих областей гораздо лучше, чем к населению других оккупированных областей СССР. Очевидно по приказу свыше. В станицах, по традиционному демократическому казачьему обычаю, избиралась станичная власть в лице атамана и местной администрации. Но вся эта «казачья власть», сразу же попадала под строгий контроль немцев и всецело от них зависела. Сталинских «губернаторов» заменили гитлеровские.

Пройдя через Майкоп, наша сотня была направлена к Туапсе, а затем после некоторых боевых операций, переброшена в район Красной Поляны — под перевалы.

Почти всю зиму 1942-43 годов пришлось нам и этой горной местности вести изнуряющие бои с советскими партизанами. Немцы не были приспособлены и не желали вести какую-либо существенную борьбу в горной местности и, как правило, для борьбы с засевшими в недоступных аулах партизанами немцы использовали добровольческие части Кубанских и Терских казаков, а также добровольческие части, сформированные из местных народностей Кавказа. В начале войны советские партизаны представляли собой элемент чисто сталинской продукции, состоящий из энкаведистов, и просто фанатиков служивших Сталину за привилегии. (Гораздо позже, когда народы СССР поняли цели Гитлера, ряды советских партизан наполнились честными людьми). Часть из них просто не успела во время уйти, часть была преднамеренно оставлена по заданию Сталина. Вообще-же эти люди были пришлыми в казачьих и кавказских краях. Они были элементом, которым в 1930 году было подавлено казачье-кавказское восстание и им же позже терроризировалось местное население. Короче говоря, это была банда оккупантов, присланная Сталиным, которая путем террора и насилия держала в своих руках побежденные, свободолюбивые народы.

Приход немецких войск на Кубань и Северный Кавказ представил возможность вновь разгореться в этих местностях гражданской войне, которая, фактически, не прекращалась до конца 1942 года. т. е. до прихода немцев.

Противо-сталинские силы на этот раз состояли не только на тех, которые в 1918-20 годах боролись против большевиков (этого элемента было очень мало, — Сталин давно уже уничтожил его почти целиком, оставалось лишь небольшое количество стариков), но из элемента, который веря в идею коммунизма в гражданскую войну 1918-20 г. г. боролся на стороне большевиков. И, уже, конечно, противо-сталинские силы в подавляющем большинстве состояли из нового, выросшего при советской власти, поколения.

Однако, гитлеровцы не имели своей целью развязывать эту войну в полной мере и сдерживали ее в таких рамках, чтобы после победы над СССР можно было легко ликвидировать и тех кто боролся за свою свободу. Для добровольческий частей кавказа уже в зиму 1942 года было совершений ясно, что проводимая здесь гитлеровцами политика, преследующая якобы освобождение народов Кавказа от «русского» империализма и воссоздание самостоятельных независимых от России государств Кавказа, оказалась явным обманом. Обман подтверждался тем, что все стремления народностей Кавказа создать свои собственные, независимые от немцев национальные вооруженные силы, не допускались немцами. Допускалось лишь определенное, весьма ограниченное количество добровольческих отрядов, возглавленных немецкими офицерами и к тому-же, разбросанных между немецкими подразделениями. Секретный приказ Гитлера № 2\15 переставал быть секретным.