Читать онлайн «Очерки поповщины». Страница 96

47

[Выписка из дела о Григории Талицком представленная в 1750 году императрице Елизавете Петровне, напечатана Г. В. Есиповым («Раскольнические дела XVIII столетия», I, 59–86). Его пытали на Красной площади перед народом. Желябужский говорит: «в том же году (1704) мучен разными пытками на Красной площади ведомый вор Гришка Талицкой в великом государственном деле, и сожжен; и многие всяких чинов люди и от приходов из монастырей дьячки ловлены и пытаны; и розыски были великие». Епископ Игнатий тамбовский за сношения с Талицким, по лишении сана, сослан в Соловки, епархия тамбовская уничтожена, три попа, один пономарь и один иконник казнены вместе с Талицким; девять человек бито кнутом и сослано в Сибирь; жену Талицкого, двух попадей и жену иконника сослали в Сибирь. Талицкий намеревался свое сочинение выпустить в виде прокламации, и для того иконник вырезывал его на дереве. Кажется, Григорий Талицкий был родом из Талиц, отчего и прозывался Талицким. Талицы Большие и Талицы Малые — две смежные, составляющие одну населенную местность, деревни, Макарьевского уезда, Костромской губернии, на границе Семеновского уезда, Нижегородской губернии, близ реки Узолы, известного по своей торговле удельного села Ковернина. Население Талиц сплошь раскольническое. Верстах в пятнадцати от Талиц начинались керженские и чернораменские скиты. Раскольники в Талицах самые закоренелые. В окрестностях жители, желая сказать о ком-нибудь, что он упорный раскольник, говорят: «да он что твой Талицкой». Мысль, что Петр I — антихрист, по сих пор держится в Талицах, и сохранилось предание, что кого-то из их деревни антихрист-Петр мучил: на Москве живьем жег.]

[Действительно — Рымские. Так называются сопредельные с Керженскими леса в Макарьевском уезде, Костромской губернии, по селениям Большие и Малые Рымы, на речке Черный Лух, впадающей в Унжу.]

Собственноручная резолюция Петра I на донесении от Питирима 8 марта 1715 года; находится вместе с другими письмами Петра к Питириму в нижегородской духовной консистории.

Г. В. Есипова «Раскольничьи дела XVIII столетия», II, 220.

В нижегородской духовной консистории в книгу — «Переписка Петра I с Питиримом» — переплетены: а) пас, данный Авраамию 10-го марта 1718 года в Москве, за собственноручным подписом Петра (во время розыска о царевиче никому не давалось паспортов о подорожных иначе, как с личного дозволения царя и за его подписом), и б) подорожная на две лошади, данная Авраамию 12 марта 1718 за подписом графа Ивана Мусина-Пушкина. В этой подорожной сказано: «от Москвы до Калуги, и до Брянска, и до Стародуба, и до польскаго рубежа… Отпущен он по Его, Великаго Государя, именному указу, по желанию его, в Польшу».

Иона Курносый.

Демидов, получив от Петра I земли на Урале, сзывал туда посельников из других мест. С Керженца много пришло туда раскольников. Оттого в Пермской губернии до сих пор всех раскольников зовут кержаками, даже слова: «содержать раскол», «раскольничать», заменяют словом: «кержачить».

С 1716 по 1727 год был господарем Михаил Раковица I, а с 1727 по 1733 — Григорий Гика, оба фанариоты. Очевидно, старообрядческие писатели путаются в хронологии. Вероятно, их попытки были ранее 1727 года.

Иван Алексеев. «История о бегствующем священстве», в «Летописях русской литературы и древности», т. IV, смесь, стр. 64.

Иван Алексеев. «История о бедствующем священстве», стр. 64: «пункты же оные присланные 12 бяху в таковом разуме, да хотяй ставитися, исповедание даст новотворные догматы хранити и в них спасение веровати и прочих сему научити».

[Куты или Кут на галицком берегу реки Черемоша текущего в Прут и составляющего границу Галиции с Буковиной, а в XVIII ст. границу королевства Польского с Молдавией. Против Кута на Буковинской стороне Черемоша город Вишница. Это неподалеку oт знаменитой ныне Белой Криницы тогда еще не существовавшей.[486] ]

Он был рукоположен астраханским архиереем.

По другим, он посвящен астраханским архиереем, Лаврентием Горкой, малороссиянином.

Иона Курносый.

Иона Курносый. Слова Антония и Варлаама приведены буквально.

Так приметы его описаны в указе св. синода 30 марта 1733 года.

Иона Курносый. Разговор здесь, как и в других местах, удержан буквально.

Преосв. Макарий («История русскаго раскола», стр. 301) говорит, что Епифаний был простой монах Козельского монастыря, но из дела, о нем производившегося, из «Послания керженских отцов» (раскольн. рукопись) и из Ионы Курносого видно, что Епифаний был иеромонахом и экономом киевского архиерейского дома. Н. И. Надеждин в своем сочинении. «0 заграничных раскольниках» называет Епифания монахом Киево-Печерской лавры.

Козельский Георгиевский монастырь в четырех верстах от гор. Козельска, Черниговской губернии, и в 70 вер. от Киева, на берегу реки Остра, основан в 1654 году.

В «Деле об Епифании» сказано: «обличен в блудодеянии», а у Ионы Курносого: «за непорядки, пьянство и за растление насильно чистыя девы, из священства и экономства своими обливанцами извержена быша, и по извержении, по сердцу сказующа на своих важное дело, изловлен и, сидев долго, приговорен к розыску, и поспешившему милостивому указу от розыску и сидения освобожден».

Местечко Триполь в Киевском уезде, на правом берегу Днепра, на устье реки Красной, известно еще с 1093 г. Самый Триполь принадлежал России с 1681 года, но митрополичьи маетности, близ него находившиеся, были в тогдашних польских еще владениях. Теперь Триполь замечателен только живописным видом, если подъезжать к нему из Киева.

Например: Иван, протопоп Троицкой церкви в Петербурге, по 1723 год; Петр, протопоп Петропавловской крепости, по 1726; иеромонах Варлаам Овсянников, впоследствии лишенный сана; иеромонах Феофил Кролик, иеромонах Анастасий Кондоиди, грек, выехавший из Молдавии с князем Кантемиром, до 1728 года; протопоп Иван московского Успенского собора с 1730 по 1733 год; протопопы московского Благовещенского собора: Иван (1730–1737), Петр (1738–1747).

«История о бегствующем священстве», в «Летописях русск. ист. и древн.», т. IV, смесь, стр. 65.

А не Екатерины I (ум. 1727), как сказано у преосвященного Макария в «Истории русского раскола», стр. 302.

Исследование поступков Епифания производилось в святейшем синоде, и перечень их отослан в сентябре 1725 г. в юстиц-коллегию. Вот он: «1) Будучи в Киевской епархии, в Козельском монастыре забрал монастырской казны 240 рублей и родственникам своим роздал монастырское имущество. 2) Обличен в блудодеянии. 3) Взял из киевской канцелярии паспорт о пропуске его на заставе через караул, будто до Триполя для смотрения домовой вотчины, и, проехав караул, бежал за границу лодкой. 4) За Днепром, будучи в городе Сороке, писал своеручно письмо от лица киевского архиерея к ясскому митрополиту, чтобы тот посвятил его во епископы, и именем его под тем письмом подписался и печать софийскую нарисовал и вырезал, и то письмо сам воровски запечатал. Также другие фальшивые письма писал, будто люди города Чигирина желают и просят его к себе во епископы. 5) В том же письме написал он ложные на св. синод клеветы, а именно: все-де духовенство на Украйне желает по-прежнему митрополита, а св. синод, неведомо чего ради, убавил чести митрополии киевской и учинил архиепископство, запретили-де во всей России за патриархов молитися и почитати их, а наипаче-де от синода установлено — киевскому архиерею ездить к Москве на годовую священнослужения чреду; а в Киеве-де для постановления попов быть некому. 6) Приехав в Яссы, подал вышеписанному митрополиту оное письмо своеручно, им самим писанное, и тем митрополитом по тому письму во епископы на Украйну, в Чигирин в 1724 году, июля 22-го дня посвящен. 7) Отъехав от того митрополита из Ясс, посвятил на Украйне в иеродиаконов и попов больше четырнадцати человек раскольников. 8) Он же, будучи в Волосской земле, писал ко львовскому и володимирскому епископам письма, — а оные епископы униаты, — рекомендуя себя под их протекцию и прося о позволения жития в их епархиях, для посвящения в попы». Все это составлено на основании сношений с ясским митрополитом киевского архиепископа, которому синод велел войти в эти сношения. В архиве св. синода дела об Епифании нет: оно находится в сенатском архиве. Выдержки из него напечатаны у Андрея Иоаннова Журавлева («Историческое известие о раскольниках», стр. 228–243), но Андрей Иоаннов, по-видимому, заимствовал его из киевского консисторского архива.