Читать онлайн «Творчество; Воспоминания; Библиографические разыскания». Страница 82

В записках Д. П. Маковицкого зафиксировано следующее признание писателя: "В старости читать про любовь скучно. У французов романы загромождены любовными сценами... У англичан - Диккенса, Теккерея описаны спорт, парламент и другое" (Э 920).

Попытку сопоставить социально-психологические романы "Анна Каренина", "Мадам Бовари" и "Ярмарка тщеславия" предпринял Джон Мерсеро-младший в статье "Теккерей, Флобер, Толстой и психологический роман". Ведущим приемом создания характеров у Теккерея Мерсеро считает "стилизацию", сходную с техникой "причуд" романа XIX столетия: "...Манера и писательские приемы в "Ярмарке тщеславия" сильно напоминают Филдинга или даже Смоллета. Как роман нравов, "Ярмарка тщеславия" имеет такую же основную структуру, что и старый плутовской роман" {Ibid. P. 500}. Сопоставляя теккереевских персонажей с героями произведений Толстого, Мерсеро отдает предпочтение русскому писателю, считая, что образы "Ярмарки тщеславия" "плоски" (flat), как бы лишены глубины и объемности: "Бекки никогда не меняется кардинально, ее характер представляет ряд качеств и ряд настроений" {Ibid. P. 506}. Толстой, замечает критик, не только повествует, но и "изображает или показывает своих героев и события, в которых они участвуют". Он раскрывает эмоциональное состояние героев, выявляя таким образом те области сознания, которые недоступны для постороннего наблюдения. Сочетание "плоских" и "объемных" (round) характеров присуще Теккерею, Толстому и Тургеневу, в повести которого "Дым", например, только Ирина и Литвинов наделены физической и психологической реальностью.

Интересные сопоставления эстетических взглядов и творчества Теккерея и Толстого проводит профессор Оксфордского Мертон Колледжа Джон Кэри в книге "Теккерей: расточительный гений" {Carey J.Thackeray: Prodigal Genius. L., 1977. - P. 92.}. Автор отмечает сходные моменты в неприятии обоими писателями некоторых форм символики и условности в литературе и искусстве. Оба с большими оговорками принимали жанр трагедии, которая навязывала неизменный, предопределенный взгляд на мир. Как и Толстой, Теккерей считал трагедии Шекспира перенасыщенными и неправдоподобными, "Короля Лира" находил скучным, особенно эпизод, когда тот проклинает дочерей, что напоминало Теккерею "душераздирающие проклятия" в Книге Псалмов {Ibid. P. 97.}.

В 1836 г. Теккерей опубликовал под псевдонимом Теофила Вогстафа серию рисунков, изображающих сцены из балета Дидло "Флора и Зефир", в котором танцевали Мария Тальони и Перро. Главная цель Теккерея состояла в том, чтобы показать абсолютную абсурдность попытки двух взрослых людей передать человеческие эмоции, выделывая антраша в воздухе. Принять эти условности, убеждает нас Теккерей-сатирик, значит отказаться от естественности и простоты. О том же говорит и Толстой в сцене посещения Наташей оперы. Ей становится стыдно и неловко от того, что она видит на сцене, она воображает, что и публика чувствует фальшь. Аналогичный эпизод встречается у Теккерея в ранней повести "Дневник Кокса". Кокс и его жена никогда не бывали в театре, и в первый свой приход, так же как и Наташа, поражены притворством и аплодисментами. Прозаичное перечисление Коксом фиглярств на сцене в определенной степени созвучно толстовскому описанию. Но структура этого фрагмента у Теккерея иная: если Толстой представляет неиспорченный взгляд Наташи как единственно правильный, то Теккерей избирает своим простодушным зрителем грубого и невежественного Кокса, чье мнение мы не можем ни полностью разделить, ни полностью отвергнуть. Следует добавить, что аналогичные мысли о балете Толстой высказал также в 1898 г. в первых главах трактата "Что такое искусство?".

В необычном ракурсе Кэри освещает проблему изображения войны в романе Толстого и в "Ярмарке тщеславия". Описание Толстым военных событий не находят параллелей у английского писателя. "Ярмарка" построена вокруг "грохочущей пустоты": гром пушек слышен на улицах Брюсселя, город наводняется слухами и дезертирами. Позже просачиваются кое-какие сведения о том, как вели себя в битве герои книги. Впрочем, и у Теккерея было намерение сражение при Ватерлоо ввести через восприятие Доббина или Родона Кроули, он обращается к Мюрею с просьбой прислать "Историю Ватерлоо" Г. Р. Глейга, но в окончательном тексте этих сцен нет. Причины, по которым Теккерей "обескровил" свой роман, понятны. Его жизненный опыт не был так богат, как у Толстого. Если последний сражался на Кавказе и в Севастополе, то Теккерей едва ли держал ружье. Эти рассуждения Кэри представляются, однако, несколько наивными. Если Толстой создал огромную фреску с многочисленными деталями, то Теккерей по преимуществу предлагает отдельные рисунки. Наибольшее отличие двух романов заключается во взгляде на мир. Толстой верил в фундаментальную "хорошесть" человечества. Шедевр его - гимн жизни. Роман Теккерея суров, скептичен, наполнен горечью... И все же это единственный английский роман данного периода, который по теме и диапазону выдерживает сравнение с "Войной и миром" {В приемах описания войны к эпопее Толстого, по мнению Кэри, ближе всего роман "Барри Линдон" (р. 190). Можно оспорить параллель, касающуюся трактовки образа Наполеона Толстым и Теккереем. Нельзя согласиться и с определением авторских отступлений Толстого как бессвязных историко-философских размышлений, искуственно вставленных в роман (р. 189, 194, 195).}.

В постановке ряда принципиальных вопросов эстетики взгляды Толстого находят точки соприкосновения с теоретическими концепциями Теккерея. Оба писателя не признают абсолютных истин. Почти все оценки Теккерея и Толстого основаны на сопоставлении литературы с жизнью, т. е. все эстетические положения проверяются жизненной практикой. Литература должна быть верна жизни - таково твердое убеждение английского писателя, аналогичные высказывания встречаются и в трактатах Толстого об искусстве. Отправным моментом как в эстетике Толстого, так и в суждениях Теккерея является положение, что реалистическое искусство заключается в том, чтобы изображать подлинную действительность, передавать правду. В "Севастопольских рассказах" Толстой сформулировал свой знаменитый принцип, которому он не изменял ни на йоту: "Герой же моей повести... всегда был, есть и будет прекрасен - правда" (4, 59). Подобных, отнюдь не декларативных высказываний у писателей множество, нет необходимости цитировать их, важно отметить, что освоение мира Толстым и Теккереем было эстетическим освоением мира. Оба они первостепенное значение придают и другому критерию искусства. "...Простота необходимое условие прекрасного, ...прекрасное должно быть просто", провозглашает Толстой {Гольденвейзер А. Б. Вблизи Толстого. М., 1959. С. 313.}. Того же мнения придерживается и Теккереи, требующий от литературы "мужественной и честной... простоты".

Некоторая близость взглядов Толстого и Теккерея проявляется и в отрицательном отношении к романтизму, "изысканной" литературе. Подчеркивая известное сходство эстетических взглядов Теккерея и Толстого, необходимо отметить и то, что их разделяет. Английскому писателю чужда христианская этика, тогда как, по Толстому, искусство должно быть "орудием перенесения религиозно-христианского сознания из области разума и рассудка в область чувства" (30,234). По-разному объясняли причины недоступности народу величайших произведений культуры Теккереи и Толстой. Оба утверждали и отстаивали принципы подлинного реалистического искусства, но различие в философских взглядах, а также различие эпох, естественно, наложило свой отпечаток. Отношение Толстого к Теккерею помогает понять формы и содержание развития реализма и является примечательной страницей русско-английских литературных связей.

С. Э. НУРАЛОВА

ЗАПИСКА ТЕККЕРЕЯ И.С. ТУРГЕНЕВУ

История взаимоотношений двух великих писателей И. С. Тургенева и У. М. Теккерея представляет собой интересную страницу русско-английских литературных связей XIX в. Трудно восстановить доподлинно картину их недолговременного знакомства из-за недостатка точных сведений. Но, тем не менее ясно, что в целом литературные, да и просто дружеские контакты между ними не установились.

Во время трех поездок в Англию (1857, 1858, 1859 гг.) Тургенев, по-видимому, несколько раз встречался с Теккереем. Возможно, что первая встреча произошла 11 июня 1857 г. на обеде у видного английского литературного и общественного деятеля Ричарда Милнза, любившего собирать прославленных знаменитостей в своем салоне {Данные приводятся по книге Waddington P. Turgenev and England. L., 1980. P. 48. В богатой фактическим материалом монографии новозеландский литературовед гипотетически восстанавливает содержание разговоров двух писателей (п. 51-55, 73-76).}. На обеде присутствовали Теккерей, Дизраэли, Маколей и еще мало тогда известный в Европе Тургенев (в Англии, например, его знали только по плохо переведенным "Запискам охотника"). Впервые о своем знакомстве с английским романистом Тургенев упомянул в письме к П. В. Анненкову от 27 июня (9 июля) 1857 г.: "...был в Англии - и, благодаря двум-трем удачным рекомендательным письмам сделал множество приятных знакомств, из которых упомяну только Карлейля, Теккерея, Дизраэли, Маколея..." (Э 718, с. 123). Через неделю в письме к М.Н. Толстой от 4 (16) июля, Тургенев высказывается более определенно: "...сделал множество знакомств (между прочим, я был представлен Теккерею, который мне мало понравился)" (Э 718, с. 129). Причину своего отрицательного отношения он позже объяснял так: "...автор "Ярмарки тщеславия" - увы! - сам весь заражен осмеянным им пороком" (Э 243). В апреле 1858 г. Тургенев вновь приезжает в Лондон. 16 (28) апреля он присутствовал на обеде в Обществе английского литературного фонда, о котором позже написал статью для дружининской "Библиотеки для чтения" (1859, Э 1). Соседом Тургенева по столу значился Теккерей, однако он отсутствовал по болезни. И все же 9 мая 1858 г., согласно дневниковой записи Теккерея, единственной отметке его знакомства с Тургеневым, встреча произошла {Thackeray W. M. The Letters and Private Papers: In 4 vol./Ed. by G. N. Ray. Lo; Cambridge. Mass., 1946. Vol. 4. P. 392.}. Писатели встретились в доме Теккерея на Онслоу Сквэйр.