Читать онлайн «Основы научного антисемитизма». Страница 80

Сейчас много говорят о терроре и о терактах, которые порой приводят ужас рядовых обывателей. Всем, кто в разговоре со мной возмущается террором, я обычно задаю один и тот же вопрос: «Вы осуждаете террор — и здесь мы с вами согласны, мы его тоже осуждаем, но какие действия, по-вашему, должно предпринять государство, чтобы покончить с этим явлением?» — И все как один дают мне один и тот же ответ: «Уничтожать!». Одна интеллигентная женщина, правда, постеснялась так прямо выразить свой «антигуманизм», видимо, воспитанная в ней «политкорректность» требовала хотя бы для проформы указать какие-нибудь еще возможные меры, кроме «Уничтожать!», и она стала как бы оправдываться: «Сначала, — говорит, — я думала, что арабов можно перевоспитать, но оказывается …сколько волка ни корми… Ведь сколько же сил потратил наш гуманный Израиль на перевоспитание этих извергов — и все бестолку». Я спрашиваю: а на какие конкретно действия эти «силы» были потрачены? — «Ну как, на какие? Вот я сама своими глазами видела по телевизору, как в одной передаче арабских детей посадили в одной студии с еврейскими детьми (представляете, какой гуманизм!) и еврейские преподаватели проводили с ними воспитательную работу. Нет, нельзя их воспитывать, только уничтожать!» Я спрашиваю, а в студии были дети палестинских арабов или арабов израильских? — «Да какая разница, арабы, и все, я бы их всех уничтожила». — Вот как. Обывателю не важно, что на палестинских территориях все образование в школах полностью отдано на откуп фанатичному исламскому фундаментализму, что, кстати, всячески поддерживается Израилем, ибо светское или христианское образование среди гоев евреям никак не выгодно); обывателю не интересно знать, что еще ни разу не переступила нога ни одного еврейского учителя порог исламской школы, все равно ему удобно верить, что «Израиль тратит много сил на воспитание арабов»; а относительное благополучие небольшой части израильских арабов он переносит целиком на всех палестинцев, живущих в лагерях беженцев, что мало чем отличаются от концлагерей, с другой стороны, озлобленность палестинцев переносится на исконно миролюбивых израильских арабов, включая христиан — «какая разница, арабы есть арабы, одно племя» — правильно, племя-то одно, только статус у них разный. Короче, ясно, что воспитывать арабов, даже при том, что их никто и никогда не пытался воспитывать, нельзя, можно только уничтожать.

А теперь зададим вопрос и другой стороне: «Что следует делать с теми людьми, которые собираются вас уничтожать?». — Я думаю, и здесь ответы не слишком будут отличаться от такого: «Любыми возможными средствами уничтожать своих уничтожителей» — или у кого-нибудь будут другие предложения?

Могут, правда, возразить, я, мол, «передергиваю», под «Уничтожать!» имелись в виду террористы, а не арабы. ОК, согласен, но кого тогда вообще здесь подразумевается уничтожать, если террористы итак все практически самоуничтожаются в ходе терактов? — Разумеется, всех тех, кто, возможно, станет террористом, или как-то относится к последним иначе, чем с позиций «Уничтожать!», стало быть, мы в своем предостережении об угрозе уничтожения только арабов еще скорее «недодернули», чем передернули, ибо когда начинают кого-то уничтожать, уже не разбираются, кто есть кто и кто прав, кто виноват. Так-то вот, господа, вот ваше сознание уже полностью подготовлено для очередной тоталитарной тирании. Ваше «Уничтожать!» — как раз тот результат, какой рассчитывали получить от вас ваши манипуляторы-кукловоды, что стоят за вашими спинами. Они для этого даже порой дают случаться настоящим терактам, дабы посеять в вас страх и панику, чтобы вы призвали их в качестве диктаторов во имя «спасения мира» от «террора». Воистину ничего нет нового под солнцем. Все тирании на протяжении всей истории цивилизации устанавливались по одному шаблонному сценарию: сначала допускался разгул преступности, а затем наводился «порядок», при котором за решеткой оказывались по преимуществу те люди, которые ни к уголовному, ни к террористическому миру никакого отношения никогда не имели. И вы, господа «Уничтожать!», уже психологически готовы принять такой порядок, ведь суть тирании не в тиранах, а в массовом сознании, принимающем тиранию. А как эффективно бороться с террором предельно ясно проповедано было в учении Христа: «Не борись со злом насилием, но только добрым словом и любовью».

Не чем иным, как «удачным» террором также можно назвать все государственные перевороты и революции, которые мы также должны отнести здесь к преступным формам борьбы, ибо они осуществляют захват власти неконституционными и недемократическими методами. Однако некоторые «демократы» порой положительно принимают недемократические насильственные формы захвата власти. Если он им по душе, они его называют «революцией», если не по душе — «путчем». Так, например, историк Александр Кац в своей книге «Евреи. Христианство. Россия» недвусмысленно выражает свое одобрение революции Февральской и осуждение революции Октябрьской. Но личное осуждение еще не повод, чтобы революцию называть «переворотом». Раз уж мы говорим о формах преступного террора, разъясним, чем революция отличается от переворота, по крайней мере, в русском языке (в иврите и то, и другое называют одним словом: «мегапеха»).

Государственный переворот смещает прежнее правительство, может даже и менять форму правления, но при этом не затрагивает основных классовых соотношений в государстве. Таковым являлась, например, т. н. Февральская революция 1917 года в России. Социальная же революция прежде всего меняет политический строй и соотношения классов: «Кто был ничем, тот станет всем». Таковой была Октябрьская революция 1917 года в России, и нравится она кому или нет, независимо от того, каким путем захватили большевики власть, она была именно революцией, а не переворотом, ибо никто не сможет отрицать коренную перемену строя и классовых отношений после Октября.

Террор, конечно, преступен тем, что от него чаще всего страдают мирные граждане, но и мы, «мирные граждане» отчасти виноваты в том, что ничего не делаем для того, чтобы как-то поддержать и защитить бесправных от угнетения, тем самым, все мы косвенно становимся соучастниками несправедливости. Одно несомненно: не будет несправедливости — не будет и террора.

4. Хулиганство и вандализм. Примерно 90 % всех отчетов об антисемитских происшествиях в прессе и в сети, например, на сайте «Антисемитизму нет», занимают сообщения о случаях хулиганства и вандализма. Приведем несколько типичных примеров:

«В июле антисемиты дошли до убийства, причем, даже не еврея: чернокожий политик Джеймс Дэвис, боровшийся с насилием и выступавший за укрепление связей между афроамериканцами и евреями США, был застрелен прямо в мэрии Нью-Йорка».

«Наиболее вопиющий случай произошел в Киеве. Здесь, почти в центре города 28 августа был жестоко избит один из раввинов синагоги Ури Фанштейн. Нанесенные ему побои настолько серьезны, что пострадавший был госпитализирован для оказания первой медицинской помощи в Октябрьскую больницу, а затем — в Институт нейрохирургии».

«14 октября в Париже сторонники палестинцев избили раввина. 16 октября пришло сообщение, что в одной из синагог в Бруклине разбили витраж и поломали стоящую во дворе сукку, а 12-го числа кошерная пиццерия "Монте-Карло" в парижском пригороде Монтрё была полностью уничтожена пожаром, хотя антисемитские мотивы поджога пока не доказаны».

А об этом «вопиющем акте антисемитизма» заговорил весь мир, включая президента Франции Жака Ширака, сайт «МАОФ» негодует: «Шестеро молодых мужчин ножом отрезали женщине волосы, изрезали одежду и нарисовали свастики на ее теле, а после этого перевернули коляску, где лежал младенец. Они по ошибке приняли ее за еврейку. Никто из пассажиров поезда не вмешался» (видимо, тоже «по ошибке» приняли «честную гойку» за еврейку). А через несколько дней на сайте MIGnews.com появляется скромное сообщение: «Женщине, которая заявила недавно о том, что на нее в парижском метро напали шестеро выходцев из Северной Африки, грозит тюремное заключение сроком на шесть месяцев и денежный штраф в размере 7,500 евро за то, "что придумала преступление, которого не было". Об этом заявил сегодня 15 июля Федеральный прокурор Хавьер Салват».

Что интересно, нигде «антисемитские мотивы пока не доказаны», а где-то «антисемиты» дошли уже до того, что стали нападать на не евреев! Однако если посмотреть на все эти сообщения не через призму рубрики «мониторинга антисемитских происшествий», а просто как на хронику криминальных инцидентов, то мы увидим голые факты, за которыми отнюдь не всегда просматривается националистическая мотивация, ибо не ясно, за что именно ударил хулиган того или иного еврея? знал ли он, что тот вообще еврей? Наоборот, в таких случаях хотят подчеркнуть, что у хулиганов нет никаких личных счетов с евреями, они, мол, просто издеваются над теми, кто слабее их. Да, пожалуй, это так и есть, большинство хулиганских действий мотивированы желанием умственно неполноценных, но физически сильных, утвердить свое как бы «превосходство» над физически более слабым — право кулака, но тогда при чем тут «антисемитизм»? Разве здесь хулиган преследует какие-то свои национальные или политические цели? разве он осуществляет акт мести или террора? Нет, иначе бы хулигану инкриминировали не хулиганство, а терроризм, а у него-то единственное желание — почесать кулаки, и не важно о чью морду, пусть даже он и сам признается, что хотел «бить жидов», сие «признание» будет лишь отговоркой, никакого отношения не имеющей к подлинному конфликту с еврейством.