Читать онлайн «Введение в политическую теорию». Страница 126

Вопрос о внешней среде международных систем аналитиками решается по-разному применительно к региональным и субрегиональным системам, с одной стороны, и к глобальной – с другой.

Средой субрегиональных и региональных международных систем, как это нетрудно представить, выступает их внешнее геополитическое окружение. Так, средой Европейского союза, например, будет являться совокупность других государств, а также различных международных организаций и иных акторов на регионально-географическом (европейском) и глобальном уровне. Каждый из элементов этой среды оказывает то или иное влияние на функционирование ЕС в качестве международной системы. Результатом этого воздействия будут как изменения, происходящие в данной системе, так и реакция («ответы») на эти влияния со стороны Европейского союза.

Сложнее решается вопрос о среде глобальной, или общепланетарной, международной системы. Такая система, как целостность, фактически не имеет возможности взаимодействовать с родственными системными образованиями из-за отсутствия таковых. Внешняя среда глобальной международной системы может быть найдена только в природном окружении: геоландшафт, атмосфера, стратосфера, солнечная система. В этой связи некоторые аналитики полагают, что глобальная международная система и не может рассматриваться как система в точном смысле этого термина. Однако более убедительным является положение, согласно которому любая система, по определению, не может не иметь среды, но это еще не означает, что каждая система обязательно находится во взаимодействии со своей средой. Существуют не только открытые, но и закрытые системы. Именно к числу закрытых систем и принадлежит глобальная международная система.

Несмотря на отмеченные сложности в понимании среды глобальной международной системы, абсолютное большинство исследователей согласно с тем, что специфической особенностью данной системы является то, что существенное воздействие на ее функционирование оказывают присущие ей внутренние факторы. Именно то или иное состояние образующих целостность элементов, происходящие внутри них процессы, главным образом культурно-исторического характера, навязывают ограничения и принуждения развитию глобальной международной системы. Вместе с тем в политической науке сформировалось направление – геополитика, которое исследует влияние географической среды и, если подходить шире, других природных факторов на международную политику и, соответственно, на структуру и функционирование международной системы. К геополитическим аспектам современных международных отношений мы вернемся в заключительной части данного параграфа.

Международные системы объективно выполняют ряд социальных функций, которыми и оправдывается смысл существования таких образований. Прежде всего, это функция обеспечения стабильности международных отношений. Это есть их главная функция. Проиллюстрируем данное положение выдержкой из Устава ООН – универсальной международной организации, которая является своего рода олицетворением глобальной международной системы. Вот как определяется основная цель ее деятельности: поддерживать международный мир и безопасность и с этой целью принимать эффективные коллективные меры для предотвращения и устранения угрозы миру и подавления актов агрессии или других нарушений мира, и проводить мирными средствами, в согласии с принципами справедливости и международного права, улаживание или разрешение международных споров или ситуаций, которые могут привести к нарушению мира. В числе других функций международных систем можно назвать следующие: осуществление международного сотрудничества в разрешении международных проблем экономического, социального, культурного и гуманитарного характера; обеспечение целостности и безопасности входящих в международное сообщество государств; создание благоприятных внешних предпосылок для решения проблем внутреннего развития государств – членов того или иного сообщества.

Что касается типологии международных систем, то мы уже фактически пользовались этим исследовательским методом, когда выделяли различные виды таких систем с точки зрения их пространственно-географических характеристик или особенностей их структуры. В основу классификации международных систем могут быть положены и другие их особенности или свойства. Например, с функциональной точки зрения в литературе в качестве самостоятельных нередко рассматриваются такие виды международных систем, как экономическая, политическая, военно-стратегическая и т. п. В зависимости от особенностей их функционирования международные системы могут определяться как стабильные и нестабильные (или революционные), конфликтные и кооперативные, открытые и закрытые.

Основываясь на изучении конкретных исторических условий, можно выделить те или иные исторические типы международных систем. Так, английский ученый Э. Луард выделил семь исторических типов международных систем: древнекитайская система (771–721 гг. до н. э.), система древнегреческих государств (510–338 гг. до н. э.), эпоха европейских династий (1300–1559), эра религиозного господства (1559–1648), период возникновения и расцвета режима государственного суверенитета (1648–1789), эпоха национализма (1789–1914), эра господства идеологии (1914–1974) [91. С. 133]. Заметим, однако, что большинство исследователей возникновение современной международной системы связывают именно с утверждением в качестве ее основы режима государственного суверенитета.

В политической науке утвердилось как бесспорное положение о том, что современная система международных отношений зародилась в период формирования национальных государств («наций-государств») на относительно бесформенном пространстве Римской империи. За точку отсчета ее истории принимается завершение «тридцатилетней войны» в Европе и заключение Вестфальского мирного договора 1648 г. Как известно, этот договор санкционировал распад Священной Римской империи на 355 государств, после чего в качестве главной формы политической организации общества повсеместно утверждается национальное государство. Это означает, что Вестфальский мир подвел черту под средневековой политической традицией, выражавшейся в духовном и политическом противоборстве римской католической церкви и светских властей феодальных государств Европы. Если церковь, делавшая упор на всеобщность и единство «христианского мира», стремилась к созданию единой общеевропейской христианской монархии, то светские власти, наоборот, делавшие упор на свое верховенство в рамках определенной территории, стремились к утверждению национально-государственной самостоятельности. Вестфальский мир и знаменовал переход к международным отношениям, в основу которых был положен принцип национального, т. е. государственного, суверенитета. Это не только серьезно видоизменило политическую карту Европы, но и привело к изменению характера межгосударственных отношений. От ничем, кроме воли монарха, не мотивированных связей национальные государства начинают переходить к упорядоченным отношениям друг с другом на основе появления у них целого комплекса осознанных интересов. С этого момента международные отношения стали осознаваться как система, а сам весь указанный период международного взаимодействия вплоть до наших дней рассматривается многими (особенно западными) исследователями, как история единой Вестфальской системы международных отношений [70. С. 38].

С точки зрения состава участников, Вестфальская система отличается тем, что доминирующими ее субъектами являются суверенные государства. В данной системе отсутствует высший арбитр, поэтому государства независимы в проведении внутренней политики и равноправны в отношениях друг с другом. Суверенитет государств предполагает их невмешательство во внутренние дела друг друга. Разумеется, абсолютного суверенитета не существовало никогда. Вступая в договоры или руководствуясь обычаем, государства шли на отказ от части своего суверенитета. Пример тому – принцип экстерриториальности дипломатических представительств иностранных государств. В современных условиях государственный суверенитет становится еще более проблематичным: глобализация мира делает границы между государствами фактически прозрачными. Тем не менее уважение суверенитета и невмешательство государств в дела друг друга на протяжении длительного времени остаются краеугольными принципами международных отношений. Поскольку в Вестфальской системе мироустройства государство является центром, или основополагающим элементом, то впоследствии она получила название государственно-центристской модели мира.