Павел Мельников-Печерский - Очерки поповщины

Читать онлайн «Очерки поповщины». Страница 94

Автор Павел Мельников-Печерский

[Млевские монастыри в Вышневолоцком уезде, Тверской губернии. Это древние земляные окопы на р. Мсте, близ села Млева. Рассказывают, что тут были монастыри, но когда-то опустились в землю, что до сих пор в них живут монахи и монахини, к которым можно пройти, но с чрезвычайными затруднениями. Говорят, что по большим праздникам бывает слышен звон невидимых Млевских монастырей.]

[Большой-Китеж — невидимый город на берегу озера Светлояра, в нижегородском Заволжье (Макарьевского уезда, Нижегородской губернии, подле села Владимирского, имения князя Сибирского). Другой Китеж, Малый, на Кирилловых (по другим, на Архангельских) горах, в селе Городце (Балахонского уезда, Нижегородской губернии, на Волге). Жигули, или Жигулевские горы — на Волге же, в Симбирской и Самарской губерниях. Город Китеж не упоминается в летописях, но имя его встречается в народных былинах о древних богатырях (см. «Песни» Киреевского, т. I, выпуск 4, прим. стр. CXVIII — СХХХII). Кажется, в Китеже было свое братство богатырей, подобное киевскому братству при дворе Владимира Красного Солнышка. Вообще Китеж в народных преданиях представляется стольным городом суздальской великороссийской земли, как Киев стольным городом киевской южнорусской. В «Китежском летописце» (рукопись, особенно распространенная между поволжскими раскольниками) говорится, что когда подступил к Большому-Китежу Батый — «град сделался невидимым, и будет он стоять невидимым до скончания века». Там есть и церкви, и монастыри, и множество народа, летними вечерами на Светлояром озере слышится звон китежских колоколов. В «Китежском летописце» описываются эти церкви, монастыри, городские стены, их длина и пр. В большом ходу у раскольников, даже и у православных, «Послание к отцу от сына из онаго сокровенного монастыря, дабы о нем сокрушения не имели и в мертвы не вменяли скрывавшагося из мира. В лето 7209 (1702) июня в 20 день». Приводим это послание, заимствуя его из рукописного сборника второй половины XVIII ст. Оно дает понятие о том воззрении, какое имел и имеет наш народ на невидимые монастыри «Г. И. X. С. Б. п. н. а. (т. е.: Господи Исусе Христе Сыне Божий, помилуй нас, аминь). Родителям моим, батюшке моему, имя рек, и матушке моей, имя рек. Здрави будите. Пишу вам аз, родители мои, о сем, что вы хощете меня поминать и псалтирь говорить друга моего советнаго (жену) заставливаете. И вы о сем престаньте: аз еще жив; егда приидет смерть, когда я вам ведомость пришлю, ныне же сего не творите. Аз живу в земном царствии, с отцы святыми, в месте покойне. Поистине, родители мои, царство земное. И покой, и тишина, и веселье, и радость духовная, а не телесная. Сии бо святии отцы, с ними же аз живу, процветоша, яко крини сельные, и яко финики, и яко кипарисы, и яко камение драгое и многоценный бисер, и яко древа не стареющияся, и яко звезды небесныя. И от уст их непрестанная молитва к отцу небесному, яко фимиам благоуханный, и яко кадило избранное, и яко миро добровольное. И едва нощ приидет, тогда от уст их молитва видима, яко столпы пламенные со искрами огненными, и яко от месяца и звезд велий не токмо месту оному свет, но и всей стране оной свет, яко молния. В то время книги чести или писати можно, без свещного сияния. Иже возлюбиша Бога всем сердцем и всею душою и всем помышлением своим, тем и Бог их возлюби и преклони ухо свое с высоты святыя своея, и возлюби их, яко мати любимаго си чада, и что просят в молитве своей от Бога, все подаст. Иже возлюбиша безмолвие и вся добродетели исправиша всем сердцем, и Бог их возлюби, и хранит их, яко зеницу ока, и покры их невидимо дланию своею, иже достойне и праведне. Тому припадающим, по словеси Господню, могут горы преставити с места на другое. Но того убо не похотеша отцы наши, но паче желают жития на небесех, ниже богатство временное, но паче возлюбиша богатство на небесех, егда приидет Господь судити живых и мертвых; и воздаст им за труды их царство небесное и покой, и радость, и веселье. Вы же, родители, чего ради возлюбили сей свет прелестный и временный, и богатство тленное? Но паче поищити себе богатства на небесех, яже и тля не тлит, ни молие поядают, ни татие крадут. И еще другу моему любимому (жене) поклон от мене отдайте. Аминь». На озере Нестиаре (Макарьевского уезда Нижегородской губернии) тоже слышится звон невидимых монастырей. Подобные места есть в Архангельской губернии и в Сибири.]

Макария архимандрита: «История Нижегородской иерархии». См. «Ниж. Губ. Вед.», 1848, № 34.

Дело о ссоре митрополита Исаии с Ив. Алекс. Мусиным-Пушкиным и о ссылке его в Кириллов Белозерский монастырь извлечено из архивов профессором С. М. Соловьевым, который в заметке своей о «Строобрядческих архиереях» сказал следующее: «Дело о ссоре митрополита Исаии с Мусиным-Пушкиным извлечено нами из архивов, и мы считаем своею обязанностью поспешить разъяснением вопроса, поставленного г. Мельниковым. Дело состоит из двух донесений: 1) Поручика Тютчева и 2) дьяка Нестерова. 1) 1707 года, мая 9, драгунского полка поручик, Василий Афанасьев, сын Тютчев, при расспросе сказал: 707 года, в феврале месяце, из монастырского приказа посылан он был в Нижний Новгород для розыску про нижегородского Исаия-митрополита. И он, митрополит, выслушав его слова, на него кричал и говорил ему такие слова: «Ты овца, вам ли, овцам, про нас, пастырей, разыскивать? Боярин Иван Алексеевич Мусин-Пушкин напал на церкви Божии, вотчины наши ведает, а ныне у нас и данные и венечные деньги отнимает, и если те сборы у меня отнимут, и я своей епархии все церкви затворю и архиерейство покину. Какое мое архиерейство, что мое у меня отнимают? Как хотят иные архиереи, а я за свое умру, а не отдам, а ты по наказу своему разыскивай правдою. И так вы пропадаете, что черви; шведы вас побивают, а все за наши слезы, а за ваши неправды, да и впредь, буде не отстанете от неправд, шведы вас побьют». 2) Преображенского приказа дьяк Нестеров был послан к архиерею для допроса, и архиерей сказал: «Как приезжал в Нижний Новгород боярина Ивана Алексеевича Мусина-Пушкина свойственник, Василий Тютчев, и в то время, будучи в мирском доме, о своей присылке ему сказывал, и он, Исаия-митрополит, к тем его словам, ему, Василью, говорил разговором, а не криком: «Ты овца, вам ли, овцам, про нас, пастырей, разыскивать?» — говорил к тому правила св. апостол и св. отец и изложение вселенских патриархов. И боярин Иван Алексеевич сыскивать об нем прислал свойственника своего, нападкою на него, митрополита, мстя недружбу, и напал он, боярин, не на него, митрополита, на церковь Божию, потому, что исконным великих государей указам определены на всякие нужды, без которых в церкви пробыть не мочно, без вина церковного, без просвир, и воску, и ладану, и масла, и иных вещей, сборы с церквей, данные и венечные деньги отымает, и если те сборы отняты будут, соборные церкви его дому без вышеописанных нужд он затворить, и архиерейскому дому правиться будет нечем, и архиерейству быть не у чего, и за неволю архиерейство будет покинуто; какое архиерейство, что данное в дом отымают? Без именного государева указа он, Исаия митрополит, того сбору венечных и с церквей данных денег не отдаст. Так и о том, чтоб по наказу разыскал он правдою и помнил бы видимое, лежащее на них за преумножение грех их и неправд посещение, что шведы стоят толикое продолжительное время противно». Стало быть, митрополит Исаия был не поборник раскола, а предшественник Георгия Дашкова и Арсения Мацеевича, ростовских митрополитов, защитников неприкосновенности духовных имений.

Г. В. Есипова «Раскольничьи дела XVIII столетия», I, 59–84.

[Это так называемые «формы», находящиеся в греческих церквах, особенно же монастырских.]

В рукописном «Цветнике» XVIII ст. в 8-ку (из подписи видно, что принадлежал добрянскому мещанину Петру Тихонову Головневу) помещена, вслед за сочинениями Аввакума-протопопа против греков, большая выписка из «Проскинитария» Арсения Суханова, раскольничьей редакции, потом «Тактион, еже есть чиновник, как греки церковный чин и пение содержат». За ним статья «Из похождения Леонтия старца в Иерусалиме. Лета 7211. Разногласие греков с древним святых отец преданием восточныя церкви». Начало этой статьи здесь напечатано. За нею следует: «Хождение было Леонтиево лета 7210», и затем нечто в роде поденной записки путешествия. Потом в «Цветнике», между прочим, находится: «Житие Марка фряческаго», «Сказание Мефодия Адександрийскаго об Александре Македонском и о последних днях», «Слово на Рождество Христово обличительною против святочных увеселений» и пр. В «Русском Архиве», издаваемом на 1863 год при Чертковской библиотеке П. И. Бартеневым, помещено: «Путешествие в Святую землю московскаго священника Ивана Лукьянова церкви Покрова пресвятыя Богородицы» и ему предпослана данная ему от имени Петра I проезжая грамота от 15 июня 1710 года. Оказывается, что «Разглсие» старца Леонтия и статья из «Путешествия Лукьянова», названная «О несогласии греческом с восточною церковью» («Русск. Арх.» II. 154–155) — одно и то же. Маршрут с означением чисел и месяцев хождения Леонтия и Лукьянова совершенно сходны. Кто же ходил в Палестину: старообрядческий старец Леонтий москвитянин или московский поп Лукьянов? Когда было похождение? В 1702 и 1703, как у Леонтия, или в 1711 и 1712 году, как у Лукьянова? Леонтий говорит, что он выехал из Киева 3-го февраля 7210, то есть 1702 года; Лукьянов — 3-го февраля 1711. В том же году, 22 марта (и тот и другой показывают) прибыли в Константинополь, — в четверток пятой недели поста, — прибавляет Лукьянов. Но в этом году четверток пятой недели был 29-го марта. Леонтий говорит, что из Иерусалима в Константинополь он приехал 1703 года, апреля 21-го в день Преполовения; в этом году действительно Преполовение приходилось в это число. Кто же у кого списал хождение? Поп ли Лукьянов, ездивший в 1711 и 1712 году, списал «хождение Леонтия», бывшее в 1702 и 1703 году, или старообрядцы впоследствии сделали выдержки из путешествия Лукьянова и, приписав его Леонтию, отнесли к 1702 и 1703 году? Заметим однако, что в проезжей грамоте, напечатанной в «Русском Архиве» № 1 и отнесенной к 1710 году, говорится, что Лукьянов едет в «государство великаго государя Мустафы», и о турецком султане говорится, как о союзнике. Но Мустафа низложен еще 23 августа 1703 года, а в 1710 году Россия была в разрыве с Ахмедом III, а в ноябре 1710 г., то есть еще до выезда Лукьянова, Турция объявила войну России. Еще: Лукьянов в 1711 г. говорит о Палии и Палиевщине, а Палий был убит в полтавском сражении 27-го июля 1709 года (Конисского «История Руссов», стр. 109).