Читать онлайн «Ковчег // №1». Страница 8

4.2. Как и когда-то Василид и Валентин, Кроули и Серрано подчеркивают половую неразделенность, андрогинность или гермафродитизм высших божественных сущностей (Бога, Эонов, Архонтов). Как и для ранних гностиков, для современных эзотерических фашистов сотворенный материальный мир полностью и целиком принадлежит злу («Космос – творение бога слепых» у Симона Мага или «худой выкидыш» у Василида – по смыслу то же самое, что и «абортированный ублюдок Демиурга» у Серрано).

4.3. У Симона Мага и Валентина высшее божество эманирует Мысль (Софию). Мысль, желая сама проявить творческую потенцию, способствует успеху Демиурга («самонадеянной твари с мордой льва – Иалдабаофу») и порождает материальный мир, но затем оказывается плененной своими порождениями. У Серрано «дьявольский плагиатор Демиург», воспользовавшись слабостью или ошибкой Сатурна-Кроноса-Времени, разбил изначальное Единое, первичное неразделенное космическое Яйцо, и создал материальную, механическую, гравитационную «концентрационную Вселенную», в которой оказался пленен и сам Сатурн.

4.4. И Симон Маг, и Карпократ, и Валентин, и Маркион (и точно так же Кроули и Серрано) подчеркивают, что греховный злой мир возник именно в результате разделения исходной безгреховной божественной целостности. Падение из андрогинности в разделение полов, в разделение духа и материи, жизни и смерти, света и тьмы – вот самые злые дела творения, главные преступления Демиурга.

Выход из этого зла – через передаваемое откровением и озарением тайное знание истины, и прежде всего истины неразделенности и присутствия полюсов друг в друге. В гностическом «Евангелии от Филиппа» читаем: «Свет и тьма, жизнь и смерть, добро и зло, правое и левое – братья друг другу». «Когда Ева была в Адаме – не было смерти. Отделилась от него – появилась смерть. Снова войдет в него – смерти не будет». А Кроули пишет в «Книге Закона» о нераздельном двуединстве высших мужской и женской божественных сущностей – Хадит и Нюит, и подчеркивает, что для познавших эту нераздельность – «нет добра и зла».

4.5. «Трактат о душе» Симона Мага сообщает, что гнозис – особое знание, передающееся в мистическом сексуальном акте. А Кроули в своих трудах, включая главную «Книгу Закона», уделяет огромное значение сексуальной (и, в том числе, гомосексуальной) магии.

Кроули, как и его предшественник Симон Маг почти 2000 лет назад, всегда возил с собой Великую Блудницу. Симон называл эту блудницу по имени Елена воплощением павшей Божественной Мысли и единственным способом соединиться с истинным Богом. А Кроули подчеркивал, что божественное Солнечное Слово принимается и передается жрецом-Зверем не непосредственно, а через Багряную Жену (она же Вавилонская Блудница Апокалипсиса, или Бабалон, или Папесса) в ходе полового акта, «ибо без женщины нет силы у мужчины».

Приписываемое Валентину «Евангелие истины» утверждает: «Тот, кто познал истину – свободен. Он – не творит греха». Кроули вторит ему: «Живущий по закону воли – не творит греха. Делай, что изволишь».

4.6. У последователей Симона Мага главная задача, которую решает посвященный, – собрать искры божественной Пневмы в Плерому, в целое. У Кроули лишь проявление сокрытых частиц Нюит и Хадит превращает человеческое ничтожество в микрокосм, тождественный макрокосму, в Единое. У Серрано, как и у его предшественников в эзотерическом гитлеризме, главная задача Посвященных – собирать, концентрировать, не рассеивать разбросанные по высшим и низшим расам человечества капли священной арийской крови, восходящие к Единому.

4.7. Как собирается «рассеянное священное» (будь то пневма, священная кровь или божественное семя) в целое, в полноту, в Единое? Как правило – через особым образом магически и ритуально организованную смерть.

У Маркиона и его последователей это обычно смерть всего материального, телесного во имя идеального, духовного – через пресечение продолжения рода, через аскетическую магию и прекращение жизни в будущих поколениях (что и приводит к собиранию искр пневматических человеческих душ в Непроявленном Бытии).

Отсюда принцип безбрачия и у Маркиона, и у многих более поздних радикальных гностиков (включая значительную часть богумилов, катаров и др.) Но отсюда же и ритуальный гомосексуализм в очень многих гностических сектах от ранних веков христианства через средневековье вплоть до настоящего времени.

Гностический апокриф «Евангелие от Марии Магдалины» сообщает: «Главное деяние – избавиться от бремени злой материи и уйти в блаженное небытие». Василид пишет, что «пневматик, слагая с себя бренные одежды плоти, отдает негативные качества своей материи планетам и поднимается по сферам архонтовым, пока его пневматическая искра не сольется с Плеромой».

Кроули говорит: «… Смерть – это и есть блаженное слияние Хадит и Нюит… Рабам лучше всего умереть – тогда у них будет шанс родиться заново свободными. Так что, со всей добротой, христиан – львам». А в одной из версий популярного у современных сатанинских сект (не скрывающих своих гностических корней) «Евангелия Люцифера» – изрекается: «Смерть, сестра наша, приди и возьми лучших из времени в вечность».

Подчеркну, что тема противопоставления времени проявленного мира и вечности мира непроявленного – у гностиков постоянно сопрягается с темой смерти. У Василида встречаем в качестве цели – смертью разорвать цепь судьбы и законов греховного мира, победить время ради вечности. У Серрано цель эзотерического гитлеризма – вырвать Сатурна-Кроноса из череды кругов времени, уничтожить «проявленную жизнь» ради вечности.

Таким образом, в «параллельной цивилизации» радикального гностицизма культ смерти как единственно истинной антитезы «цивилизациям жизни» – воспроизводится по крайней мере в течение двух тысячелетий. И, как представляется, приведенные сопоставления показывают, в чем состоит онтологическая суть тех собственных гностических смысловых ядер Запада, в которые и через которые идет инфильтрация в Запад вируса «цивилизации смерти».

5. Ультрагностицизм и «вирус Востока»

Не менее важно то, что инфильтрация этого гностического вируса идет чаще всего именно с Востока. И здесь важно попытаться показать – почему и как.

Например, манихейство, будучи уже в IV веке практически уничтожено и в Европе, и в Сассанидском Иране (Мани был казнен зорострийскими жрецами еще в 270 году), – на Востоке сохранялось в качестве мощной и политически и идеологически влиятельной секты еще по крайней мере тысячелетие.

Именно Восток, и в том числе исламский Восток (никогда не боровшийся, в отличие от христианства и иудаизма, с гностиками всерьез, поскольку считал их «людьми Книги») – сохранил, вплоть до новейшего времени, и даже инкорпорировал в свои эзотерические доктрины (например, у исмаилитов) очень многие гностические элементы. Здесь, видимо, и эманационизм, и общее представление о небожественной сути христианского бога, и общий с гностиками антисемитизм, и особые представления о возможности и необходимости «правильной смерти», роднящие гностицизм с шахидизмом.

Но речь не только об исламском Востоке. Восток эзотерического буддизма и индуизма, и особенно их радикальных тантрических сект, – пропитан собственной специфической «окологностической» мистикой, и в том числе мистикой ритуального ухода из материального мира через собственную смерть или человеческие жертвоприношения. Не случайно ключевой центр оккультного гитлеризма «Анэнербе» настойчиво искал (и находил) родственные гностические традиции «священной смерти» прежде всего на Востоке – в тибетском Бон-по, индуистской тантре, тайных доктринах Японии, радикальных исламских сектах.

И не случайно всплески гностических ересей и «гностические эпидемии» разной степени радикальности (вплоть до наиболее нас интересующего ультрагностицизма ритуальной смерти) – вспыхивали на Западе в моменты исторического усиления восточных влияний.

На рис. 3 представлена попытка схематически описать историческую развертку «гностических эпидемий» на Западе в связи с такими восточными влияниями.

Рис. 3. Схематическая историческая развертка основных инициирующих гностических импульсов в цивилизации совокупного Запада.

Хотя в Европе гностицизм и существовал длительное время на смысловой периферии, он, как уже было сказано, неоднократно взрывался мощными ересями – богумилы, ариане и т.д.

Первый после становления христианства мощный всплеск гностических идей в Европе (в особенности – в южной Европе) дала эпоха крестовых походов. После них принесенная рыцарями на родину эллинистическая и восточная ученость оказалась буквально «пропитана» гностикой.