Читать онлайн «Россия и русские в мировой истории». Страница 151

Наконец, самый главный аспект — смысл человеческой истории в современном неолиберализме и его универсалистском проекте сознательно уничтожается. Изначальный либерализм вырос из ощущения универсальности человеческого бытия и единства истории в человеческом сознании, рожденном нравственным напряжением христианства в противовес языческим и пантеистическим представлениями о круговороте иллюзорных вещей, о бесконечных эманациях, фазах, зонах, в которых не имеет ценности единственность и неповторимость человеческого бытия, а значит, историческая летопись и предание. Новый этический и исторический нигилизм — это философия конца истории. Она парадоксально соединена с традиционными задачами Realpolitik стран, ранее принадлежавших к великой европейской культуре. Это обращает результаты их побед — овладение новыми геополитическими пространствами, приток финансов и неосязаемых активов — результаты, ранее служившие, среди прочего, мощному католическому культуртрегерству «Европы Петра», — в средство уничтожения самой европейской цивилизации и смысла человеческой истории.

Она же, по О. Шпенглеру, есть история расы, войн, дипломатии, судьбы потоков существования в многообразии его образов — мужчины и женщины, рода, народа, сословия, государства, «которые, то защищаясь, то нападая, борются друг с другом в кипении прибоя великих фактов»[632]. Эпохе рационалистического «заката» только мешают неповторимые сословия, семья, нации со своим укладом. Ей нужны «граждане мира» и организации «вечного мира». «Цивилизация Ф. Хайека, «открытое общество» К. Поппера в своей всепоглощающей страсти к эгалитаризму уничтожают все культурные потоки и бросают вызов всем великим духовным и национальным традициям человечества, чтобы обеспечить свое псевдобытие — историю без нравственного целеполагания. Это конец не только либеральной истории, о чем возвещал Ф. Фукуяма, это окончательный Untergang des Abendlandes — закат Европы.

Позитивист, наверное, скептически отнесется к тому, что в христианской эсхатологии и историософии это общество предсказано. Идея «единого мира» посягает на Божественный замысел о многообразном мире, где путь к Христовой Истине прокладывает собственный, а не чужой духовный опыт. Этот разрушительный проект крушит все опыты — цивилизации в гибельном всесмешении на безрелигиозной основе культур, народов и государств, из хаоса которого по Откровению и явится в мир Князь тьмы. Кредо современного либерализма — подняться над «относительными» истинами — духовная средина, теплохладность — определена в Апокалипсисе как симптом царства зверя, проявление сущности Сатаны: «Знаю твои дела; ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден или горяч! Но как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих» (Откр. 3, 15–16).

Настало время в полной мере осознать значимость восстановления русского православного форпоста для всего христианского мира в целом перед лицом не только геополитических и демографических, но и духовных вызовов грядущего столетия. Восстановить равновесие и обрести роль державы можно, лишь когда Россия смело и открыто примет навязанный ей вызов, однако для этого нужна мощь не столько материальная, сколько духовная.

Ибо нация, способная, по выражению И. Ильина к «творческому акту» в мировой истории, — это «народ, получивший Дары Святого Духа и претворивший Их по-своему»[633]. Ясно, что это не просто численная масса, не народонаселение, не совокупность граждан и тем более не «гражданское сообщество» неких Homo Globalis — индивидов, «свободных» от идентификации по всем высшим ценностям — религиозным, национальным, историческим, семейным. Державотворящая нация — это преемственно живущее целое, связанное Верой, духом, миросозерцанием, общими представлениями о добре и зле, историческими переживаниями. Все «успешные» государства, предлагающие теперь для внешнего потребления мондиалистские прожекты, сами созданы не на основе «общечеловеческого», не «гражданами мира» с их Ubi bene ibi patria, а идеалами и национальными героями, одержимыми любовью к своим Отечествам: «прекрасной Франции», «доброй старой Англии», «святой Руси».

Осознание целей и ценностей национального бытия наполняет историческим смыслом жизнь на географическом пространстве, делает его живым организмом, наделяет ролью в мире. Громадная территория, внушительная экономика, военная мощь и даже ядерное оружие, как показали недавние унижения России, мало стоят сами по себе. Ибо материя без духа не способна творить историю.

Эрн В. Ф. Сочинения. Время славянофильствует. Война. Германия. Европа и Россия. Лекция первая. М., 1991, с. 371.

Запись в архиве П. Н. Савицкого. Евразия. Исторические взгляды русских эмигрантов. М., 1992, с. 57.

Эрн В. Ф. Сочинения. Время славянофильствует… с. 372.

Карамзин Н. М. Записка о древней и новой России. СПб., 1914, с. 28.

Астафьев П. Е. Смысл истории и идеалы прогресса. Философия нации и единство мировоззрения. М., 2000, с. 93.

Из глубины. Сборник статей о русской революции. Нью-Йорк, 1991, с. 316.

Тихомиров Л. А. Религиозно-философские основы истории. М., 1997, с. 19.

Bernheim Е. Lehrbuch der historischen Methode und der Geschichtsphilosophie. Leipzig, 1908, s.10.

Aron R. Introduction a la philosophic de 1’histoire. Paris, 1938, p. 17.

Callot-Cf. Ambiguites et antinomies de 1’histoire. Paris, 1962, p. 107, 106.

Ле Гофф Ж. Цивилизация средневекового Запада. М., 1992, с. 7.

Huizinga J. Geschichte und Kultur. Gesammelte Aufsatze. Stuttgart, 1954, s. 10.

Huizinga J. A Definition of the Concept of History. Philosophy of History. Oxford, 1936, p. 9. Stern A. Philosophy of History and the Problem of Values. Oxford 1956, p. 17.

См. Topolski J. Methodology of History. Polish Scientific Publishers — D. Reidel Publishing Company (USA), Warszawa, 1976.

Астафьев П. Е. Смысл истории и идеалы прогресса // Философия нации и единство мировоззрения. М., 2000, с. 90.

Eurobalkan. Spring — Summer 2000, p. 41.

Nolte Е. Geschichtsdenken im 20-n Jahrhundert. Berlin, Frankfurt am Main. 1991. S. 11, 592.

Constructing the Past. Essays in Historical Metodology. Ed. by J. Le Goff and P. Nora. Cambridge, 1985, p. 6.

Ibid. Dupron A. Religion and religious anthropology, p. 123.2-2528 17

Редлих Р. Солидарность и свобода//Посев. Франкфурт-на-Майне, 1984, с. 7.

Карсавин Л. П. Философия истории. СПб., 1993, с. 15.

Huizinga J. Geschichte und Kultur. Gesammelte Aufsatze. Stuttgart, 1954, s. 11.

См. Бердяев?.?. Философия свободы, 1911; Судьба России. М., 1990; о. Василий Зеньковский. История русской философии. М., 1957; Ильин И. А. Наши задачи. М., 1992; Левицкий С. А. Трагедия свободы. М., 1995. Розанов В. В. Религия и культура. М., 1990; Спекторский Е. В. Либерализм. Любляна, 1935; Франк С. Л. Сочинения. М., 1990; Федотов Г. Судьба и грехи России. В 2-х томах. М., 1992; Солоневич И. Народная монархия. М» 1991.

Бердяев Н. Русская идея, основные проблемы русской мысли XIX века и начала XX века//Вопросы философии, 1990, № 1.

Русский вестник, 1889, № 2.

Тихомиров Л. А. Религиозно-философские основы истории. М., 1997, с. 285.

Ле Гофф Ж. Цивилизация средневекового Запада. М., 1992, с. 170.

Там же, с. 174.

Мамардашвили М. Незавершенные заметки о Декарте из архива// Независимая газета, 1996, 22 марта.

Декарт Р. Сочинения в двух томах. Том 1. Первоначала философии. М., 1989, с. 318–330.

Декарт Р. Избранные произведения. Описание человеческого тела. Трактат об образовании животного. Часть вторая. М., 1950.

Кожевников В. Религия человекобожия у Фейербаха и Конта. Сергиев Посад, 1912, с. 6.