Читать онлайн «Арабо-израильские войны 1956,1967: Дневник Синайской компании. Танки Таммуза». Страница 114

— Больше негде, полковник, — ответил доктор. Комбриг искал места, где бы устроить свою передовую группу управления, но Гиват-Хаем слишком сильно обстреливался. Приходилось ехать дальше.

— Вперед! — скомандовал полковник водителю своей командирской бронемашины. Она вернулась на направление движения, обходя ехавшие по дороге бронемашины, иногда едва не заезжая на тянувшиеся с двух сторон минные поля. Доктор Глюк посмотрел вслед удалявшемуся комбригу, а затем вновь занялся ранеными.

Танковый батальон под командованием Биро уже пересек границу Сирии.

Бригаде «А» предписывалось прорваться через Гиват-Хаем, захватить укрепленные позиции Зауры, выйти на дорогу к Массаде и изготовиться к продвижению к Кунейтре. Поскольку действовать приходилось днем, возглавлять колонну должны были танки батальона А-112 подполковника Биро. Ему предстояло овладеть вражеским рубежом обороны в Наамуше и территорией выше оборонительных позиций Зауры. Танковая группа «В» (не под командованием Биро) получила задание захватить верхние оборонительные позиции Зауры, а батальон мотопехоты — нижние.

Глядя на Голанские высоты из долины Иордана, невольно приходится закидывать голову. Во многих местах холмы, казалось, стоят стеной. В этой стене насчитывается несколько «дверей» — проходов, пролегающих через ущелья, но ни один из них не сулит легкого подъема. Так или иначе моторизованные колонны атакующих вынуждены придерживаться нескольких асфальтовых дорог и проселков, и, конечно, на них сирийцы возвели свои главные, по-настоящему грозные оборонительные рубежи. Повсюду среди скал прятались в орудийных окопах пушки, торчали доты, таились минные поля; ждали незваных гостей надолбы, противотанковые рвы; даже подвалы построек в армейских лагерях использовались для оборудования в них огневых точек. Сирийцы не пожалели артиллерийских батарей и танков. Однако имелся один участок, не являвший совершенно непроходимым, располагался он между Кфар-Сольдом и укрепленной позицией противника на Тель-Азазиат. Здесь горы не отличались особой крутизной и неприступностью. Командующий Северным командованием, генерал Давид Элазар, избрал для прорыва именно этот участок, который выведет атакующих на сторожевую дорогу, связывающую позиции противника, и дальше к Зауре.

Дорога соединяла Тель-Азазиат, Гур-эль-Аскар, Наамуш, Укду, Сир-Адиб, и Калаа. В Калаа, расположенной по обеим сторонам дороги на Кунейтру, сирийцы построили самые сильные укрепления. По плану предполагалось избегнуть фронтального столкновения в Сир-Адибе и Калаа. Таким образом, танковые части пройдут 1800 м по сторожевой дороге, свернут с нее за Укдой, отослав сильные блокировочные отряды на линию Укда — Сир-Адиб, выйдут на дорогу вдоль нефтепровода (посередине между Сир-Адибом и Заурой) и захватят Зауру. Овладев ею, атакующие зайдут в тыл Калаа, что обеспечит израильтянам более легкий проход на Кунейтру.

Выйдя на нефтепровод, танковые части должны проследовать дорогу, связывающую его со сторожевой дорогой, до того места, где она достигает Укды. Поскольку путь пролегал среди неубранных и уже сжатых полей, найти его было особенно трудно, и майор Мокади назначил уроженца Галилеи Дании проводником в разведроту. Нелегкое задание Дании заключалось в том, чтобы вовремя найти дорогу, так чтобы танки Биро свернули налево до того, как достигнут Сир-Адиба и подставятся под пушки сирийцев в Калаа.

Сирийцы начали обстреливать бригаду уже во время ее выдвижения к Гиват-Хаем. Первыми — на джипе и полугусеничной бронемашине — через границу предстояло идти разведчикам под командованием майора Мокади. Когда они обсудили план атаки, комбриг, полковник Альберт, высказался за направление маленькой разведгруппы, самое большое из восьми человек, которые, в случае необходимости, проведут к сторожевой дороге всю бригаду. Полковник Альберт даже предлагал обсудить возможность высылки пешей разведгруппы, которая отыскала бы в скалах проход и дорогу для бронетехники. Он также решил, что в разведгруппу войдут только добровольцы.

За джипом и полугусеничной бронемашиной шел батальон подполковника Биро, возглавляемый ротой лейтенанта Нати, который сам ехал на головном танке. Биро находился в пятом танке колонне.

Они преодолели минное поле через проделанный в нем саперами проход, вышли на сторожевую дорогу и направились на юг. Очевидно, рейды авиации Израиля на вражеские оборонительные позиции, проведенные Северным командованием по просьбе полковника Альберта, ослабили боевой дух сирийцев. Первый опорный пункт, Гур-эль-Аскар, не оказал сопротивления. Танки Нати обстреляли его и продолжали продвижение вместе с разведгруппой, вернувшейся, чтобы показывать дорогу. Достигнув второго опорного пункта, Наамуша, Нати рассредоточил один взвод для прикрытия наступления роты и с оставшимися танками роты быстро захватил вражеские позиции. Разведгруппа майора Мокади теперь двигалась позади первых пяти танков, сразу за «Шерманом» Биро.

В Наамуше рота лейтенанта Нати должна была поменяться местами с ротой Илана, которой предстояло идти впереди при взятии следующего рубежа. Но рота Илана с трудом находила путь среди базальтовых скал и запаздывала. Она на километр отстала от роты Нати, который шел на полной скорости и уже миновал Наамуш. Два первых опорных пункта врага не оказали серьезного сопротивления, если не считать пулеметного огня и гранат, да противотанковых пушек, которыми израильтян встретили в Наамуше. Однако танкисты уничтожили пушки с дистанции 400 м до того, как те сумели пристреляться. До сих пор рота Нати не понесла потерь.

— Все просто — как на учениях. Прошу разрешения на продвижение. Прием, — радировал Нати комбату.

— Нати. Это Биро. Понял. Идите. Конец связи, — откликнулся Биро.

Не успели, однако, первые танки проследовать Наамуш, как оказались под огнем противника с позиций Укды. В каком-то смысле маршрут походил на коробку-сюрприз, открыв крышечку которой, обнаруживаешь коробочку поменьше, чтобы, открыв и эту, найти третью, еще меньшую, и так далее. Только здесь все получалось наоборот — первая «коробочка» была самой маленькой, а последняя — самой большой. После Гур-эль-Аскара следовал Наамуш, после Наамуша — Укда. Лейтенант решил, что должен взять Укду, атакуя колонной, так как рельеф местности не позволял рассредоточиваться и маневрировать.

После Наамуша танковому батальону предстояло повернуть налево, на проселок, через который лежал путь к нефтепроводу и на Зауру. Когда неприятель принялся палить по израильтянам из Укды, в джипе разведки вспыхнул горячий спор. Майор Мокади, изучивший карту в деталях и знавший каждый ее миллиметр, утверждал, что узкая тропа, обнаруженная только что, — именно то, что они ищут, но разведчик Дании, родившийся в Галилее и более полагавшийся на свой инстинкт и знание местности, чем на карту, уверял, что они еще не добрались до поворота и должны двигаться дальше по сторожевой дороге.

— Биро. Это Нати. Где сворачивать налево? Прием, — обратился лейтенант к комбату, который взял на себя корректировку огня по позициям Укды. Останавливать продвижение было нельзя, поскольку танки превратились бы в легкие мишени, и Биро подгонял своих людей, требуя от них двигаться быстрее и быстрее, чтобы атака не потеряла набранную скорость.

— Нати. Это Биро. Я сейчас проверю, — отозвался комбат. Лейтенант слышал, как он связывался по рации с разведгруппой в джипе, спрашивая, где сворачивать.

— Биро. Это Мокади. Сворачивать налево надо здесь. Дорога слева. Прием, — доложил майор Мокади.

— Биро. Это Дании. Левый поворот не здесь. Дорога дальше. Надо двигаться дальше. Прием, — возразил Дании.

Спор этот происходил под интенсивным огнем, который противник вел с малой дистанции, и до того, как Биро успел ответить Нати, тот сделал выбор и, точно влекомый магнитом, двинулся под огонь, которым сирийцы поливали его роту. По некоторым причинам лейтенант больше полагался на Дании, хотя, возможно, все равно не оставалось другого выхода, как вступить в боевое соприкосновение с неприятелем в Укде, обороняемом ротой опорном пункте на первом уровне Голанской «стены», которая возвышалась над Кфар-Сольдом примерно метров на пятьсот.

Сторожевая дорога обходила Укду слева. Соответственно, Биро приказал Нити повернуть пушки вправо и открыть огонь, проходя мимо вражеского опорного пункта. Он хотел быстро проникнуть на максимальную глубину и стремился не к зачистке позиций, а к тому чтобы обойти их. Только позднее инженерно-саперные части бригады придут и подчистят за танкистами.

Когда танки прошли Укду, перед ними возник очередной рубеж, на котором размещались противотанковые орудия и танки, а в нижних этажах строений имелись долговременные огневые точки. На карте была отмечена хорошая дорога на Зауру, и, когда они оставили Укду за спиной, Биро заметил нечто похоже на хорошую дорогу. Это навело его на мысль, что новый опорный пункт перед ними — Заура, овладев которой они окажутся на господствующей позиции.