Читать онлайн «Дело «Норильский никель»». Страница 123

В компетенции Анатолия Чубайса и подчинённой ему команды разработчиков механизма приватизации промышленных предприятий и объединений (концернов) России были как административно-властные рычаги, так и нормотворческие полномочия, чтобы обусловить наступление полной приватизации ОАО «Норильский комбинат», осуществлённой через полную приватизацию РАО «Норильский никель», встречным обременением будущих полноправных частных собственников.

Не приходится сомневаться в том, что Анатолий Чубайс знал о готовящемся президентском указе, подписанном 28 октября 1994 года, и не мог не без оснований предполагать, что в итоге все активы предприятий акционированного и приватизированного концерна «Норильский никель», рано или поздно, окажутся сначала в управлении, а затем — в собственности Владимира Потанина. Равно как и активы ряда других юридических лиц, вошедших в состав ФПГ АООТ «Интеррос».

Следовательно, с 28 октября по 28 декабря 1994 года в распоряжении Чубайса было ровно два календарных месяца, чтобы проработать, нормативно урегулировать, обосновать и представить на подпись российскому президенту вариант получения Государством достойной компенсации за предоставленное право ОАО «Норильский комбинат» в дальнейшем эксплуатировать три месторождения сульфидных медноникелевых руд Норильского промрайона. Но этого не произошло!

Анатолию Чубайсу и руководимым им специалистам, безусловно, хватило бы этих двух месяцев, если, конечно, в своей деятельности они руководствовались бы принципом, что недропользование должно осуществляться в интересах людей, проживающих на соответствующей территории, и в интересах всего народа Российской Федерации. Но никак не в исключительных интересах Владимира Потанина и, чуть позже обозначившегося Михаила Прохорова, да ещё — малой горстки нанятых ими менеджеров.

Окажись тогда Анатолий Чубайс действительно достойным государственным мужем, готовым служить российскому народу, вынужденно и слепо полагавшемуся на кадровый выбор Бориса Ельцина, доверявшему «отцу-основателю» промышленной приватизации по-российски, лишь на одном примере переоформления недропользования на ОАО «Норильский комбинат» можно было бы избежать скорого обнищания десятков, а может быть, и сотен тысяч россиян.

Многое можно было бы принять за добросовестное заблуждение, порождённое добрыми намерениями, если бы так называемая «всенародная чековая приватизация» промышленной собственности, о которой в середине 90-х годов прошлого века довольно часто рассуждали соратники Чубайса, в соответствии с провозглашёнными лозунгами действительно прошла бы как всенародное перераспределение государственной собственности, а не как умело инсценированная афера, лишь прикрытая перед общественным мнением «фиговым листочком» благих намерений защиты демократии от якобы бродящего по России «призрака коммунизма» и хитроумными убеждениями в завтрашней лучшей жизни.

Чековая приватизация действительно носила всенародный характер в случаях, когда речь шла о передаче в частную собственность предприятий пищевой, текстильной, обрабатывающей промышленности, предприятий сферы услуг. Прозрачность народной приватизации присутствовала при изменении формы собственности проблемноубыточных предприятий, чьё производство нуждалось в обновлении, модернизации, а, следовательно, в значительных финансовых вливаниях, долгосрочных инвестициях с большим сроком окупаемости, иногда в привлечении рисковых частных капиталов зарубежных инвесторов.

Но там, где проходила приватизация государственных объединений добывающих отраслей промышленности, где блеск цветных и благородных металлов, запах качаемой из скважин нефти обещали громадные и лёгкие деньги, гарантировавшие роскошную жизнь и приобщение к сообществу крупнейших мировых магнатов, участвующих в глобальном дележе всемирного рынка сырья, всенародной приватизации не было вообще.

Предприятий и объединений (концернов) нефтедобывающей и горнодобывающей отраслей промышленности, подвергшихся полной приватизации, были в буквальном смысле единицы. Они просто терялись среди десятков тысяч других приватизированных государственных предприятий, но участие каждого из них в производстве внутреннего валового продукта России, главной строчкой экспорта которой являлся и является вывоз за рубеж добытого природного сырья и продуктов его переработки, несравнимо более значительно, чем всех предприятий других отраслей экономики страны.

По количеству государственных предприятий и промобъединений, полностью или частично переданных в частные руки, прошедшая в России приватизация по-Чубайсу была действительно всенародной.

По охвату действовавших источников добываемого природного сырья, в товарном виде легко и выгодно реализуемого как в России, так и за рубежом, по доступу к быстро получаемым и оборачиваемым финансовым средствам, по объёмам производства и его значимости для страны, прошедшая в России приватизация по-Чубайсу была однозначно олигархической (!).

Приватизацией самых крупных и доходных государственных промышленных предприятий и объединений (концернов) Анатолий Чубайс руководил лично, вероятно, опасаясь ненужной ему утечки информации, держа ответ лишь перед главой государства, действуя прямо по поговорке: «Пусть меньше, да лучше!».

Истинной же целью молниеносно проведённых в России приватизационных реформ было создание за предельно короткие сроки небольшой группы сверх всяких мер богатых физических лиц, каждого из которых первый российский президент поставил во главе акционированных и полностью приватизированных в пользу этих избранников крупнейших промышленно-отраслевых комплексов, добывавших природно-сырьевые ресурсы. Сделав, таким образом, из них настоящих капиталистов, получивших вдруг, откуда ни возьмись, право управлять многомиллиардными капиталами одних из лучших промышленных объединений России, ежегодные обороты товарной продукции которых редко снижались и снижаются ниже рублёвой планки, эквивалентной $ 4 миллиардам.

В ответ в качестве благодарственного жеста эта группа избранных россиян, объединённых в своеобразный олигархический клуб, обеспечила мощную финансовую поддержку агитационно-демагогической предвыборной кампании действовавшего тогда Президента России Бориса Ельцина, направленной на удовлетворение его желания по результатам «демократических» выборов лета 1996 года быть избранным на второй президентский срок. По результатам второго тура выборов Борис Ельцин действительно победил, став, согласно Конституции России 1993 года, полноправным главой государства.

По мнению Анатолия Чубайса, Борис Ельцин являлся авторитетнейшим лидером защитников молодой российской демократии от возможного коммунистического реванша, а прошедшая в России приватизация промышленных предприятий и объединений (концернов) была ценой этой демократии. Добавим от себя, — демократии вызывающе и неоправданно богатого меньшинства, оплаченной обманутым доверием людей и малообеспеченным, а иногда откровенно нищенским, существованием абсолютного большинства россиян!

Значит, весомой частью цены российской демократии являлось и то, что в результате «всенародной чековой приватизации» управление всеми производственными фондами и иными активами предприятий, входивших в концерн «Норильский никель», оказалось в руках Владимира Потанина и Михаила Прохорова, благодаря исключительно этому занявшим места в первых рядах деловой российской элиты.

Получаемые доходы от реализации цветных и благородных металлов, извлечённых из природного сырья, добытого в процессе выработки месторождений сульфидных медноникелевых руд Норильск-1, Тал нахского и Октябрьского, распределялись, да и сейчас распределяются, по усмотрению лишь этих двух «баловней судьбы».

В своих действиях и бездействиях российские олигархи руководствовались, да и сейчас руководствуются, побудительными мотивами, совершенно далёкими от интересов людей, проживающих на территории полуострова Таймыр и уж тем более далёкими от интересов всех россиян, вместе взятых.

Справедливости ради стоит отметить, что немногочисленные случаи олигархической благотворительности всё же имели место быть, сопровождаемые широким освещением в средствах массовой информации, как социальные инвестиции Владимира Потанина. И пусть за громкими словами чаще всего стояли очень небольшие, в сравнении даже с возможностями малого и среднего бизнеса центральной России, денежные средства, всё же они реально расходовались на решение конкретных человеколюбивых задач. Всё это, в комплексе с профессионально организованными рекламными кампаниями, определённо способствовало и способствует росту имиджа олигарха, как человека где-то даже душевного, понимающего чужие нужды, умеющего сострадать и иногда, когда есть необходимость и возникает на то желание, раскошеливаться на оказание материальной помощи страждущим.