Читать онлайн «Другая история Средневековья. От древности до Возрождения». Страница 91

Однако даже этот компас требовал постоянного подмагничивания и оно, судя по довольно неясному описанию, производилось без вынимания стрелки из котелка простым поднесением магнитного камня. Устройство компаса с картушкой, стальной стрелкой и со стойкой, которой картушка накладывается на шпильку, укрепленную в центре котелка, приписывается большинством ученых итальянцу Флавию Джойя из Амильфи; он создал это устройство в 1302 году (линия № 6 «синусоиды»).

Склонение стрелки компаса было открыто Колумбом во время его первого плавания через Атлантический океан (линия № 7), причем он обратил внимание и на изменяемость склонения с местом. Но и в более поздние времена, когда в Америку двинулись испанские и португальские корабли, определение места причаливания с точностью до 100 км полагали выдающимся навигаторским достижением. И это не удивительно, поскольку компас без остальных навигационных инструментов, прежде всего лага, секстанта и хороших часов, не поможет определить положение корабля в океане.

Так началось использование компаса в Европе; практика вела к его совершенствованию. А что было на Востоке?

Знаменитый китаевед Клапрот в своем письме к Александру Гумбольту приводит доказательства, что в Китае еще за 120 лет до Р.Х. (линия № 8) была известна полярность магнитов и свойство намагниченных иголок указывать юг. «Китайцам было известно и склонение стрелки, и применение ее для мореплавания, причем их картушка делилась на 24 румба», — так сообщал Клапрот, основываясь на китайских же летописях. Мы приводим это мнение, потому что Клапрот был первым, кто выдвинул версию о китайском компасе, а было это в начале XIX века.

Из утверждения Клапрота следует, что более-менее совершенный компас, сделанный в Европе лишь в начале XIV века, китайцам был известен существенно раньше: за полторы тысячи лет до Флавия Джойя. И как сказано Клапротом, они применяли компас для мореплавания. Так почему же, ради всех святых, они так никуда и не приплыли, а дождались, пока европейцы не приплывут к ним сами?!

В Европе способ крепления магнита на острие (подвеска) изобретен У. Гильбертом в XVII веке: легчайшая (легчайшая!) магнитная стрелка устанавливается на иглу. Смысл изобретения в максимальном уменьшении трения при работе прибора. Сила трения прямо пропорциональная весу магнитоуказателя. Китайские же компасы в виде ложек на блюде или рыбок могут быть не более, чем игрушкой, поскольку из-за повышенного трения не дают нужной точности.

А. Н. Крылов пишет:

«Кроме компаса для целей мореплавания в китайских летописях повествуется и о магнитных путеуказательных повозках, в которых маленькая поворотная фигурка воина или жреца указывала рукою направление юга. Изобретение этого приписывается императору Чжеу Кунгу, жившему даже за 1100 лет до Р.Х. (линия № 3, — авт.), ему же приписывают и самое изобретение компаса. Но Клапрот, выражая сомнение, что оба изобретения принадлежат одному лицу, приводит ссылки на еще более древние летописи, по которым путеводная повозка была изобретена императором Хуанг-ти и дала ему возможность победить своего соперника Чжи-су, преследуя последнего и в тумане, и в облаках пыли. Это относится уже к 2364 году до Р.Х. (линия № 3, — авт.), за 3800 лет до европейцев».

Однако упомянутый император Хуанг-ти (в современном русском написании Хуан-ди), как это следует даже из китайских сказок, самолично компаса тоже не изобретал. Дело было так:

«Как-то в горах, на юге Поднебесной, появился разбойник Чи-ю (Чжи-су). Туловище у него было человеческим, ноги как у быка, голова медная, лоб железный».

Этот Чи-ю был весьма антисоциальной личностью. Понаделал он смертоносного оружия и вооружил им своих братьев, а было их у него восемьдесят один, и все железнолобые. Стали братья творить всякие гадости мирным земледельцам.

Бог весть, откуда у этой семейки такое генетическое уродство. Хотя само представление о людях с металлическими головами могло появиться в Китае в связи с проходом через различные местности отрядов европейских рыцарей-крестоносцев в полном вооружении. Они, конечно, отнимали еду у мирных земледельцев.

На защиту народа поднялся Хуан-ди. В одном из боев коварный Чи-ю, понимая, что будет разбит войсками героя, взялся за колдовство и напустил такого густого тумана, что даже хитромудрый Хуан-ди не знал, что делать. Тут-то и появляется в сказке истинный изобретатель компаса:

«Находился в войске человек со спиной, согнутой, словно лук, и с бородой, посеребренной, словно инеем. Это был ученый, у которого Хуан-ди, сам не обделенный мудростью, не стеснялся спрашивать совета.

— Что мне делать? — спросил Хуан-ди.

— Дай мне подумать! — ответил мудрец.

Он думал три дня и еще три дня что-то мастерил, что — в тумане не было видно.

Придя к императору, он дал ему маленького железного человечка, укрепленного с помощью иглы на колесике.

— Что это? — спросил Хуан-ди.

— Железо притягивает железо! — ответил ученый.

Сколько ни крутил Хуан-ди колесико, человечек все равно показывал своей крошечной ручкой туда, где находился Чи-ю и его железнолобые братья (а вовсе не на юг или север, как мог бы ожидать образованный читатель).

Прошло несколько дней (!), и близ стана железнолобых появился Хуан-ди с войском. Удивился Чи-ю, не понимая, как его сумели найти. Сделав туман еще гуще, он бежал вместе со своими братьями в горы. Но как бы он ни хитрил, куда бы ни прятался, всюду за его спиною слышался топот и звон оружия преследователей»

Причина, судя по описанию, была в каких-то необыкновенных магнитных свойствах вражьих лбов. Ведь понятно, что войско Хуан-ди было больше и сильнее, а «звон оружия» говорит нам о наличии у этого войска железа (чего, кстати, вообще не могло быть в Китае в ту пору), но компас упорно показывал не на него, а на лбы жестоких братьев, причем на большом расстоянии[45] (шли до их стана несколько дней).

Чудеса на этом не кончаются. Братьев схватили и отрубили им головы, вместе со лбами, надо полагать. И тут же их волшебные магнитные свойства пропали, поскольку отныне «железный человечек показывал путь караванам». Если это был действительно компас, то он мог показывать только в одну сторону, и тогда, значит, все китайские караваны двинулись в Якутию; то-то китайцы и посуху до Европы не дошли.

Несмотря на все наше уважение к Клапроту, мы с точки зрения простого здравого смысла можем утверждать, что китайский приоритет в изобретении компаса такой же подлог первых путешественников в Китай, как и китайская таблица логарифмов (при сличении оказалось, что в ней повторяются те же самые опечатки, что и в таблицах, изданных в Голландии в 1628 году).

А. Н. Крылов пишет:

«Даже и в Европе только в 16 веке компас стал обычным в мореплавании прибором и нашел такое же применение и в горном деле, хотя самые явления магнетизма еще не подвергались систематическому исследованию. Только в письме от 3-го марта 1544 года Георг Гартман, пастор собора св. Себальда в Нюренберге, сообщает герцогу Альбрехту Прусскому о своих работах по исследованию свойств магнита, причем указывает, что магнит не только стремится стать своей длиной так, чтобы один конец был направлен к северу, а другой к югу, но что северный конец стремится уклониться вниз и что таким образом кроме „склонения“ магнитной стрелки есть еще и „наклонение“».

Отсюда ясно, что описания приключений с применением компаса появились в Китае не ранее XVI века, когда компас был завезен в эту страну европейскими или арабскими мореплавателями. Воодушевленные таким чудом китайцы напридумывали сказок, а потом изукрасили прибор как дорогую игрушку, делая его в виде черепах, ложек на блюде или фигурок с указующим перстом. Создавать приборы в эдаком виде все равно, что изготавливать наручные часы с гирями и маятником. Такие игрушки практически бесполезны, но увлечение ими — вполне обыкновенный случай. Пишут, что на Руси однажды, не умея изготовить тонкий механизм по английскому образцу (танцующую блоху), украсили механизм, прибив к ножкам блохи подковки. Она, правда, больше не танцевала, но уже двести лет гордимся мы достижением русского Левши: эко, англичан превзошли!

До изобретения компаса в море ориентировались по ветрам, используя так называемую розу ветров. В ней было сначала четыре направления, затем восемь, потом двенадцать; эта последняя называется латинской розой ветров. После того, как был изобретен компас, его приспособили к морскому плаванию, совместив с розой. Теперь на картах, в важнейших пунктах, помещали центры розы ветров, и по всей карте шли их лучи. Для прокладки курса от точки нахождения корабля строили направление до ближайшего луча, идущего из нужного центра. Тогда же появились и навигационные линейки, а карты приобрели весьма специфический вид.