Читать онлайн «Мир на взводе: пружина разжимается». Страница 43

Наконец, в доктрине Буша утверждается, что универсальных норм или правил, применимых ко всем государствам, не существует. А стало быть, США не подпадают под действие норм международного права, а также правил и норм, применимых ко всем остальным. Будучи доминирующим мировым государством, США не признают никаких правил, зачастую даже своих собственных. Управление миром, сохранение его стабильности и расширение его свободы требует, чтобы США вели себя иначе, чем все остальные. Это послужит не только национальным интересам США, но и интересам всех законопослушных государств (заинтересованных в сохранении мирового порядка).

Нет сомнения, что Соединенные Штаты считают, что они действуют в интересах мира, справедливости и процветания в мире. И практически во всех отношениях американская система имеет успех, создавая уникальный в глобальных масштабах уровень благосостояния[135]. Но представьте себе, что было бы, если бы какая-нибудь другая мировая держава вроде Китая или России действовала, исходя из убеждения в том, что: во-первых, ее миссия состоит в избавлении мира от зла посредством распространения того, что она считает своими универсальными ценностями; во-вторых, соображения безопасности диктуют необходимость превентивных войн; и, в-третьих, международные нормы, правила и законы применимы ко всем, кроме нее, потому что мировой порядок требует, чтобы она действовала отлично от прочих государств. Разве мы не сочли бы такую державу ревизионистской?

В мире все больше говорят о возвращении «реальной политики». После безмятежного периода глобализации 90-х и ожесточенной борьбы с терроризмом в начале 2000-х на первый план снова выходят интересы великих держав и большая геополитика.

Это широко распространенное мнение точно резюмировал Уолтер Рассел Мид: «Идет ли речь о захвате Крыма Россией, агрессивных притязаниях Китая на прибрежные территории, проведении Японией все более жесткой политики или попытках Ирана занять доминирующее положение на Ближнем Востоке за счет союза с Сирией и «Хезболлой» – все это свидетельства того, что вышедшие из употребления силовые методы возвращаются в международные отношения»[136].

С точки зрения многих аналитиков, нарастающая конфронтация – это не что иное, как проявление конфликтных настроений, связанных с изменением миропорядка, доминирующую роль в котором играют США. Именно в этом заключается смысл широко распространенной точки зрения о конце однополярного мира и формировании многополярной, гораздо более конфликтной системы. В развитие этой идеи приводят сравнение с 1914 годом: подъем современного Китая отождествляется со стремительным развитием Германии накануне Первой мировой войны.

Впрочем, некоторые эксперты считают такой подход алармистским. По их мнению, либеральный мировой порядок достаточно прочен и способен инкорпорировать в свои ряды новые страны. По мере развития таких быстрорастущих экономик, как Китай, пишет Джон Икенберри, «у них появляется необходимость отстаивать все большие объемы активов, что, в свою очередь, приводит к еще более глубокой интеграции в существующий миропорядок»[137].

Детальное рассмотрение вопроса о балансе сил позволяет составить точное представление о ситуации в мире. Реальная политика определяется, с одной стороны, соотношением между материальными ресурсами и возможностями тех или иных стран, что на современном языке называется «жесткой силой», а с другой стороны – их влиянием и способностью достигать желаемых результатов. С этой точки зрения речь вовсе не идет о «возвращении» к политике с позиции силы. «Силовой» подход использовался во все времена. Окончание холодной войны, распад Советского Союза и последовавшее в 1990-е годы расширение сферы влияния ведомого США альянса западных стран вовсе не привели к отказу от политики с позиции силы. В своем перечислении случаев применения «силовых методов» Уолтер Мид забыл упомянуть страну, которая постоянно действовала таким образом. Речь идет о Соединенных Штатах Америки. Особенность современного периода заключается в том, что применение «силы» становится более явным, жестче стала и реакция стран на те или иные ее проявления. В притязаниях Китая на новые морские территории или в его позиции относительно присутствия США в Азии нет ничего нового. Нет ничего нового и в недовольстве России приближением НАТО к ее границам. И правительства этих стран готовы настойчиво отстаивать свои интересы.

Сторонники идеи о «возвращении реальной политики» правы в том, что касается вероятности нарастания конфронтации. Особенно если ведущие державы, несмотря на возрастающие проблемы, не откажутся от своих притязаний на глобальное господство. В то же время многие эксперты игнорируют наличие препятствий, в силу которых проведение каких-либо аналогий с прошлым абсолютно несостоятельно.

Можно выделить три таких ограничивающих фактора: в настоящее время происходит смещение, а не смена центров власти. Развязывание крупномасштабной войны между ведущими державами исключено. Такое столкновение не может служить эффективным средством изменения системы. Многочисленные международные организации создают для стран, претендующих на расширение своего влияния, невиданные ранее преграды. Совокупность этих факторов ограничивает возможности государств, которые недовольны существующей расстановкой сил, и закрывает путь для любых попыток ее изменения.

Заявления о конце или скором исчезновении однополярного мира уже стали банальностью. По словам Кристофера Лейна, «система международных отношений переживает переходный период от однополярного мира. По мере ослабления доминирующей роли США на смену миропорядку, установившемуся после 1945 г., так называемому Pax Americana, придет новый миропорядок, который еще не приобрел конкретных очертаний»[138]. Под такими заявлениями подразумевается, что грядут исторические перемены, в результате которых вся система в корне изменится[139]. В реальности все гораздо сложнее. С середины 1990-х годов доля Соединенных Штатов в мировом ВВП постепенно снижалась. Однако экономический рост Китая и упадок союзников США следует считать гораздо более существенным.

Другими словами, захватившая умы политиков и экспертов идея смещения центров власти сводится к стремительному экономическому развитию Китая. Как показано ниже, на рис. 2, если бы Китая не было, или если бы по динамике экономического роста с 1990 года Китай напоминал Японию, мысль об упадке США никому бы даже в голову не пришла.

Дело не в появлении стран с быстрорастущей экономикой, БРИКС, подъеме Востока или каких-либо других сил, а в стремительном экономическом росте Китая. Эту страну можно отнести к отдельной категории, поскольку она отличается от великих держав и других стран, претендующих на такой статус тем, что является единственным государством, имеющим реальный шанс в последующие десятилетия стать супердержавой. Однако на данный момент единственным явным шагом в этом направлении стал рост ВВП. Только по этому показателю государственной мощи Китай может сравняться с США.

Можно отказаться от термина «однополярность» и вместо этого назвать систему, сформировавшуюся после 1991 года, «миром одной сверхдержавы». Понятие «сверхдержава» в этой связи следует определить как страну, способную гарантировать безопасность в Европе, Азии и на Ближнем Востоке.

То есть подразумевается, что сверхдержава обладает необходимыми военными силами и влиянием в рамках альянсов, а также достаточным уровнем безопасности в своем собственном регионе, для того чтобы проводить крупные военно-политические операции во многих ключевых регионах мира. Очевидно, что США соответствует этому определению. Основой сложившейся на данный момент системы отношений между странами является как раз участие США в альянсах, обеспечивающих безопасность в ключевых регионах Европы, Восточной Азии и на Ближнем Востоке.

Рис . 1. Доля в процентном соотношении США , США + союзников и Китая в мировом ВВП в 1995 – 2018 гг .[140]

Источник : Департамент экономических исследований Министерства сельского хозяйства США (http://www.ers.usda.gov/data-products/internationalmacroeconomicdata-set.aspx#.Un0IFY2p3yd), исследование « Перспективы мировой экономики » МВФ .

Рис . 2. Доля в процентном соотношении в мировом ВВП США и США + союзники без Китая .[141]

Источник : Департамент экономических исследований Министерства сельского хозяйства США (http://www.ers.usda.gov/data-products/internationalmacroeconomicdata-set.aspx#.Un0IFY2p3yd)

Условием реальной смены или смещения центра власти может быть конец «господства одной сверхдержавы» в результате появления второй сверхдержавы (то есть возвращение к биполярному миру) или нескольких держав, которые бы лишили США возможности гарантировать безопасность своих союзников (мир без сверхдержав или многополярный мир).