Читать онлайн «Московские легенды. По заветной дороге российской истории». Страница 23

Вскоре царь Алексей Михайлович приближает его ко двору, и Симеон Полоцкий становится учителем царских детей — ему обязаны своим первоначальным образованием царевна Софья и ее братья Федор и Петр. Будучи одним из самых приближенных к царю людей, Симеон не домогался ни богатства, ни власти, предпочитая всему занятия наукой и словесностью. Грамотность, просвещение, издание книг по их пользе и значимости для страны он считал ничуть не меньшими, чем военная мощь: «Россия славу расширяет не мечом токмо, но и… через книги», — утверждал он. Россия того времени еще не знала такой профессии — поэт. Но Симеон Полоцкий был поэтом, он писал много, увлеченно. Его ученик и друг Сильвестр Медведев сообщает, что Симеон «на всякий же день име залог писати в пол-десть (десть — единица измерения количества писчей бумаги: пачка в 24 листа. — В. М.) по полутетради, а писание его зело мелко и уписисто».

Симеон Полоцкий. Гравюра начала ХIХ в.

В сочинениях Симеона Полоцкого не раз упоминается Москва. Он написал стихотворение, посвященное замечательному архитектурному сооружению тогдашней Москвы — царскому дворцу в Коломенском. Это первое в русской поэзии стихотворение о Москве, им открывается поэтическая летопись столицы России. В январе 1771 года царь Алексей Михайлович, овдовевший два года назад, вступил во второй брак. Он женился на Наталье Кирилловне Нарышкиной — восемнадцатилетней красавице. Видя любовь царя к юной жене, Симеон полагал, что в скором времени должен явиться и зримый плод этой любви — царское дитя.

Учебник риторики, сочинения иеромонаха Софрония, по которому учились в Славяно-греко-латинской академии. Издание конца ХVII в.

В ночь на 11 августа 1671 года, наблюдая с гульбища Спасского монастыря звездное небо, Симеон Полоцкий увидел близ Марса «новоявившуюся звезду пресветлую». Эту звезду он посчитал небесным знаком того, что в это время в утробе царицы был зачат сын.

Современник Петра I дворянин Петр Никифорович Крекшин, собравший обширные материалы по истории своей эпохи, написал сочинение «О зачатии и рождении великого государя императора Петра Первого, самодержца Всероссийского», основанное на бумагах личного императорского архива, к которому он имел доступ, и на устных сообщениях современников. В нем он сообщает, что Симеон на следующий же день после явления звезды (надо сказать, французский астроном Антельм и итальянский Кассини действительно в это время наблюдали так называемую новую звезду 3-й величины в созвездии Лебедя) сообщил Алексею Михайловичу о зачатии сына, назвал день его рождения — 30 мая 1672 года (предсказание оправдалось), сказал, что имя ему будет Петр, что он будет царем.

Будущее царствование Петра ученый монах охарактеризовал в следующих словах: «Подобных ему в монарсех не будет; и всех бывших в России славою и делами превзойдет, вящими похвалами ублажен имать быти, и славу к славе пристяжати имать…» Все это Симеон Полоцкий представил царю и в письменном виде, «во уверение истинное подписася», сообщает Крекшин.

Кроме обычного гороскопа, Симеон Полоцкий изложил свое предсказание в стихах:

В XVIII и первой половине XIX века астрологические предсказания Симеона Полоцкого вызывали большой интерес. А. С. Пушкин, собирая материал для задуманной им «Истории Петра», занимался специальными исследованиями этого эпизода и в подготовительных набросках записал, что Симеон Полоцкий «предрек за девять месяцев до рождения Петра славные его деяния и письменно утвердил».

В конце 1670-х годов Симеон Полоцкий трудился над проектом преобразования Заиконоспасской школы для подьячих в высшее учебное заведение — Академию, необходимость которой для Москвы становилось всё острее и настоятельнее. Он разработал ее программы, имея в виду интересы церкви, но в еще большей степени интересы светские — развивающегося государства и всего общества.

Уже после смерти царя Алексея Михайловича, в царствование Федора Алексеевича, им был составлен царский указ о создании Академии. Симеону Полоцкому не довелось увидеть своими глазами Академию, его идею осуществляли его ученики и преемники, он скончался в 1680 году, а указ был издан в 1682-м. Этим указом определялось место для Академии — «монастырь Всемилостивого Спаса, иже во Китае граде близ Неглиненских ворот» и указывалось строить «каменные школьные палаты» и каменные же «хоромы для преподавателей и библиотеки».

Симеон Полоцкий похоронен в нижней церкви Спасского монастыря. Над его могилой была установлена каменная плита со стихотворной эпитафией в сорок восемь строк, сочиненной его учеником и другом Сильвестром Медведевым, в которой он характеризует учителя как человека, монаха, ученого, поэта, пишет о его заслугах перед церковью и царем, перечисляет его сочинения как изданные, так и оставшиеся в рукописи. «Епитафион Симеону Полоцкому» — одна из первых русских стихотворных эпитафий, помещенных на надмогильном памятнике, а может быть, и самая первая. Вот начало этой эпитафии:

В течение 70 лет, вплоть до открытия в 1755 году Московского университета, Славяно-греко-латинская академия была единственным высшим учебным заведением Москвы. Своим образованием ей обязаны многие известные русские деятели XVIII века.

Курс обучения в Академии включал в себя широкий перечень гуманитарных и естественно-математических предметов: языки, словесность, риторику, философию, богословие, историю, логику, диалектику, арифметику, геометрию, физику, астрономию, практическое стихосложение и ряд других. В этих областях учащиеся Академии получали основные первоначальные знания, которые позволяли им затем выбрать область деятельности, соответствующую их личным интересам и склонностям. Выпускниками Академии были многие выдающиеся деятели XVIII века, избравшие как духовную карьеру, так и светскую.

В Академии существовал свой театр, пьесы для которого писали преподаватели, а разыгрывали их учащиеся. Среди построек Академии в документах начала XVIII века значится «комедийный амбар». В репертуар театра входили пьесы на библейские темы, разные интермедии, театральные представления по тем или иным торжественным поводам. Например, большое представление состоялось на Никольской возле Академии в честь победы под Полтавой — говорились «орации», пелись канты.

В Академии учились: Антиох Кантемир — дипломат, поэт-сатирик, один из зачинателей новой русской литературы; В. К. Тредиаковский — поэт, переводчик, теоретик стиха, им была введена в русскую поэзию силлаботоническая система стихосложения, действующая и поныне; М. В. Ломоносов — ученый-энциклопедист, выдающийся поэт; математик Л. Ф. Магницкий; философ-просветитель профессор Н. Н. Поповский; архитектор В. И. Баженов; известные поэты XVIII века В. П. Петров и Е. И. Костров; историк Н. Н. Бантыш-Каменский; выдающийся духовный деятель митрополит Евгений Болховитинов; географ-путешественник, исследователь Камчатки С. П. Крашенинников, автор первого путеводителя по Москве «Описание императорского столичного города Москвы», вышедшего в 1782 году, В. Г. Рубан и многие другие, оставившие заметный след в истории России деятели.

В 1814 году Славяно-греко-латинская академия была преобразована в Духовную академию и переведена в Троице-Сергиеву лавру для удаления студентов, как писалось в решении, от «вредных развлечений», которые богато представляла Никольская улица. В монастыре остались лишь семинария и училище, находившиеся там до 1918 года.

Спасский собор в 1920 году был отдан обновленцам, а в 1929-м — закрыт. С тех пор и до 1992 года в нем помещались различные учреждения и склады. В 1992 году храм возвращен верующим, сейчас в нем бывает ежедневная служба. За годы от закрытия и до возвращения верующим храм подвергался разрушениям, уничтожен интерьер, но в то же время в нем работали реставраторы, не давая выдающемуся памятнику архитектуры разрушиться окончательно.

Учебные здания Славяно-греко-латинской академии XVII–XVIII веков были отданы под учреждения и общежития. Одно время на территории Академии находился спецгараж НКВД, затем — общежитие Метростроя и другие организации и учреждения. Их хозяйственная деятельность привела к тому, что возникло мнение, будто от Заиконоспасского монастыря не осталось никаких следов.